Скандал ей к лицу - Ширли Басби

Оставшись одна в темной комнате, Нелл тихо лежала, продолжая переживать поцелуй. Тщетно напоминала она себе, что не была совсем уж наивной. В конце концов, ей стукнуло двадцать девять лет, и она один раз была помолвлена. Правда, они с Обри были обручены всего лишь несколько месяцев до ее несчастного случая, но между ними случались и беглые объятия в саду, и быстрые поцелуи в укромных уголках, так что некоторый опыт, пусть очень ограниченный, у нее был. Однако, вспоминая неловкие, неуклюжие ласки Обри, она только фыркнула. Господи, поцелуи Обри в сравнении с поцелуями Джулиана ощущались как выдохшееся шампанское. Между ними просто не было никакого сравнения! Хуже того, она в свое время готова была поклясться, что любит Обри до безумия. Так почему же, с тревогой размышляла она, поцелуй этого мужчины, которого она толком не знала, за которого не хотела выходить замуж, который, кажется, не слишком-то ей нравился, заставил все ее тело пылать огнем? Так и не найдя ответа на эти мучительные вопросы, Нелл забылась тревожным сном.

На следующее утро, страшась встречи с мужем, Нелл все же спустилась к завтраку. К ее радости, он вел себя как истинный джентльмен и ни словом, ни жестом не показал, что в их браке не все ладно.

«Да и что тут неладного?» – сердито подумала Нелл. Он держался как обаятельный собеседник, ненавязчиво заботился о ее комфорте, всегда имел наготове забавную историю... так что вскоре она расслабилась, обнаружив, что приятно проводит время в его обществе. По правде говоря, настолько приятно, что ждала новых встреч с ним и, возможно, не воспротивилась бы еще одному поцелую...

По неписаному соглашению они с Джулианом встречались каждое утро за завтраком и вместе решали, что будут делать днем. Большинство дней они проводили за верховой ездой, наслаждаясь красотами суррейских пейзажей. Нелл обрадовалась, узнав, что новоявленный муж разделяет ее любовь к лошадям, и во время долгих неторопливых верховых прогулок они часами обсуждали норов лошадей и уход за ними. Некоторые дни они посвящали обширным садам, простиравшимся во все стороны от поместного дома. Несмотря на осенние утренники, розы все еще цвели. Они даже в один из погожих дней устроили пикник возле озерка, вырытого на краю поместья. Вечера они проводили тихо и мирно и рано расходились по своим комнатам, развлекая себя отдельно. Однако с течением дней Нелл задерживалась в общей гостиной все дольше и позже, болтая и перешучиваясь с Джулианом.

Джулиан досадовал на ограничения, наложенные Нелл, но старательно играл роль добродушного компаньона, хотя каждым дюймом тела ощущал нарастающее желание, бывшее тяжким испытанием для его невозмутимости. Но он держал свои низменные инстинкты в узде, и терпение его было вознаграждено: когда в конце недели они собрались уезжать в Уиндем-Мэнор, поместье Джулиана, Нелл уже обращалась с мужем непринужденно и доверчиво, отчего он попеременно впадал то в веселье, то в отчаяние. До бракосочетания у них просто не было времени на разговоры, даже самые примитивные, зато за последнюю неделю они многое узнали друг о друге, и это было хорошо. Ранняя неловкость почти совсем рассеялась. Так что, за исключением того, что он не был допущен в ее постель, Джулиан если не был удовлетворен ситуацией, то по крайней мере смирился с ней. Временно.

Нелл покидала имение Талкотта без сожалений. У нее там было слишком много свободного времени для безделья, слишком много времени, чтобы поразмышлять о муже. К собственному удивлению, она обнаружила, что хочет поскорее увидеть свой новый дом и взять в руки бразды правления как новая его хозяйка.

Погода продолжала оставаться приятной: никаких бурь не задержало их в дороге, и путешествие в Уиндем-Мэнор, и в окрестностях Даулиша, и по девонширскому побережью прошло без происшествий. Однако когда экипаж свернул наконец на окаймленную дубами длинную подъездную аллею, Нелл испытала нежданную нервозность.

За какие-то несколько дней она превратилась из простой мисс Энслоу в графиню Уиндем, и огромность этой перемены внезапно ошеломила Нелл. Она бросила искоса взгляд на Джулиана, едва различая черты его лица в сгущавшихся сумерках, и когда их глаза встретились, беглое выражение, мелькнувшее в них, заставило ее сердце тревожно подпрыгнуть. Она вдруг поняла, что ситуация изменилась. Они больше не были на нейтральной территории. Они находились в его владениях, и Нелл не могла не задуматься, изменится ли теперь его обращение с нею. Не окажется ли он в собственном доме тираном? Разумеется, у нее не было никаких оснований полагать, что он вдруг изменится и станет совсем другим, не тем обаятельным джентльменом, к которому она успела привыкнуть за последние несколько дней. Но что, в сущности, она о нем знала? Неделя, проведенная в обществе друг друга, была слишком кратким сроком. А может быть, он умелый притворщик... хороший актер? Возможно, он ловко скрывает свою истинную натуру за вежливой улыбкой и обходительными манерами? Нелл понимала, что ведет себя глупо, но не могла подавить тревогу, сдавившую ей грудь.

Едва карета остановилась, Джулиан помог жене спуститься на землю перед заросшим плющом домом в елизаветинском стиле. Ее рука крепко сжала его ладонь. Он, муж, был единственной постоянной величиной в меняющемся вокруг нее мире, и, что бы ни ждало ее в будущем, в эту минуту она была бесконечно благодарна его присутствию рядом. Перед ней лежал ее новый мир, но она не была в нем одинока.

Огромный дом полыхал всеми своими окнами. В сгущающемся сумраке осенней ночи золотистый свет струился из-за частых оконных переплетов, приветствуя ее, маня к себе. Едва ноги ее коснулись каменных плит перед высокими парадными дверьми, как те широко распахнулись и из дома пролился поток тепла и света.

Нелл ощутила неловкость, потому что, казалось, все слуги собрались у входа, начиная с торжественно-щепетильного дворецкого Диббля до последней смущающейся посудомойки. Они выстроились в великолепном холле серого с белым мрамора и поджидали появления новой графини, чтобы ее приветствовать. Нелл выпрямилась и с теплой улыбкой стала отвечать на приветствия каждому, судорожно соображая про себя, как ей запомнить их имена и обязанности. Однако, шествуя вдоль ряда ныряющих в поклонах голов, она постепенно расслабилась. Конечно, некоторые глазели на нее с любопытством, другие исподтишка, но в целом настроение чувствовалось доброжелательное.

Забрав у Нелл плащ и перчатки, Диббль провел их в маленький салон, где их ждала легкая трапеза, а в мраморном камине весело плясал огонь. Нелл с удовольствием поела и, отодвинув от себя тарелочку с фисташковым кремом, оглядела приятную комнату, отделанную зеленым и бежевым шелком.