Дом на болоте - Алексей Калугин

Темнело быстро. Минут через двадцать стало уже почти ничего не видно. Только звезды горели над головой, будто шляпки серебряных гвоздочков, поддерживающих бархатный полог неба. А вот Луны на небе не было. Хотя по всем правилам ей полагалось бы сейчас спять почти во всей своей красе, со слегка отъеденным кусочком.

Первым достал светящийся стержень Доктор.

Заметив зеленоватое свечение позади себя. Штырь тоже вытащил из-за пазухи стержень. Бледный мертвенный свет раздвинул тьму метра на два вокруг. Ничего интересного Штырь не увидел. Все то же болото. Рюкзак на спине у зомби, топающего впереди. Странно: то ли ему передались уверенность и спокойствие Доктора, то ли он поверил в то, что можно полностью положиться на способность мертвяка чувствовать приближение опасности, только Штырь не испытывал ни малейшего беспокойства. Хотя, казалось бы, ночь, болото, Зона – все чувства должны быть обострены, а крови положено бурлить от адреналина. Какое там! Штырь чувствовал себя настолько спокойно, что готов был начать напевать что-нибудь негромко. Удерживало его лишь опасение вновь услышать одно из неодобрительных замечаний Доктора.

В том, сколько на болтах гнуса, Штырь убедился случайно, поднеся руку со светящимся стержнем к пыльнику. Поначалу он даже не понял, что это такое. Материя, казалось, шевелится сама собой. И лишь присмотревшись, Штырь понял, что его плотным слоем облепили мелкие ночные насекомые, каждое из которых старалось просунуть жало сквозь нити тканевой основы пыльника. Но при этом если какая редкая зудящая на лету мелочь и пыталась приблизиться к его лицу, то тут же шарахалась в сторону. Природный репеллент, предложенный Доктором и изготовленный зомби, действовал изумительно.

Поскольку Штырь почти ничего не видел вокруг, – следуя совету Доктора, он внимательно смотрел под ноги, – то не мог понять, шли они все время прямо или временами меняли направление. Да, в общем, ему это было без разницы. Он думал о том, как бы поскорее добраться до дома и наконец-то отдохнуть в нормальных человеческих условиях.

Штырь не сразу понял, почему ему становится все труднее идти. Поначалу он обратил внимание на то, что ему уже не хочется петь, потому что он идет, крепко прикусив нижнюю губу. Все дело оказалось в том, что сделанная Доктором анестезия – уж не из тех ли грибов, что собирал он на болоте? – начала отходить. К прокушенной собакой ноге стала возвращаться чувствительность, а вместе с ней и боль.

Штырю чертовски не хотелось обращаться за помощью к Доктору, – тот, конечно, поможет, но при этом наверняка снова примется ворчать что-нибудь насчет того, что вот, мол, связались с новичком неопытным, жизни не знающим, Зоны не топтавшим из-за него они с мертвяком и домой к ночи не поспели, и грибов сколько нужно не набрали, и вообще...

Из-под каблуков раздался глухой, гулкий звук. Штырь опустил светящийся стержень вниз. Под ногами тянулась дорожка из сколоченных по две широких досок.

– Где мы? – обернувшись, спросил он у Доктора.

– На болоте, – шепотом ответил тот.

– Я понимаю, что на болоте, – проскрипел Штырь. – Где именно?.. Что это за доски под ногами?..

– Тебе какая разница? – Доктор был явно чем-то недоволен. Или встревожен?

– Долго нам еще идти?

На этот вопрос Штырю никто не ответил. Ну, хватит, подумал Штырь, пусть Доктор сделает мне укол, иначе я до дома не дойду.

И в этот момент шедший впереди зомби остановился.

– Что? – спросил, подойдя сзади почти вплотную к сталкеру. Доктор.

– Кровососы, – не поворачивая головы, ответил Бенито.

Доктор выругался – негромко, коротко, но весьма выразительно.

Штырь перетянул автомат на живот и положил палец на предохранитель.

– Много?

– Четверо... Может быть, пятеро.

– Что их сюда занесло?

– Труп скользкого джо.

– Чей труп? – удивленно спросил Штырь.

Ему никто не ответил. Бенито и Доктор словно забыли о его существовании.

– Судя по запаху, скользкий джо угодил в кипяток, – сказал зомби.

– Тепловая аномалия под водой, – сделал вывод Доктор. – Обваренный труп поднялся на поверхность, кровососы учуяли его, собрались вокруг бочага и совместными усилиями выволокли из воды. Как думаешь, Бенито, сможем мы пройти по закраине так, чтобы они нас не заметили?

– Не сегодня, – тяжело вздохнул зомби. – От нас же за три версты болотной гнидой несет. – Деликатно сказал – «от нас». – Если только ветерком в их сторону потянет, так сразу учуют.

– Так гнидой же воняет, а не человеком, – ввернул очень уместное, как ему казалось, замечание Штырь.

