Отныне я твой сон - Ксения Бунеева

   Анька плотнее завернулась в одеяло, пытаясь сохранить остатки сна. Было так приятно и спокойно думать, когда никто и ничто тебе не мешает, просто лежа с закрытыми глазами.

   Теория Киры была верна. С этим нельзя спорить. Даже Александр Карпатов, достигший успеха в жизни, подтверждал это. Более того, он был ходячим доказательством этой теории. Чтобы чего-то достичь, надо определиться. От этой мысли Аньке почему-то стало грустно. Выходит, она совершенно растеряна в этом мире. Ничего не знает не о себе, ни о своей жизни. Просто делает все "как надо", не задумываясь особо. Была маленькой - отдали в садик, потом в школу. Получила аттестат - поступила в вуз. Встретила парня - влюбилась. Вроде бы все хорошо, гладко, правильно, никто не упрекнет. Все только поулыбаются и скажут: какая хорошая девочка, как правильно все делает, счастливой поэтому будет. А в чем это счастье заключается, никто ведь и не задумывается. Люди, в основном, стремятся делать "как все", чтоб не осудил никто, да соседи косо не посмотрели. О том, что действительно человеку нужно, никто и не думает. А зачем? Вдруг вслух скажешь, еще и сумасшедшим назовут.

   Анька стала вспоминать свою жизнь и каждый кусочек воспоминаний говорил ей о том, что Алекс и Кира правы - она не определилась, она ничего о себе не знает. Кто она такая? Зачем живет? Что делает? Зачем все это делает? Что ей интересно? Какие цели в жизни? Неизвестно. Просто течет время, все спокойно и гладко, а то, что отступает от правил - не норма и не хорошо.

   Всю свою жизнь Аня стремилась делать то, что ей говорят. Сначала, чтобы не расстраивать родителей, потом учителей, потом своего парня. Учись хорошо, не занимайся глупостями, не носи короткие юбки, не смей гулять допоздна, поступай на технический факультет, не слушай эту музыку - не модная она, не строй глазки вон тому типу. В ее жизни было столько запретов, что и вспомнить страшно. Все время слушала, подчинялась, соглашалась. А сама для себя она что сделала? Нет, в переходном возрасте у Аньки случился бунт. Своеобразный, конечно. Взяла она однажды и в блондинку перекрасилась тайком от мамы. Та, конечно, кричать стала, ругаться, когда дочь домой обновленная вернулась. Анька поплакала немного, а потом опять краситься пошла, в натуральный цвет. Вот и все, что ей сделать рискованного удалось.

   На самом деле, ее правильный мирок не был счастливым. Учеба в вузе никакой радости не приносила. Инженерная специальность оказалась сложной и неинтересной. У Аньки напрочь отсутствовали способности к черчению и аналитическому восприятию мира. Это так осложнило учебу, что годы в университете для девушки были приравнены к долгосрочному наказанию, обжалованию не подлежащему. Парень, такой любимый, хороший, нравящийся родителям, изменил. Аня даже домой звонить не стала, чтобы рассказать. Она вообще родителям редко звонила. Не хотела лишний раз беспокоить, а, может, нотаций боялась, непонятно. Выходит, что всем вокруг нее было хорошо, ей, самой Аньке, нет. Счастья не было. Каждый день вставала, делала то, что нужно, а радости при этом не ощущала. Пусть и говорят, что будни всегда серые и тягучие, но это не так. Так рассуждают те, кому удобно скрывать собственную грусть о несбывшемся. Анька не верила в эту философию. В ее жизни не было чего-то особенного, того, что заставляет сердце биться чаще и каждое утро ждать нового. Не хватало чего-то важного. Не было цели.

   Анька вздохнула и открыла глаза. Сделанное только что умозаключение не радовало. Девушка перевернулась на спину и посмотрела в потолок, раскрашенный персиковым светом. Надо вставать и жить дальше.

   На кухне у Киры был порядок. Несмотря на нелюбовь к уборке комнаты, подруга тщательно следила за хозяйственной частью квартиры. Она до жути ненавидела насекомых, которые могли бы там завестись из-за грязи и не любила, когда крошки хлеба раскиданы по всей комнате. Кира была аккуратной и даже в чем-то аскетичной. В ее холодильнике имелось ровно столько еды, сколько было нужно - ничего лишнего. Анька всегда отмечала это и втайне завидовала. У нее не получалось соблюдать такой порядок.

   Открыв холодильник, девушка внимательно осмотрела его содержимое. Пожалуй, йогурта и пары бутербродов для завтрака хватит. Соорудив себе завтрак, Анька стала варить кофе. У Кирки всегда были дорогие сорта. К чаю и кофе та относилась чуть ли не с благоговением.

   Горячий напиток наполнил ароматом всю комнату и красиво смотрелся в белой чашке. Посмотрев на кофе, Анька подумала, что неплохо бы погадать на кофейной гуще и узнать, что было, что будет и чем сердце успокоится. Жаль, она этого не умела.

   Только-только она собралась отведать кофе, даже поднесла чашку ко рту, как в дверь позвонили. Анька поставила чашку на стол и ошарашено посмотрела в коридор. Кто это мог быть? Кира не предупреждала о гостях. И сама Аня никого не ждала. Странно.

   Девушка встала и, на ходу оправляя киркин красный халат, двинулась к двери. Спросить, кто за дверью, в сонную анькину голову не пришло. Она сразу же повернула замок и открыла.

   - Неожиданно, - проговорил Макс, стоящий в дверях. Он был, как и подобает байкеру, в косухе и бандане с черепами. - Привет, Аня.

   - Привет, - рассеянно проговорила девушка. Ей казалось, что она еще спит и видит нереальный, но прекрасный сон.

   - А Кира дома? - спросил Максим, облокотившись о дверной косяк. По своему опыту общения с Анной, он знал, что иногда от нее просто невозможно добиться внятного объяснения и решил задавать вопросы не спеша. К тому же, встреча с девушкой немного его удивила.

   - А...она уехала срочно. К родителям. А я за квартирой присматриваю.

   - Ясно, - улыбнулся Макс.- Вот я тут ей флешку привез с фотками. Она просила.

   Парень полез в карман куртки и извлек оттуда маленький пластиковый прямоугольник.

   - Держи, - протянул он его Анне. - Как приедет передашь, ладно?

   - Ладно, - покорно кивнула Анька, не сводя с него глаз. Если он будет так смотреть на нее и дальше, она же просто сознание потеряет и свалиться бесчувственной тушкой к ногам своего случайного героя.

   - Слушай, я не разбудил тебя? - спросил Макс, долгим взглядом обводя фигуру девушки. - Ты как будто только проснулась.

   Аня дернулась и стала нервно поправлять не расчесанные еще волосы и пояс халата. Макс уловил это и чуть заметно усмехнулся. Анька тут же густо покраснела и замерла.

   - Да, я только встала, - попыталась исправить положение она.

   - Ничего, бывает, - ухмыльнулся парень. - Я просто рано приехал. Ладно, мне пора уже. Давай, пока.

   Он махнул рукой и уже собрался уходить, но вдруг обернулся на Аньку.