Сэр Мартин. Возвращение на родину - Михаил Александрович Самарский

её, словно фейерверки, взрывались сотни тысяч мыслей. Не зря чутьё подсказывало ей, что не просто так Женька долго не отвечает.

– А что ты хотела, Орлова, – вслух произнесла она, – ты тут, он там. Если у Жени появились от тебя секреты и он не хочет о них говорить, это означает одно – у него началась своя жизнь, но уже без тебя. Вот к чему приводит проклятая разлука! – с ненавистью выпалила Алиса, и отчаянный стон вырвался из её груди.

Пастушок проснулся и в недоумении уставился на хозяйку. Не обращая на него внимания, та вскочила с кресла и заметалась по комнате. Нет, у неё не укладывалось в голове, она не хотела верить, что Женя может предать её. Он не похож на предателя, по крайней мере, все его поступки говорили об обратном. Если у него появилась другая, тогда к чему все эти нежные сообщения и бесконечно длинные ночные разговоры? Может, отцу сумка только показалась слишком большой, вряд ли он знает все вещи, с какими Женя ездит на тренировки. Подумав о том, что, возможно, любимый звонил ей, а у неё телефон был недоступен – мало ли что может случиться со связью, – она снова схватила мобильный и стала проверять, не приходило ли уведомление о пропущенном звонке. Но, увы, ничего не было.

Проскочила мысль спросить у Верки, не знает ли она случайно, куда Женя собрался ехать, но Алиса тут же отбросила её. Если парень не раскрыл ей своего секрета, то её подруге не скажет и подавно. Он прекрасно понимает, что Верка тут же сообщит Алисе.

– Орлова, успокойся! – прикрикнула девушка на себя. – Рано или поздно всё выяснится. Ещё это долбаное эссе – как теперь его писать, когда все мысли черт знает где? – Она покачала головой. – К тому же тема идиотская: «Как вы относитесь к списыванию?» Да как я могу к нему относиться? – всплеснула Алиса руками, продолжая разговаривать сама с собой. – Если я родилась в России, а у нас это часть национальной культуры. Списывают все, начиная от учеников в школе, заканчивая студентами, аспирантами, докторантами. Да что там школьники и студенты, если даже чиновники и министры, занимающие важные посты, когда-то скатали свои диссертации.

Под пристальным наблюдением Мартина она забрала «Макбук» с кровати и снова уселась за стол. Чувствуя тревожное настроение хозяйки, пастушок подбежал к ней и поставил лапы на ноги.

– Ты хочешь ко мне? – спросила девушка. Она наклонилась, взяла его на руки и посадила рядом с собой в кресло.

Алиса вспомнила, как в начале учебы ездила в «Икею». В её комнате общежития из мебели было всё, кроме компьютерного кресла и предметов личного пользования: постельного белья, полотенец, подушек, одеяла и необходимой посуды. Услужливый продавец-консультант вызвался ей помочь выбрать кресло, чему девушка несказанно удивилась. Сколько раз прежде она с отцом бывала в этих магазинах и никогда не видела, чтобы сотрудники проявляли такое участие, им было абсолютно фиолетово, что выбирают покупатели. А бывало так: захочешь что-то спросить, начинаешь искать консультантов, а их днём с огнём не сыщешь в торговом зале. Увидев, что Алиса разглядывает просторные широкие кресла, продавец сказал: «Мисс, вы такая миниатюрная, зачем вам большое кресло, вам будет неудобно в нём сидеть», на что она ему ответила: «Сэр, дело в том, что у меня есть собака, которая обожает делать со мной уроки». Девушка искренне не понимала тогда, какая ему разница, какое она купит кресло. Может, он просто хотел сэкономить её деньги?

Но больше всего во время её занятий Мартину нравилось валяться поперёк стола и наблюдать, как порхают её пальцы по клавиатуре или авторучка выводит замысловатые каракули на бумаге. Ему-то нравилось, а вот Алисе не очень. Дело в том, что, когда ему надоедало неподвижно лежать, он начинал елозить своим упитанным тельцем по столешнице и, как правило, в этот момент что-то падало, иногда даже разбивалось. Однажды он умудрился перевернуть кружку с чаем. В тот момент Алиса почувствовала себя самым настоящим жонглёром. Она вовремя среагировала и убрала «Макбук» за секунду до того, как на стол выплеснулся кипяток. Если бы не её мгновенная реакция, чай залил бы клавиатуру и на компьютере можно было бы ставить крест. После того случая Алиса перестала что-либо пить во время занятий, а питомцу запретила лежать на столе, но упрямый собачонок всё равно забирался на него, как обычно, пользуясь её неспособностью ему отказать.

Пастушок вальяжно развалился в кресле, отодвинув её на самый край, и по-хозяйски положил морду на её колени.

– Мартин, тебе не кажется, что ты залез на мою половину? – нахмурилась девушка и напомнила: – Мы же с тобой договаривались, если ты приходишь ко мне во время занятий, то лежишь на своей половине.

А пастушку что об стенку горох. Он даже не шелохнулся, лишь посмотрел на неё из-под кустиков чёрных бровей и громко вздохнул, всем своим видом говоря: «Я не пойму, тебе что, мало места?»

– Да ну тебя, – отмахнулась Алиса. – Упёртый ослик Иа.

Она вошла в почтовую программу, скачала эссе, которое прислал профессор, чтобы написать на него ответное. Как же она не любила этот предмет. Возможно, если бы он давался ей полегче, тогда бы не было такой неприязни, но каждый раз написание сочинения или эссе для неё превращалось в настоящую пытку.

– Они точно хотят из меня сделать писательницу, причём сразу англоязычную, – сказала Алиса, имея в виду тех сотрудников университета, которые составляли для неё индивидуальный план обучения.

Она начала читать эссе, всё больше хмурясь и меняясь в лице. Его суть заключалась в следующем: жили-были два друга, и всё у них было замечательно в отношениях до тех пор, пока один из них не заметил, как другой втихаря и без зазрения совести списывает у их однокашника на уроке. Сие действо до глубины души поразило честного друга, он стал метаться меж двух огней: желанием пожаловаться преподавателю и скрыть позор друга. В его голове пронеслась масса всяких мыслей о благородстве и помощи обществу, типа если сейчас не преподать урок сознательности товарищу, то в дальнейшем это приведёт к катастрофическим последствиям. В конечном итоге парень так и не решился рассказать учителю, но эмоциональные переживания и разочарования в друге оказались настолько сильны, что постепенно их дружба сошла на нет.

Прочитав до конца, Алиса воскликнула:

– Какой бред!

Собачонок снова поднял голову и посмотрел на неё, в его глазах читалось явное недоумение: да что же это такое происходит с хозяйкой, почему она целый день разговаривает сама с собой?

А в голове Алисы не укладывалось: неужели списывание может разрушить отношения? Может, между молодыми людьми не было настоящей дружбы? Как понять подобное русскому человеку, когда списывание у нас считается нормой, а жалобы – стукачеством? И всё же описанная в эссе история заставила её задуматься. Получается, тот парень украдкой воровал чужие мысли, а мысли, по сути, такой же товар, как еда, одежда, предметы быта, только не физический, а интеллектуальный. Если кому-то взбредёт в голову что-либо украсть в магазине, наверняка его накажут. Тогда почему воровство чужих идей должно сходить с рук? Алиса вдруг вспомнила, как однажды ходила на встречу с известным писателем, которая проходила в книжном магазине. После выступления вокруг него собралась толпа поклонников, желающих взять автограф и сфотографироваться с кумиром. Одна женщина поинтересовалась, в каких интернет-магазинах можно