Воздух, которым мы дышим (ЛП) - Маккензи Елена

Лиам тихо смеется, берет свою тарелку и начинает есть. Я смотрю, как он толкает вилку в рот, а его губы двигаются, когда он жует. Знание, что больше никогда его не увижу, вызывает у меня в груди щемящее чувство. Его присутствие здесь вызывало теплые чувства. Своего рода безопасность. Визиты Марка уже не так пугали с тех пор, как здесь появился Лиам.

Я придвигаю тарелку и начинаю есть после того, как Джордж бросает на меня предупреждающий взгляд. Значит, только Джордж и я, снова. Я замечаю, что Джордж задумчиво наблюдает за мной. Когда смотрю на него вопросительно, он хмурится и продолжает есть.

— Трактор снова пыхтит, — говорит он, и я знаю, что он лжет, поэтому с трудом сдерживаю улыбку. Он не хочет отпускать Лиама так же, как я.

— Тракторы всегда пыхтят, — жуя говорит Лиам.

— Но не так. И куры бегают повсюду. Тесса боится кур, если ты уйдешь, мне, вероятно, придется самому строить курятник. Я давно собирался. Ну да что ж, — рычит он.

Лиам смотрит на него, сузив глаза.

— Ты знаешь, я должен уйти. История с Мией не должна снова повториться.

Я до сих пор не знаю, что именно произошло, но то, что Джордж при упоминании об этом полностью напрягается и отталкивает от себя свой любимый завтрак, пугает меня.

Я вопросительно смотрю на Лиама, но не успеваю его об этом спросить. Снаружи звучит сигнал автомобиля. Я сразу узнаю этот звук. И он вызывает тахикардию и потливость. Он снова здесь.

Лиам

Я с тревогой смотрю на Тессу, когда она напрягается рядом со мной. Она кривится и затем с траурным выражением лица встает из-за стола, чтобы пройти к входной двери. У нее на лице такое страдальческое смирение, что мое сердце сжимается, и мне интересно, откуда взялось это смирение. Когда слышу грохочущий голос Марка, я знаю, откуда.

Я следую за Тессой к двери, которую она как раз открывает, пока Марк ворчит ей снаружи, чтобы она быстрее шевелилась. Я становлюсь рядом с ней, потому что чувствую необходимость защитить ее от моего бывшего лучшего друга. И я чувствую потребность начистить ему рожу за то, что он сделал эту женщину такой несчастной.

— Трикси, — хрипит Тесса, ее лицо озаряется, когда собака начинает прыгать вокруг нее, вырывая из рук Марка веревку, которую он привязал к ее шее.

— Твоя собака почти бросилась под машину, когда я ехал сюда, — рычит он, укоризненно глядя на нее.

— Спасибо, что вернул ее, — дружелюбно говорит Тесса, освобождая Трикси от грубой веревки.

Трикси подходит ко мне, доверчиво обнюхивает мою руку и затем бежит на кухню, где находится ее еда. Я слышу, как она радостно поскуливает, а потом что-то лепечущего Джорджа.

Марк мрачно смотрит на меня, затем обматывает веревку вокруг предплечья и заправляет узел, чтобы петля больше не смогла распуститься.

— Значит, он все еще здесь, — тихо говорит он, ни на секунду не выпуская меня из виду.

Тесса придвигается ближе ко мне, так близко, что наши руки почти соприкасаются, заставляя Марка морщиться.

— Ты был на пути сюда? — спрашиваю я, чтобы как можно скорее покончить с его визитом. Я чувствую, как Тесса снова напрягается рядом со мной. Кажется, она никогда не ожидает ничего хорошего, когда речь заходит о появлении Марка у нее. Я бы предпочел взять ее за руку и ободряюще сжать ее, но это только излишне спровоцирует Марка. Воздух от напряжения настолько густой, что становится трудно дышать. Ситуация напоминает мне о времени, когда Миа и я сообщили Марку о нашем браке, потому что мы больше не могли играть в прятки.

