Не ради любви + Бонус. Сизый Город (СИ) - Енодина Анастасия

Ярина стояла, прижавшись спиной к холодной каменной кладке и тяжело дышала, поминутно ругая себя на все лады. Надо же было так втереться в доверие к этим горожанам, что они готовы были забить до смерти неугодного ей парня. Хотя, она знала, что прекрасно способна изобразить столь натуральный испуг, что поверит любой.

Ей даже пришлось рвануть не в ту сторону, куда она планировала, а к трактиру Тима, надеясь, что тот успеет на выручку Лиану. Повезло, что по дороге встретился один мужик – его Рина видела в «Пятистенке», и часто встречала около пекарни, и потому слёзно попросила его поторопиться и вмешаться, ради Марьяны, за близкую подругу которой она себя и выдала.

И потому теперь, запыхавшаяся и перенервничавшая Ярина выглядывала из арки, надеясь, что Лиана не убили. Ей очень не хотелось бы его смерти, пусть она была бы и выгодна. Лиан не заслуживал умереть забитым ногами неразумных бедняков из-за её лжи. Но, пока девушка наблюдала за разворачивающимися событиями, она понимала, что примерно такой финал и ждёт этого парня в итоге. Он не сможет жить здесь. Этот мир – не для него, и нет никого, кто бы в здравом уме решил взять его под свою опеку. Да и что это за мужчина, о безопасности и благополучии которого надо заботиться? Кому такой может приглянуться? Разве что кому-то, долгое время живущему в одиночестве, кому-то доброму и обеспеченному, великодушному и смелому. Таких Рина себе пока не представляла.

16

На несколько дней Лиан словно выпал из жизни. Ему приходилось в основном лежать в постели – так велел лекарь. Сказал, что лучше пару дней отлежаться под действием сильных снадобий, чем вполсилы помогать Марьяне эти дни, а потом свалиться из-за обострившейся боли.

Киприан согласился и послушно выполнял все требования. Ему не хотелось расстраивать Марьяну, которая и так жутко перепугалась, когда Яшка приволок его на себе в трактир и рассказал о том, что произошло.

Лиан пил какие-то отвары, и от них постоянно спал и временами не то бредил, не то вспоминал что-то из прошлой жизни. Ему виделась больничная палата, в которой ему приходилось проводить много времени, виделись знакомые лица, которые не вызывали никакой ностальгии, а порой Лиану казалось, что он видит Рину. Везде и всюду она умудрялась попасть в его поле зрения. То она заходила к нему в облике медперсонала, то виднелась проходящей мимо так, что её было невозможно толком разглядеть. Он замечал Ярину повсюду, в любой обстановке ей находилось место, и он отчаянно искал её, если вдруг не мог заметить сразу.

Он звал её по имени. Как позже выяснилось, вслух. Марьяна, иногда заглядывавшая к нему, тревожилась этим, но и радовалась: ей не хотелось, чтобы Лиан отказался от своих планов из-за того, что его помощницей в этом деле должна стать Ярина. Но всё же после случая у пекарни она стала сомневаться, что отправлять этого парня с загадочной девушкой хорошая идея.

При случае она порасспросила Яшку о том, как всё было, и пришла к выводу, что всё же Рине доверить жизнь Киприана можно. Может, она и обманет его, может даже и обворует, а потом присвоит себе славу или даже сам артефакт, но всё же она идеально подходила на роль спутницы Лиана. Многие бы с радостью воспользовались наивностью парня и отсутствием магии, и ни на кого Марьяна не могла положиться, кроме той, кто однажды самолично отказалась от возможности нажиться на нём.

Скитания Киприана по городу были признаны хозяевами трактира опасными и отныне бесполезными. Марьяна решила помочь Лиану и подключила к поискам одного знакомого мага, который зачем-то долго глядел в глаза Лиана, требуя, чтобы тот детально воссоздал в голове образ Рины. Парень справился легко – светловолосая загадочная красотка в пышном одеянии до сих пор стояла у него перед глазами и ничуть и не уступала в красоте и привлекательности облачённой в скромную одежду «сиротке».

