Опричник-3. Канцелярия Государственной Безопасности - Дмитрий Буров

и дошло: крылатые воительницы и есть эти самые гуси-лебеди. Это не оборот речи и не прозвище, а натуральный факт.

Оборотницы, перевёртыши, как называют их в Нави? Когда-то и у нас в Яви жили такие люди, наделённые кровью зверя. Женой первого императора была царевна Лебедь. Говорят, государыня умела оборачиваться в лебёдушку и знатно рубилась на саблях. Не родственница ли вот этих самых?

— Дошло, наконец? — съехидничала красотка. — Садись чай пить.

— Может, скажешь уже, кто ты, — проворчал я, возвращаясь за стол.

— А то не догадался, — склонив голову набок, деланно изумилась девица.

— Страж границы?

— Ну, слава Вию! — воскликнула девчонка. — Пей давай. Этот отвар хорошо горячим пить, силы возвращает, мысли очищает. Не отравлено, Слово даю.

В небесах гулко ухнуло, подтверждая клятву. Я взял чашку, принюхался. Пахло лесными ягодами, полынью, яблоками и ещё чем-то неуловимо знакомым. Но ни яблок, ни знакомой травки в заварнике не было. Травница, что ли, ко всему прочему?

— Что, добрый молодец, расскажи о себе. Кто таков, куда путь держишь? Дело пытаешь, али от дела лытаешь? — пригубив напиток, поинтересовалась Яна. Кажется, так она себя называла, переступая порог избушки.

— Попусту болтаться не привык. Тем более, в такую даль, — хмыкнул я, пробуя травяной чай. — Вкусно.

— Ещё бы невкусно, — фыркнула Яна. — Так что за дело, опричник? — девушка отставила чашку, поставила локти на стол, уложила подбородок на сжатые кулачки и, не мигая, уставилась на меня.

К этому взгляду я уже почти привык. А вот к неподвижному лицу привыкнут было трудно. Хорошо хоть в голосе девицы звучали самые разные эмоции, иначе подумал бы,что робот. Я с сомнением глянул на девчонку. Ведь точно навья девица. Не робот?

Я собрался с мыслями и коротко поведал Яне о своих приключениях, в том числе, о том, что команда моя сгинула в неизвестном направлении.

— Теперь моя задача: оторвать голову трикстеру, но сначала найти своих отморозков. Иначе, боюсь, в Нави начнутся проблемы, —

— Димон никогда не обманывает, если контракт заключён, — подливая мне чай, заверила Яна.

— Ты знакома с Димоном? Может даже знаешь, куда он делся вместе с моим отрядом?

— Может знаю, а может нет, — хитро улыбнулась девчонка.

— Яна, ты не понимаешь, — придав голосу убедительности, сказал я. — Если в ближайшее время мы не найдём друг друга, хана твоему Димону. Колокольчик от него мокрого места не оставит. Но сначала он попадёт в руки Коржика, что ещё хуже. Графиня убивает быстро, а может растянуть удовольствие. Корнелиус не убивает. Он исследует. Долго и тщательно.

Я замолчал, пристально глядя в странные глаза навьей жительницы.

— Впечатляет, — немного помолчав, произнесла Янина. — Но Димон ничего твоим отморозкам не сделает. Контракт не нарушен.

— Но я-то здесь?

— Это немного не так работает у нас в Нави, — снисходительно улыбнулась Яна.

— Не понял, контракт, заключённый в Яви, недействителен в Нави? — напрягся я.

— Человеки! — закатила глаза старжница границ. — Ты и все твои опричники живы. Навь это чует, поэтому формально контракт не нарушен. Уверена, Димон ведёт их к цели. Если твои воины не дураки, они не станут ничего делать трикстеру, пока не прибудут к месту назначения, — девушка помолчала и добавила. — Да и потом не рекомендую причинить вред Димону. Серые туманы не прощают ошибок. А вы слишком лакомая добыча для всех, то в них обитает.

— Почему? — принимая к сведению информацию, уточнил я.

— Живая кровь, горячая, напитанная силой — это желанный подарок для любого существа Нави.

С каждым словом голос Яны изменялся, становился глубже, обворожительней. И без того большие глаза становились все больше и больше. Мириады звёзд закружились в хороводе, сияя из глубины чёрной живой бездны. Пухлые губы заалели, мелькнул кончик розового язычка, соблазнительно пройдясь по изгибам. В моей голове зашумели незнакомые голоса.

Я мотнул головой, прогоняя навий морок.

— Ещё раз так сделаешь, не обижайся, — пристально глядя в глаза бабе Яге, ледяным тоном предупредил девицу.

— Не больно-то и хотелось, — фыркнула Яна, и наваждение тут же схлынуло, оставив после себя ядовитый вкус лёгкого разочарования и пару вопросов. У девчонки действительно удлинились клыки, а кончики ушей стали чуть заострёнными? Или это всё морок?

— Откровенность за откровенность? — предложил я.

— Валяй, я сегодня добрая, — хмыкнула Яна.

— Ты страж границы, так?

— Да.

— Значит, ты — Ягиня.

— Бинго! Опричник забирает главный приз, — воскликнула Яга. — Долго же до тебя доходило.

— Догадался сразу, — пожал я плечами. — Просто… — внезапно понял, что не могу сказать красивой девушке, что в моём мире бабу Ягу изображают уродливой старухой.

— Ой, гляди-ка, мальчик засмущался, — хихикнула девица. — Не переживай, мы все знаем про ваши сказочки, читаем детям вместо колыбельных.

— Так вас что, много? — удивился я, пропустив мимо ушей издевательское «мальчик».

— Ну так род Ягинь богат своими дочерями. Во всех землях, на всех границах, на стыках всех миров стоит свой Страж. И эти стражи — мы, плоть от плоти Яговой, — пожала плечами.

— А нога? — невольно вырвалось у меня.

— Нога — это родовое проклятье, которым свекровка наградила первую Ягиню. Ту самую, которая стала сожительницей Велеса.

— Женой, — поправил я.

— Неа, — ухмыльнулась Яна. — Невенчанные они, так жили. По любви. Когда-нибудь может снова встретятся… — с едва заметной печалью в голосе вздохнула девушка.

— Встретятся? — переспросил я.

— Не бери в голову. Так вот, нога, говоришь, — Яна поднялась, поставила правую ногу на скамью, протянула в штанине руку. На моих глазах девичьи пальцы в один миг изменили форму, удлинились, косточки стали уродливо толстыми, ногти выросли, маникюр превратился в стальное лезвие.

Девчонка небрежно провела когтями-ножами по брючине, джинса распалась на две половинки, являя миру лохматую когтистую лапу.

— Лапа — это плата за умение ходит на тот свет.

— Так ты на нём живёшь, — не подумав, брякнул я.

— Я живу в Нави, — без тени улыбки заявила Ягиня. — А то свет, она за пределами и Яви, и Нави, и даже Прави.

— Охренеть, — только и смог выдохнуть я. — И как работает это проклятье?

— У каждой из