7 лет назад

Миа, хихикая, тянет меня за одну из полок в супермаркете, и толкает к ней. Она прижимает свое мягкое тело к моему и вздыхает, когда я даю волю рукам и скольжу ими по ее спине, по талии, затем протискиваю их между нами и кладу на крошечный животик, который потихоньку уже начинает округляться. В Атланте мы не только поженились, но также зачали это крошечное существо в ее животе. Неумышленно, но я уже люблю его.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мы играем в прятки уже в течение четырнадцати недель, и я не могу дождаться, когда наконец переедем в колледж. Подальше от этого города и от Марка, который все более и более подозрительно на нас смотрит. Я думаю, что он что-то подозревает, потому что все больше отирается поблизости и все чаще требует, чтобы мы что-то делали вместе. Я даже не уверен, продолжаю ли любить его как брата или ненавижу как врага. Периодически мне его жаль, и я ненавижу, что мы так его обманываем, но иногда Марк тупо действует на нервы, и мне наконец-то хочется перестать скрываться с Мией. Колледж — наш лучший шанс, хотя мы даже не имеем понятия, как все будет работать с малышом. Параллельно с колледжем мне придется много работать, чтобы мы смогли позволить себе съемную квартиру. Но, тем не менее, я в радостном предвкушении.

Я поглаживаю живот Мии и пристально вглядываюсь в ее глаза. Мое сердце все еще начинает бешено колотиться, когда мы оказываемся так близко. До сих пор не могу поверить, что она принадлежит мне. Что я в праве держать ее в объятиях и провести с ней остаток своей жизни. Я наклоняюсь к ней, обхватываю лицо руками и целую. Миа прижимается ближе и тихо стонет мне в рот. У нас практически нет возможности побыть наедине. Чаще всего я тайно забираюсь в ее комнату ночью, просто чтобы побыть с ней несколько часов. Чтобы вдохнуть ее аромат, ощутить ее волосы на моей груди, когда она сидит на мне, улавливать своими губами тихие звуки, которые она издает перед тем, как кончить.

Миа гладит меня по лбу.

— Я люблю тебя, — говорит она. — Перестань беспокоиться.

Улыбаюсь ей и снова целую, как вдруг рядом с нами раздается громкое покашливание. Я смотрю в сторону и вижу потрясенное лицо старой Молли. Сплетница!

— Чем вы оба здесь занимаетесь? — наезжает она на нас, с негодованием глядя на наши сплетенные в объятьях тела. — Это супермаркет, найдите для этого другое место.

Миа отрывается от меня и с испугом смотрит на старуху. Она выглядит напуганной, поэтому я ищу этому объяснение. Все в городе догадываются, что между мной и Марком существует своего рода соглашение.

— Мы прятались от Марка, — поспешно выпаливаю я, но ее недоверчивый взгляд просто кричит, что она не верит мне. По ее глазам я вижу, что она думает, что мы предали Марка. Я беру Мию за руку и спешу с ней прочь из магазина.

— Мы должны поговорить с ним, — тихо говорю я, взяв Мию за вторую руку. Она испуганно смотрит на меня, нам обоим не нравится эта идея. До сих пор мы верили, что сможем это дело замять, пока все не покинем город.

— О чем поговорить, — интересуется Марк, прислоняясь к вешалке с одеждой, что стоит снаружи, рядом со входом. Я испуганно оборачиваюсь, но не отпускаю руки Мии, а притягиваю ее ближе к себе. Марку это не по душе.

Он отталкивается от стены и мрачно смотрит на нас.

— Меня уже давненько не покидает какое-то странное чувство, — мрачно говорит он, сжав кулаки по бокам и дрожа от напряжения.

— Мы женаты, — быстро говорит Миа. Я замираю, когда вижу убийственное выражение лица Марка, и толкаю Мию за спину.

— Женаты? — кричит Марк, и я точно улавливаю момент, когда он теряет самообладание. Марк всегда был тем, кто не может контролировать свои эмоции. С самого начала нашей дружбы мне приходилось вытаскивать его из многих драк. Ослепляющий его гнев принимает такие масштабы, что он не чувствует боли, когда наносит или получает удары.

Он замахивается и врезает мне в челюсть. Я отшатываюсь назад и дергаю Мию за собой. Она цепляется за меня, но я немедленно расцепляю ее руки, чтобы блокировать следующий удар Марка и не дать ей снова споткнуться. Я отталкиваю ее немного дальше от себя руками, и в этот момент кулак Марка бьет меня по животу. Я складываюсь пополам.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты трахаешь девушку, которая в действительности должна была принадлежать мне, — рычит он с побагровевшим лицом.