"Валутина гора" - Луи Бриньон

- Не трудитесь, сударь! - остановил его Невич. - Я отлично слышу, да и мои друзья тоже.

Солдаты с некоторым удивлением посмотрели на Невича, который произнёс эти слова на безукоризненном французском языке. Им оставалось лишь догадываться, почему тот молчал всё это время.

- Прекрасно! - одобрительно произнёс офицер и сразу же представился гусарам:- лейтенант Моршан. К вашим услугам, господа.

В ответ, все четверо по очереди представились французскому лейтенанту.

- Могу я узнать, чем вызвано ваше посещение, господа? - поинтересовался лейтенант.

- Не очень любезный способ встречать гостей, - Невич, а вслед за ним и остальные спешились, - надеюсь, сударь, вас не слишком затруднит наше посещение?

Скрытый сарказм, содержащийся в словах Невича, не ускользнул от лейтенанта Моршана. Он поклонился гусарам и с лёгкой иронией в голосе ответил:

- Мы всегда рады добрым друзьям, господа. Прошу следовать за мной, и даю слово, вы не сможете пожаловаться на то, что французский офицер не оказал вам должного внимания.

- Мы и не сомневались в вашей гостеприимности, сударь! - Невич в свою очередь отвесил лёгкий поклон лейтенанту.

Обмен любезностями на том закончился. Лейтенант Моршан пригласил их следовать за собой. Гусары молча приняли приглашение. Они пошли вслед лейтенанту пешком, держа за уздцы своих лошадей. По совету Моршана, гусары привязали лошадей к деревянному столбу возле палатки, в которой обитал лейтенант. Однако внутрь палатки они не вошли. Лейтенант повёл их осматривать лагерь. Осмотр продолжался около часа. В течение этого времени, лейтенант называл количество орудий, количество пехоты и конницы. А так- же подробно рассказывал о том, в какой стране и каком году, та или иная часть участвовала в сражениях. Упоминая о личной гвардии императора, мимо расположения, которой они проходили, лейтенант был особенно уважителен. В ходе небольшой экскурсии, несколько раз прозвучало название частей участвовавших в битве при Аустерлице. Лейтенант недвусмысленно намекал на недавнее поражение русской армии. Гусары в ответ, лишь незаметно усмехались. Все до единого прекрасно понимали истинный смысл этих слов. После подробного ознакомления с лагерем, лейтенант повёл их в свою палатку. Слух о прибытии русских офицеров успел распространиться по всему лагерю. Когда они вернулись к палатке, там уже находились порядка двух десятков французских офицер. Последовало шумное представление друг другу. А за ним гостеприимные хозяева пригласили к столу. Гусары с удовольствием приняли приглашение. Ну, а какой стол без вина?

Во-всю закипело веселье. Русские и французские офицеры сидели за одним столом, произносили тосты и говорили друг другу любезности. Шутки и смех сопровождали каждый поднятый бокал. Для всех стал неожиданностью тост, предложенный Невичем. Он встал и громко провозгласил:

- За Францию, господа! За эту прекрасную страну! И за наших гостеприимных хозяев!

Французы с воодушевлением восприняли этот тост. За столом раздались громкие крики:

- Да здравствует Франция!

Все присутствующие офицеры стоя выпили этот тост. Бокалы вновь наполнили вином. Вслед за тостом снова начали раздаваться шумные голоса, которые перекрыл громкий голос одного из французских офицеров.

- Господа, господа! Мы просто обязаны отплатить любезностью за любезность. - Говоривший встал и подняв высоко бокал, провозгласил. - За Россию, господа! За эту прекрасную страну!

- Надеюсь, вы придаёте своим словам тот же смысл, что и мы? - осведомился у него Друцкой.

Тот в ответ с улыбкой поклонился.

- Можете не сомневаться, сударь! Слова сказаны от чистого сердца!

Все, за исключением одного французского офицера, снова встали и разом выпили. Ставя на стол пустой бокал, Друцкой покосился на офицера средних лет, который всем своим видом показывал, что не одобряет этот тост, а следовательно и не собирается пить. Он уже собирался заговорить с ним, как рядом раздался спокойный голос Астраханова.

- Сударь, могу я спросить, почему вы не выпили вместе с нами?

- Причина до удивления проста, сударь, - последовал невозмутимый ответ, - я не желаю пить этот тост.

- Ах, вот как, не желаете? - с виду спокойно переспросил Астраханов.

Почувствовав назревавшую ссору, все за столом затихли и молча переводили взгляд с Астраханова на своего товарища.

