Бремя Юртов - Андрэ Нортон

Она встала и напряженно вглядывалась в слабое мерцание огня, который был уже так далеко.

Стэнс сделал конвульсивное движение. Упал?! У нее перехватило дух. Нет! Он стоял на ногах и размахивал факелом, как победным флагом.

Он опять вернулся на каменную нить, держа факел перед собой. Тело Элоссы болело от напряжения, когда она следила за его медленным возвращением. Она в первый раз глубоко вздохнула, когда он сделал последние несколько шагов и встал на губы вырезанного лица, из которых выходил этот невероятный мост.

— В конце он очень узок… — Стэнс часто дышал, и лицо его блестело от пота. Это путешествие нелегко ему далось. — И самую малость не доходит до края пропасти. Можно перешагнуть.

— И ты доказал это. — Она старалась выглядеть спокойной. Другого пути, кроме этого опасного места, не было. Она с детства была знакома с узкими горными тропами, по которым надо было идти с величайшей осторожностью, где все зависело от ловкости и способности сохранять равновесие. Однако самая худшая из них — ничто по сравнению с тем испытанием, что стояло перед ней сейчас. Ей приходилось отгонять страх и отвращение к форме этого единственного пути. Лицо на камне источало такое зло, что ступить на этот язык было почти свыше ее сил. Это камень, который может погубить того, кто боится… И в ней росло глубокое отвращение. Ее преследовало видение языка, обвившего раски. Каменный язык может схватить ее и бросить в зияющий рот…

Элосса затрясла головой. Дать этому видению хоть какое-то место в сознании — значит позволить осуществиться целям Атторна, кто бы он ни был. Она высоко подняла голову и спросила ровным голосом:

— Как пойдем?

Стэнс поглядел на только что пройденный путь.

— Пожалуй, я пойду первым. Эх, если бы у нас была веревка!

Элосса невесело усмехнулась. Связаться? В случае несчастья это означало бы гибель обоих.

— Не думаю, что у каждого из нас хватит сил удержать другого, если тот упадет. Но раз уж надо идти — пошли!

Этими последними словами она, возможно, выдала свою тревогу, но он ничем не показал, что знает о грызущем ее страхе. Стэнс поднял факел, чтобы свет падал над его плечом, и уверенно шагнул на язык. Запахнув плащ и крепче сжав посох, Элосса пошла следом.

Очень скоро им пришлось встать на колени и ползти. Элосса не сводила глаз с камня, боясь глядеть по сторонам. Но скоро эти стороны так сблизились, что нельзя было не видеть их, и это было пыткой. К счастью, пропасть была закрыта мраком. По крайней мере только воображение могло рисовать то, чего не видели глаза. — Далее только верхом, — послышался его голос. Элосса подобрала платье. Грубый холодный камень царапал внутреннюю поверхность ее бедер, она передвигалась медленно, а мост становился все уже. Болтающиеся ноги отяжелели. Она боялась потерять равновесие.

Затем Стэнс сделал прыжок, если можно так назвать его быстрое движение вперед, из сидячего положения. Он положил факел на край пропасти, так что пламя освещало мост, и, стоя на коленях, протянул руки Элоссе. Девушка выпустила камень, за который крепко держалась, взяла посох, завернутый в подол платья, и протянула его Стэнсу. Стэнс взялся за посох и стал подтягивать Элоссу через треснувший конец арки. Она с трудом проволоклась вперед и упала прямо на Стэнса, оттолкнув его назад. Несколько минут она вообще не могла двигаться, будто ее силы и мужество истощились разом.

Руки Стэнса обвились вокруг нее. Она почти забыла о брезгливой неприязни к чужому прикосновению, унаследованной ею. Она сознавала только, что тепло его тела отогнало в темноту бездны весь ее страх. Они перешли пропасть. Под ними был обычный камень,

Раски выпустил ее и занялся готовым погаснуть факелом. Он помахал им, раздувая огонь. Элосса встала, опираясь на посох, но чувствовала себя вне времени и пространства, по щекам ее катились слезы, а крепкий камень под ней качался.

Стэнс поднял факел. Пламя явно отклонялось назад. Поток воздуха, свежий, как ветер с гор, шел откуда-то спереди. Значит, тут был какой-то путь для них. Элосса была голодна, все ее тело болело от усталости, но она не хотела отдыхать здесь. Был шанс вырваться отсюда в ближайшее время, а это самое главное.

Перед ними было отверстие в стене — естественный, необработанный камень, из этого прохода шел поток воздуха. Стэнс просунул туда голову и глубоко вздохнул.

— Мы, наверное, близко к выходу, — прокомментировал он. — Этот ветер не пахнет подземельем.

Наверное, он чувствовал, что его слова подбодрили девушку, потому что быстро пошел вперед, и она поспешила вдогонку.

Глава 14

Они вышли в ночь, почти такую же темную, как проход, по которому только что шли. Небо заволокло тучами, которые закрыли луну и звезды. Ветер обещал приближение зимы. Они нашли дверь в мир, но сначала надо было кое-что узнать о нем. По молчаливому согласию они снова вошли в проход, нашли нишу, укрывшую их от ветра, и сели там, решив переждать ночь.

Элосса достала последнюю лепешку. И у них была вода во фляжке. Поев, они решили спать по очереди. Стэнс вызвался первым нести вахту, и Элосса не возражала. Она так была измучена переходом по мосту, что рада была завернуться в плащ и отдохнуть. Уснула она мгновенно.

Она проснулась от прикосновения руки Стэнса к ее плечу. Он проворчал что-то неразборчивое и улегся в темноте, оставив ее смотреть на необычную высокогорную местность.

Сначала она попыталась сосредоточить свой затуманенный сном разум на определении места, где они сейчас находились. Они шли через равнину, в основном, с востока на запад. Но когда Стэнс нашел Рот, он шел явно на север. А куда они шли подземельем? Тоже на север? Она была в этом уверена. Когда ее глаза привыкли к темноте, она заметила, что горные пики значительно выше холмов, по которым они шли раньше. Она всю жизнь прожила в горах и безошибочно чувствовала высоту.

Теперь, когда ощущение, что их преследуют, исчезло, и она старалась разобраться в том немногом, что знала, выстроить логическую последовательность, чтобы представить себе, что может ожидать их в будущем.

На пути Рта им встретились два враждебных наследия: раски и юртов — Атторн и таинственная фигура, пытавшаяся убить их древним оружием ее народа. Но такая согласованная угроза именно из-за их наследия была невозможной. Насколько Элосса знала, мирных встреч между раски и юртами никогда не происходило.

Она порылась в складках одежды и извлекла зеркальце. Лунного света не было, чтобы дать ему жизнь; она видела только диск, и он был тусклым. Пользоваться им в таких условиях означало возможность остаться беззащитной перед чьим-нибудь мысленным зондом. Она долго вертела в руках зеркальце, мечтая привести его в действие, но делала это осторожно, притормаживая свои желания.