Пророчество звёздного камня - Иван Шашков

без контроля ведёт к разрушению. Даже когда будешь сражаться с тьмой, не позволяй гневу затуманить разум.»

Один за другим духи древних всадников начали исчезать, возвращаясь в кристалл памяти. Последней растаяла фигура Лунной Жрицы:

«Мы будем наблюдать за твоим путём, наследник. Да хранит тебя сила первых драконов.»

Когда последний дух исчез, в святилище воцарилась тишина. Кристалл памяти всё ещё пульсировал, но теперь его свет стал приглушённым, словно он тоже копил силы для грядущих испытаний.

Велимир, молча наблюдавший за всем происходящим, быстро подошёл к одной из стен святилища:

«Нам понадобится особое снаряжение. Ледник не прощает ошибок.»

Он коснулся древней руны, и часть стены отъехала в сторону, открывая потайное хранилище. Внутри лежали доспехи и оружие, явно созданные для путешествий в горах.

«Это снаряжение первых стражей,» — старец достал комплект лёгкой брони, покрытой светящимися рунами. — «Зачарованное для защиты от холода и помощи в управлении стихиями.»

Вереск провёл рукой по доспехам. Металл был тёплым на ощупь и словно отзывался на прикосновение. Руны на поверхности брони засветились ярче, резонируя с его кровью.

«А это,» — Велимир извлёк из хранилища два посоха, — «поможет нам найти путь через бурю. Они настроены на энергетические потоки гор.»

Где-то вдалеке раздался раскат грома. Но небо за окнами святилища было ясным — гроза бушевала на севере, где Мара проводила свой тёмный ритуал.

«Времени на долгие сборы нет,» — Велимир протянул Вереску походную сумку. — «Здесь эликсиры силы и целебные зелья. Они понадобятся в горах.»

Пока Вереск надевал древние доспехи, старец быстро чертил на полу круг из рун.

«Это перенесёт нас к подножию гор. Дальше придётся идти пешком — слишком много искажённой магии для безопасных перемещений.»

Доспехи сидели идеально, словно были созданы специально для него. Каждая руна на металле резонировала с его силой, усиливая связь с стихиями. Страж Рассвета, закреплённый на поясе, тихо гудел, откликаясь на древнюю магию.

Новый раскат грома с севера, теперь ближе. В кристалле памяти промелькнуло видение: тёмные существа, выползающие из разрывов в реальности, устремлялись к святилищу Щита.

«Готов?» — Велимир встал в центр рунического круга.

Вереск в последний раз проверил снаряжение, сжал кристалл, подаренный духами, и шагнул в круг:

«Готов.»

Руны вспыхнули, и мир вокруг них начал растворяться в вихре магической энергии. Последнее, что увидел Вереск перед телепортацией — как кристалл памяти мигнул семью цветами, словно прощаясь.

Их путь к святилищу Щита начинался, и где-то впереди, среди ледяных пиков, их уже ждала Мара со своими порождениями тьмы.

Глава 8. Печать мудрости

Северный ветер обжигал лицо, неся с собой колючие снежинки и запах надвигающейся бури. Вереск и Велимир стояли у подножия гор, куда их перенесло заклинание телепортации. Древние доспехи первых стражей защищали от холода, но даже сквозь зачарованный металл чувствовалась неестественная стужа.

«Что-то не так,» — Велимир опирался на посох, вглядываясь в клубящиеся над вершинами тучи. «Буря слишком сильна для этого времени года.»

Вереск чувствовал это через обострившееся после ритуала восприятие. В завывании ветра слышались чуждые нотки, словно кто-то искажал саму природу стихий. Страж Рассвета на его поясе тихо вибрировал, реагируя на возмущения в магических потоках.

«Мара,» — произнес он, глядя на северный горизонт, где молнии прошивали неестественно черные тучи. «Она использует Печать Мудрости, чтобы управлять погодой?»

«Не совсем,» — Велимир начертил в воздухе руну, и перед ними появилась светящаяся карта энергетических потоков. «Смотри — она не столько управляет стихиями, сколько искажает их суть. Каждое применение искаженной Печати оставляет шрамы на ткани реальности.»

Вереск видел эти шрамы — тёмные линии, пересекающие естественные потоки силы подобно гнойным венам. Они расползались от точки, где Мара проводила свой ритуал, отравляя древнюю магию гор.

«Нам нужно спешить,» — Велимир свернул магическую карту. «Чем дольше Печать остается искаженной, тем сильнее становится порча. Скоро она может достичь святилища Щита.»

Они начали подъем по древней тропе, едва различимой под снегом. Вереск чувствовал, как его кровь откликается на близость мест силы — медальон на груди пульсировал все чаще, а руны под кожей светились ярче.

Внезапно порыв ветра донес до них странный звук — не то вой, не то крик, совершенно нечеловеческий. Велимир резко остановился, вскинув посох:

«Порождения разрывов. Мара призвала больше тварей, чем мы думали.»

В метели начали проявляться темные силуэты — извивающиеся формы, состоящие из сгустков тьмы и искаженной магии. Они двигались неестественно, словно марионетки на невидимых нитях.

«Держись за мной,» — скомандовал старец, активируя защитные руны на своем посохе. «Не позволяй им коснуться тебя — их прикосновение искажает не только плоть, но и дух.»

Вереск выхватил Страж Рассвета, и древний клинок запел в его руках, отзываясь на приближение тьмы. После ритуала посвящения он чувствовал меч иначе — не просто как оружие, а как продолжение своей сущности. Синее пламя драконьей магии заструилось по лезвию.

«Они пытаются окружить нас,» — прошептал Велимир, когда из метели появились новые тени. «Целятся разделить. Не позволяй им!»

Первая тварь бросилась вперед — масса извивающейся тьмы с десятками красных глаз. Вереск встретил её ударом меча, и синее пламя рассекло искаженную плоть. Существо издало пронзительный визг, но не исчезло — его форма просто перетекла, заживляя рану.

«Обычное оружие их не берет,» — Велимир создал вокруг них сферу защитного света. «Даже драконья сталь может только ранить. Нужно очищать саму суть!»

Вереск понял — вспомнил урок духов предков. Одним движением он провел лезвием по ладони, и его кровь смешалась с синим пламенем на клинке. Страж Рассвета загудел громче, резонируя с силой драконьего наследия.

Следующий удар прошел сквозь тварь тьмы как раскаленный нож сквозь масло. Но вместо того чтобы просто рассечь её, кровь-пламя начало очищать искаженную материю. Существо забилось, его форма стала распадаться, возвращаясь к изначальной энергии.

«Да!» — выкрикнул Велимир, отбивая посохом атаку другой твари. «Используй силу крови! Они — порождения искажения, а ты можешь восстанавливать истинную форму!»

Вереск двигался в потоке битвы, позволяя древним инстинктам вести его. Каждый взмах меча оставлял след очищающего пламени, каждый удар возвращал часть искаженной реальности к изначальному состоянию. Его кровь пела, сливаясь с магией клинка.

Но тварей становилось все больше. Они выползали из разрывов в метели, принимая все более чудовищные формы. А главное — Вереск чувствовал, как каждое использование силы крови забирает часть его жизненной энергии.

«Мы не можем так долго,» — прохрипел он, когда очередная волна тварей отхлынула. Пот заливал глаза, несмотря на холод.