- Знаете сударь, как-то недавно мне попалась на глаза книга, - продолжал говорить мрачнея Астраханов, - очень занимательная книга, скажу вам. Там описывались рыцарские обычаи вашей страны. Особенно привлёк меня один, весьма удивительный обычай. Суть его состояла вот в чём. Рыцарь брал с собой кувшин вина и меч. Выезжал на дорогу и предлагал всем без исключения выпить за здоровье своей любимой. Кто пил, спокойно ехал дальше, а кто отказывался,…вызывался на поединок. Сударь! - Астраханов устремил на офицера отказавшегося пить, решительный взгляд,- у меня есть к вам два предложения. Либо вы пьете, либо я принимаю ваш вызов. Ваше решение, сударь?

Офицер поднялся и уже собирался резко ответить, когда поймал на себе осуждающие взгляды сослуживцев. Астраханов повёл себя с присущим ему благородством. И это не могло не вызывать восхищения французских офицеров. После короткой паузы, последовали слова.

- За Россию!

- Благодарю вас, сударь! - раздался голос Астраханова.

Выпив этот тост, офицер с неприязнью посмотрел на Астраханова и с ударением произнёс:

- Надеюсь, в скором времени встретиться с вами при других обстоятельствах!

- Будьте уверены сударь, если это и не произойдёт, то не по моей вине! - с поклоном отвечал Астраханов.

Отвесив ответный поклон, офицер молча удалился. Маленькое недоразумение ничуть не испортило общей атмосферы веселья. Разговоры, шутки продолжались недолго. Неожиданно для всех, лейтенант Моршан придал общей беседе серьёзные нотки. Хотя он и был слегка пьян, но речь лейтенанта была близка и понятна всем сидящим за столом.

- Господа! - Моршан начал свою речь этими словами, - воля судьбы свела нас сегодня вместе. Никто из нас не знает, что несёт с собой завтрашний день. Скорее всего, мы станем врагами. И не по своей воле, к сожалению. Война неизбежна и все мы это прекрасно понимаем. Пусть все помнят сегодняшний день и этот стол, за которым собрались люди, для которых честь превыше всего. Я всей душой надеюсь, что эта война не заставит нас забыть об уважении и благородстве, о сочувствии и милосердии. Мы можем стать врагами, но можем и должны с уважением относиться друг к другу. Господа, этот тост я хочу выпить за лучшие времена. За день, когда мы сможем собраться вместе, как старые добрые друзья и выпить, не думая о войне между нами. За мир, господа!

- Славный тост! - заявил Друцкой, поднимая бокал.

Снова все встали и выпили. Выпив, все опустились на места. Все, за исключением Астраханова. Глядя на него, все за столом понимали, что он хочет ещё что-то добавить. Так и произошло.

- Со всей откровенностью господа. Мы русские - народ простой. У нас в каждом доме на столе лежит хлеб соль. А на стене висит сабля. Какой гость, с чем придёт, того и сполна отведает!

Было заметно, что слова Астраханова не понравились французам. Некоторые помрачнели, услышав их. Другие нахмурились. За столом раздался самодовольный голос одного из французских офицеров.

- Господа, неужели вы и впрямь надеетесь противостоять нашей армии? Это же смешно, в самом деле. Уверяю вас, не пройдёт, и одной недели как мы придём в вашу страну.

- Прийти-то вы, конечно сможете, - с улыбкой ответил говорившему Астраханов, - а вот насчёт уйти обратно…не обещаю господа!

- Весёлый вы народ русские! - раздался голос за столом, который привёл к общему смеху.

Друцкой покосился на молчавшего до сей поры Анджапаридзе. Он единственный из четверых не успел освоить французский. Это явно причиняло ему определённые неудобства. Поручик постоянно следил за выражениями лиц своих друзей. В зависимости от того, как выглядели они, менялось и его лицо.

- Поручик, не хотели бы вы произнести тост? - внезапно поинтересовался у него Друцкой.

Невич, пришёл в ужас услышав эти слова.

- Даже не надейтесь. Я не собираюсь переводить слова поручика. Я знаю, чем всё кончится.

- Я переведу! - предложил Друцкой.

Он лукаво сощурился и подмигнул Астраханову. Тот в свою очередь поддержал эту идею. Невич, видя такое единодушие, демонстративно отвернулся от своих друзей и заговорил с офицером, который сидел справа от него. Когда слева раздался голос Друцкого, Невич запнулся и лёгким ужасом устремил взгляд в сторону поручика Анджапаридзе.

- Господа, господа. У нас есть тост. Прошу прощения за моего друга. Он недостаточно хорошо владеет французским. По этой причине, я буду переводить его слова.

Друцкой привлёк к себе внимание. Едва он сел, поднялся Анджапаридзе. На губах поручика расплылась широкая улыбка. Чувствовалось, что он просто смакует своё выступление.