Дневники Фаора. Ламий в мегаполисе (СИ) - Наталья Екимова (Самиздат)

коварство весьма неприятного толка, на него всегда были горазды только внешне безобидные богини. Конечно, это правило не касалось Гекаты, Беллоны и фурий.

Юнона же всегда пыталась убедить окружающих в том, что как истинная мать, готова простить своим неразумным детям практически любую шалость. Только те, кто неосмотрительно нарушал главный приказ Юпитера: «Не высовываться!», очень скоро с удивлением обнаруживали, что и любовь Матери Богов имеет строго очерченные границы.

Увидев, что Фаила помогает своей Королеве при помощи магии, Эрика вызвала из Тартара Лиру и тихонько шепнула ей на ушко:

– Моргана явно играет не по правилам! Отвлеки эту голубоглазую стерву. Да так озадачь, чтобы у неё больше не было никакой возможности помогать своей госпоже жульничать.

Цветочная феечка проказливо улыбнулась и ринулась к намеченной жертве, восхищённо хлопая глазами и вереща от радости:

– Скажи, а каково это – быть фрейлиной самой Королевы Морганы? – когда её проигнорировали, девчонка сразу же оскорбилась до глубины души и в долгу не осталась.

Выпустила короткое заклинание, подслушанное ею у одной из ламий, когда она была в гостях. Лира превратила задаваку в странное растение. Оно цвело крупными цветами цвета засохшей крови и благоухало ароматами поля боя. Когда битва уже завершилась, но хоронить павших было уже некому.

Потом, решив, что веселью не хватает большего бардака, выпустила ещё несколько колдовских находок. Ведьмины плетения сделают результаты волшбы практически непредсказуемыми, но не позволят им выйти за пределы заведения Либера. Проблемы с Юпитером не нужны никому.

Моргана, бросив косой взгляд на чем-то сильно раздражающую её черноглазую девицу, швырнула в неё заклятье и с удивлением увидела, что с той ничего страшного не случилось. Оба ламия странным образом изменились. Они снова стали живыми существами из плоти и крови. Макс перестал быть смертным. Естественно, в планы интриганки подобный эффект не вписывался напрочь. Устранить же последствия собственной интриги ей так и не удалось.

– Королева, за тобой два должка. Один – фуриям. Другой – ведьме Иветте. Мы подумаем о том, что взять с тебя в качестве виры! – Мегера призвала на помощь всю силу своего недюжинного актёрского таланта, чтобы никому и в голову не пришло оспорить её решение.

Ни мне, ни Аору, естественно, совсем не пришлось по вкусу, что мы лишились в одночасье всех достоинств своего народа. Макс лишь мысленно поблагодарил всех богов, какие только пришли ему на ум, за то, что его не трансформировало в кровососа или ещё во что похуже. Впрочем, ещё не вечер, как говорится!

Выражение же тихого восторга на симпатичной мордашке Лиры и вовсе не понравилось никому. Впрочем, цветочная феечка уверила нас, что чары не действуют на тех, кто уже хоть раз подвергся их причудливой игре.

«Макс, тебе придётся скрывать от всех, что уже больше не человек. Ты перестал быть и любимой игрушкой Талеи. Зеркало никуда не денется, но от его цепей ты теперь избавился навсегда. Ей придётся считаться с тобой, как с равным!»

Тихий голос Нокс, прозвучавший в голове мужчины, был задумчив и чуть печален. Певец криво усмехнулся и подумал, что на этот раз три феи сами себя перехитрили. Эрика сразу ощутила беспокойство, ведь бесконтрольные чары Морганы могли натворить чересчур много бед. Хорошо ещё, что только внутри «Смеха Феи». По странному капризу судьбы, он почувствовал, что теперь женский облик не слезет с него, бедолаги Эребуса, до самого Дня Святого Патрика.

Глава 14

Пожелав королеве, чтобы её жизнь превратилась в бесконечный кошмар, бог мрака в изящном теле с ужасом наблюдал за творящимся вокруг кошмаром. Все посетители бара, кроме музыкантов, виновниц бардака и Фаилы, которая уже утратила свой первоначальный облик, меняются полами. Лишь ламий, кроме двух музыкантов, и ларов странный новый всплеск чар отчего-то оставил в первозданном виде.

Голос Нокс, он явно был мужским, тут же потребовал у Морганы:

– Ты хотя бы поняла, что натворила, кошка драная? Верни все, как было! Иначе пожалеешь, что припёрлась на нашу территорию! – синие глаза веяли стужей, но Королева Фей под воздействием зелья Цирцеи страха не ощущала.

К тому же её молодецкая храбрость была многократно усилена крепким алкоголем и абсентом. Бывшая богиня ночи с облегчением подумала, что просто замечательно, что Иветта уже трясётся в купе на двоих, уносясь на далёкий север под перестук колёс.

– Представляешь все последствия собственной глупости? Да ты вовек с нами не расплатишься!

– Ой, мистер Нокс, а ты – жуткий зануда! – Моргана томно вздохнула и стрельнула глазками. – Ну, подумаешь! До Дня Святого Патрика их ничем не снять. Потом сами рассеются! Наслаждайтесь! Когда ещё вам доведётся понять собственных мужей и их слабости на собственной шкуре?

– Ага, учитывая, что они жуткие тормоза, у нас очень скоро будет куча незапланированных капризных богинь на сносях. С этим ты что собираешься делать?

– Вот чёрт! Я совсем упустила из вида, насколько все небожители блудливы, вне зависимости от пола! Талея, внеси изменения, чтобы беременная, к примеру, Эрика, до родов оставалась женщиной, всего-то!

– Ты проиграла, королева, доказав всем, что ни на что не годна! Ни веселиться, ни пить, ни колдовать нормально ты не умеешь. Вот до чего могут довести спесь и излишне завышенная самооценка! – рыжеволосая задира Мегера всегда предпочитала упреждать возникновение осложнений.

Особенно, когда последствия могли быть сколь угодно неприятными. В своём новом виде Мегер буквально метал громы и молнии и, тыча гостью носом в пачку контрактов, злобно шипел:

– Ты хоть представляешь, Моргана, какова будет суммарная неустойка по договорам? Их придётся расторгнуть? До марта десять месяцев! У меня съёмки и показы срываются! Ну, допустим, на дефиле можно демонстрировать и мужскую одежду, но скольких главных ролей по твоей милости я лишилась! Мой юрист свяжется с тобой, когда прояснит этот вопрос. Величина морального ущерба от всех пострадавших, уверена, влетит тебе в копеечку! К тому же, Геката тоже попала по твоей милости в весьма двусмысленное положение! Меркурий сейчас в служебной командировке в Тартаре. Представляешь, как он отреагирует на то, что его жена изменилась настолько кардинально почти на год?

– Ой, подумаешь! Талее надо было просто отдать Максика мне, и все дела! А вам признать, что я гораздо круче и лучше всех, только и всего! Неудачники!

– Больше никаких соревнований со всякими прошмандовками! С ума сойти, сколько может возникнуть проблем из-за трёх зарвавшихся фей! Одна из них мало того, что безголова,