Правда истории или мифология? Пограничные войска НКВД в начале Великой Отечественной - Владимир Иванович Городинский

Среди них секретное постановление Политбюро от 19 февраля 1941 г. «О развертывании фронтов на базе военных округов»[78]. Его содержание абсолютно расходится с официальной версией начала Великой Отечественной войны. Постановление это вышло через три недели после вступления Г. К. Жукова в должность начальника Генштаба и за 4 месяца до начала военных действий — когда СССР еще был связан с «дружественной» Германией «Договором о дружбе и границе» от сентября 1939 г. Официальные толкователи истории войны до сих пор сообщали лишь о последствиях этого постановления Политбюро — когда с 14 по 19 июня телеграммами Г. К. Жукова военные советы западных военных округов обязывались к 22–23 июня вывести фронтовые управления (уже существовавшие до этого в течение нескольких месяцев) на полевые командные пункты.

Еще один интересный документ — подготовленные Генштабом «Соображения по плану стратегического развертывания Вооруженных сил Советского Союза» (в «Особой папке» он называется «План стратегического развертывания сил Советского Союза на случай войны с Германией и ее союзниками» от 15 мая 1941 года)[79].

Разработанные Генштабом и адресованные Председателю СНК СССР И. В. Сталину, они вовсе не были отвергнуты, как утверждают некоторые историки, а были, наоборот, приняты (ибо писались по его же указанию) — и исполнялись в последующем по всем своим пунктам.

Многие ученые и публицисты утверждают, что эти и другие рассекреченные документы раскрывают истинную причину Катастрофы 1941 года. По их мнению, Сталин поверил дезинформации Гитлера о готовящейся в период с 4 по 10 июля 1941 года высадке немцев на Британские острова — и хотел ударить немцам в спину именно в этот момент. Так нападение на Германию становилось морально и политически как бы шагом помощи воюющей Англии и было как бы спровоцировано высадкой немецких войск на Британские острова. Это давало право СССР разорвать договор с Германией и не выглядеть агрессором в глазах мирового сообщества.

Несмотря на все вышесказанное, вопросы военного планирования в СССР в 1939–1941 годах и на сегодняшний день остаются одной из самых острых тем исторических дискуссий. Сообщество российских историков условно разделилось на две остро враждующие группы. С одной стороны — это сторонники традиционных «оборонительных» взглядов на внешнеполитические замыслы Сталина накануне 22 июня 1941 года. С другой — те, кто солидарен с точкой зрения В. Суворова (Резуна) о подготовке Советским Союзом наступательной войны против фашистской Германии и ее союзников. Среди последней группы ученых также нельзя не заметить наличия определенных разногласий по поводу конечных целей сталинских планов войны в Европе.

Одни — в лице В. Афанасьева, М. Солонина, С. Петрова, Д. Хмельницкого, И. Бунич, Б. Соколова, А. Гогун, В. Данилова, А. Никонова и ряда других — полностью поддерживают точку зрения В. Суворова (Резуна) о том, что Сталин, планируя наступление против фашистской Германии, готовился в конечном плане к советизации всей Европы.

Другие историки, такие как М. Мельтюхов, А. Исаев, А. Киселев, Р. Шиянов, В. Бобылев, А. Сахаров и ряд других, убеждены в том, что у Сталина действительно была запланирована наступательная операция, но только для разгрома главных сил противника, стоящего у наших границ.

Как бы там ни было, но обе эти группы ученых согласны между собой в главном: известные на сегодняшний день стратегические, оперативные, мобилизационные планы и планы прикрытия границы, разработанные накануне войны с Германией, выдержаны в наступательном духе и рассчитаны не на отражение вражеского нападения, а на начало войны по инициативе СССР.

По их мнению, советское руководство — вопреки распространенным в историографии представлениям — не испытывало страха перед военной мощью Германии и было вполне уверено в боевых возможностях Красной армии. В последние же месяцы перед нападением немцев советская пропаганда постепенно начала подготавливать население к возможному началу большой наступательной войны с Третьим рейхом. Очень подробно и аргументированно все эти вопросы рассмотрены в монографии М. Мельтюхова «Упущенный шанс Сталина: схватка за Европу 1939–1941 гг. (документы, факты, суждения)», книге И. Бунич «Операция «Гроза». Фатальная ошибка Сталина», работах М. Солонина «Три плана товарища Сталина» и «Июнь 1941-го. Окончательный диагноз», а также в исследованиях других авторов. Кстати, в последней книге М. Солонина не только детально проанализированы все пять уже известных вариантов общего стратегического плана Красной армии и текстовые документы, отражающие разработку планов оперативного развертывания войск каждого из четырех западных фронтов, но и впервые подробно исследованы несколько десятков недавно рассекреченных рабочих карт, на которых в графическом виде отражены упомянутые выше планы. Несколько из них представлены в этой же книге.

Понимая, что отрицать очевидные факты становится все труднее, представители официальной отечественной историографии о Великой Отечественной войне в последние годы также существенно подкорректировали свою позицию. В таком фундаментальном труде, как «СССР — победа во Второй мировой войне», вышедшем в издательстве «Логос» в 2008 году (руководитель проекта доктор исторических наук, профессор, член-корреспондент Российской академии образования А. Ф. Киселев), может быть, впервые признано, что «Г. К. Жуков и С. К. Тимошенко, накануне войны не планировали наступательной войны против Германии, а только хотели нанести превентивный удар по немецким войскам в том случае, когда уже было бы полностью ясно, что германская армия вот-вот готовится сама нанести упреждающий удар. Германии удалось упредить СССР и нанести по нашим войскам превентивный удар, а советскому командованию не удалось определить момент готовности врага к нападению».

Вскоре пересмотрел свою точку зрения по данному вопросу и крупнейший российский ученый, бывший директор Института российской истории РАН Андрей Сахаров. В своей лекции, прочитанной на телеканале «Культура» в 2010 г., он утверждал, что весной 1941 года советское военное и политическое руководство пришло к выводу о том, что для разгрома немецких войск в тех условиях наиболее подходящим будет упреждающий наступательный удар. Далее он сказал следующее: «Есть сведения о том, что на первых порах Сталин начисто отверг этот план, но потом оказалось, что в реальности он начал осуществляться». Еще А. Сахаров в своей лекции заявил, что главной ошибкой Сталина он считает именно то, что тот не опередил Гитлера с нападением.

За этими учеными последовали и другие светила отечественной военной истории.

22 июля 2011 года на страницах газеты «Аргументы недели» было опубликовано интервью с военным историком, автором многочисленных исследований о Великой Отечественной войне, можно сказать, главным критиком небезызвестного В. Резуна — В. Суворова Алексеем Исаевым. На вопрос корреспондента И. Конева о том, что западные — да и некоторые российские — историки говорят, что Гитлер в июне 1941 года просто опередил Сталина, который готовился напасть первым, А. Исаев также заявил, что «у Сталина действительно была запланирована наступательная операция. Но только для разгрома главных сил противника, стоявших у наших границ. С точки зрения военной стратегии претензий к ней нет. Идет подмена понятий между наступательным военным планом и политической агрессией