Общими усилиями следы Ярины нашлись и привели к обычному дому, типичному для окраины, но находившемуся на противоположной стороне города, так что Рину в районе «Пятистенка» никто не знал. Лиан убедился, что трактир находится на самом краю города, и эта его часть считается самой бедной и запушенной, поскольку далее не было никаких поселений, а лишь простирались леса, поля да не изведанные земли.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Киприан ощутил себя первопроходцем, который при желании мог бы сделать множество удивительных открытий. В его мире давно всё было исследовано и открыто, кроме, пожалуй, тех областей знаний, к которым просто так не подберёшься. Здесь же были открыты все пути, как выяснилось, и совершенно никто не горел желанием разузнать, что же там находится, за пределами известных земель.

Впрочем, пока парню было не до исследований. Он стоял посреди трактирного зала с листком бумаги в руках. На белом фоне красовались наспех изображённые домики и ориентиры в виде каких-либо ручьёв, особенно больших одиноко стоящих деревьев и тому подобных отличительных особенностей, по которым Лиану предстояло добраться до места проживания Рины.

- Мы все верим, что светлая и добрая Анна вернётся в город благодаря твоим стараниям, - сказал маг, вручая Лиану этот листок. – Ты справишься. Марьяна чувствовала, что это твой путь, и я могу сказать тебе тоже самое. Мы с ней недурственные маги, так что редко ошибаемся… Даже если ты не маг и ты растерян – судьба будет благоволить тебе в этом походе!

Глядя на план пути к дому Рины, Лиан и сам начинал верить в судьбу и её благоволение. Ведь иначе не было и не могло быть причины, почему всё стало складываться столь легко, и на жизненном пути его стали попадаться как раз те люди, которые могут и готовы помочь. Вспоминая свою прошлую жизнь, парень не мог отыскать в ней что-либо подобное. Ему никогда особенно не везло на людей, так что сейчас он относился к происходящему с радостью и малой толикой опаски, что его снова обманут.

Чтобы окончательно убедить себя в том, что он не совершает роковой ошибки, отправляясь к Рине, парень лёг на кровать и попытался воспроизвести в памяти голос Рины, который звучал в его голове, когда он впервые нащупал на своей шее шнур. «Желаю выжить…» - звучало обнадёживающе. Правда, Лиан так и не понял, как действует и действует ли вообще этот шнур, что висел у него на шее безвкусным украшением и никак не проявлял себя. Но перечитанное послание вселило в него уверенность, что Рина не желала ему гибели около пекарни, а просто немного просчиталась, натравив на него толпу людей.

Мысли Лиана плавно перетекли на Анну – девушку, показавшуюся ему столь восхитительной, что было трудно поверить, что она свободна и нуждается в помощи. Она точно не поступила бы с ним, как Рина. И ни с кем бы не поступила так. Она точно не убивала никого и не соблазняла ради наживы… Хотя… У неё была совсем иная жизнь, и как знать, какой бы она была, живи, как приходилось жить Рине… Тут Лиан поймал себя на мысли, что вообще не знает о жизни Рины ничего, кроме двух успешно созданных ею образов: богачка и нищенка. Это не давало никаких ответов на то, кто же она на самом деле. Не очень-то у неё с деньгами, раз нужна энергия для встречи с князем…

Но Анна была другой. Порассуждав сам с собою, Киприан пришёл к выводу, что нет разницы, кто какого социального положения и кто в каких условиях живёт: всегда можно и в нищете оставаться человеком, и в богатстве погрязнуть в пороках. Как, собственно, и было в своё время с ним, с Киприаном. Так что Анна становилась ему всё милей по мере того, как он размышлял о ней и её отличиях от бесноватой Ярины.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Он уснул с мыслями о княжне, и она даже явилась ему в сновидении, заняв место Ярины, столь привычной для мира грёз Киприана. Анна предстала перед парнем в элегантном платье с красивым, не пошлым вырезом и подолом, достигающим пят. Оно было изумрудным  и предательски напомнило своим цветом глаза Ярины. Лиан во сне отогнал эти мысли прочь и шагнул навстречу хрупкой девушке, что смотрела на него с любопытством добрыми глазами и слегка улыбалась.