– Раз воняет гнидой, значит, кто-то ее раздавил, – объяснил Доктор.

– Ну, мало ли кто мог гниду в темноте раздавить...

– Вот именно, что мало ли, – сказал Бенито, заставив Штыря уже в который раз за сегодняшний день почувствовал себя ослом. Зомби, мертвяк безмозглый, понимал больше, чем он!

– Если бы это был крупный хищник, он первым напал бы на кровососов, – пояснил слова зомби Доктор. – Раз не нападает, значит, боится. А это значит, что на него самого можно напасть. Кровососы – существа примитивные и логика у них простая: либо ешь ты, либо едят тебя. Было бы светло, можно было бы попробовать поговорить с ними.

– С кровососами? – удивился Штырь.

– А почему нет? – пожал плечами Доктор. – Мозгов у них мало, но все же что-то они соображают. Только ночью, в темноте, они слушать никого не станут. К тому же и местность для них чужая. На болоте кровососы чувствуют себя неуверенно, поэтому и пришли гурьбой. Чтобы отбиваться сообща. – Доктор с сожалением цокнул языком и покачал головой: – Нет, сейчас договориться с ними не удастся.

– А может быть... – начал Штырь, собираясь рассказать то, что вычитал о кровососах в справочнике.

И в этот момент на руке у него заверещал ПДА.

В ночной тишине показалось, что негромкий писк слышен всем на много километров вокруг. Штырь сначала схватился за руку, словно собирался раздавить ПДА, затем отдернул рукав. Писк сделался громче.

– Ты что творишь, зар-р-раза!!! – зашипел на него Доктор.

– Сейчас... Сейчас...

Штырь суетливо сунул светящийся стержень под мышку и отключил наконец звуковой сигнал ПДА.

– Совсем сдурел? – сдавленно зарычал у него над ухом Доктор. – Зачем ты эту штуку включенной таскаешь?

– Это же ПДА, – попытался оправдаться Штырь.

– Вижу, что не мобильник, – язвительно отозвался Доктор. – Имей в виду, когда-нибудь он тебя угробит.

– Так все же носят...

– Все носят, но включают только когда нужно.

– Я не знал...

– Ладно, что там?

Штырь включил подсветку дисплея.

– Семецкий погиб, – сказал он, прочитав сообщение.

– Тоже мне, новость, – усмехнулся Доктор.

– Это чьи-то шутки? – осторожно поинтересовался Штырь.

– Что за шутки? – не понял Доктор.

– Ну, насчет Вечного сталкера?

– С чего ты решил?

– Постоянно приходят сообщения о его смерти.

– А я тебе что говорю – выключи ПДА!

Штырь последовал совету и отключил ПДА.

– Бенито, помнишь Семецкого? – обратился Доктор к зомби.

– Бенито помнит Семецкого, – ответил живой мертвец.

– Вот видишь, – Доктор указал светящимся стержнем на зомби. – Бенито Семецкого помнит.

– Семецкого многие помнят, – философски изрек Бенито. – Что делать-то будем? По закраине попробуем пройти или через топь полезем?

Доктор задумался.

В длинном пыльнике, с противомоскитной сеткой, накинутой на голову, освещенный мертвенным бледно-зеленым светом стержня, что держал в руке, он сам был похож на не описанного пока ни одним исследователем Зоны монстра.

– Через топи мы до утра пробираться будем, – сказал он наконец невесело.

– Зато безопасно, – высказал иную точку зрения Бенито.

У Штыря своего мнения на сей счет не было, поэтому он промолчал.

– Идем по закраине, – принял окончательное решение Доктор. – Мы с Бенито – впереди. Штырь – за нами. Имей в виду, парень, отстанешь – ждать не будем.

– У меня нога...

– У всех ноги. Бенито, следи внимательно за направлением ветра. Если ветер потянет в сторону кровососов, будем отступать к топям. Вперед!

И они побежали.

Сначала под ногами бухали доски. Затем снова зашуршала трава. Земля принимала впечатывающиеся в нее каблуки с влажным чмоканьем.

Штырь бежал, видя перед собой только спину Доктора и рюкзак на спине у зомби. Голова у него была пуста, как треснутый горшок, на самом дне которого сохранилась только тоненькая пленка высохшего молока. Это была мысль – не мысль даже, а восклицание: какого черта... Если же раскрыть это восклицание как архивный файл, то можно получить примерно следующее: какого черта я потащился за этим клятым Доктором на эти клятые болота, нужно было уходить сразу, как только увидел его вместе с зомби, ясно же было, что он сумасшедший, какой еще псих потащится ночью через болото, по которому кровососы гурьбой ходят, какого черта, Штырь, что ты тут делаешь, как все это глупо, проклятие, мне еще никогда в жизни не было так страшно, может быть, только в детстве, когда приходилось прятаться под одеялом, чтобы тварь, затаившаяся в темном углу, не набросилась на тебя, какого черта...