В плену его чар - Лилиан Колберт

— Спасибо, — смущенно пробормотала Сузанна. Конечно, приятно, что Ньюмен тепло отзывается о ней. И тем не менее у нее создалось впечатление, что Элен неправильно трактует их отношения. А потому поспешно добавила: — Мне льстит мнение Питера, мы давно не виделись, но остались хорошими друзьями.

— Хмм, почти то же самое утверждал и он, — заметила Элен.

— Ну, давайте посмотрим, чем там они занимаются, а потом я представлю нам Майкла. Не возражаете, если перейдем на ты?

Муж Элен был примерно одного возраста с Питером, только более плотный, с добродушной улыбкой. Поприветствовав Сузанну, он протянул ей бокал с лимонно-желтого цвета фруктовым напитком.

— Надеюсь, вы проголодались? Жена столько наготовила, что хватит на целую армию, — похвалил он супругу, которая шаловливо погрозила ему пальцем и, извинившись, отправилась делать салаты.

Девушка непроизвольно взглянула на Питера, который увлеченно играл в футбол с мальчишками. Ее глаза потеплели.

Наблюдая за Сузанной, Майкл улыбнулся:

— Вы любите детей?

Сердце обдало холодом, но голос Сузанны прозвучал спокойно:

— Конечно.

Одно время она вообще не навещала знакомых, у которых были ребятишки. Потом успокоилась и сейчас просто любовалась малышами.

— Прекрасно, — произнес Майкл и принялся жарить колбаски. — Питер тоже детишек очень любит.

Девушка застыла, снова получив косвенное подтверждение того, что их считают подходящей парой. Черт возьми! Видимо, Питер на что-то им намекнул, значит, при первой же возможности нужно его об этом расспросить.

— Вы давно знакомы с Ньюменом? — поинтересовалась Сузанна, потягивая освежающий напиток.

— Мы подружились в университете, а в его фирме я работаю, лет пять. Вообще-то мы живем в Бостоне, но здесь детям вольготнее. Я не знал, как поступить, чтобы не расставаться с любимым делом. Питер предложил идеальный вариант — выполнять проекты дома, а потом высылать в офис. Получилось просто великолепно, — сообщил Майкл, снимая с решетки готовые колбаски и укладывая новую партию.

Сузи несказанно удивилась. Боссы редко проявляют подобную заботу, даже о друзьях.

— Очевидно, Питер — человек уникальный, — произнесла она.

— Конечно! Поглядите, как он резвится! Никогда не подумаешь, что Ньюмен — всемирно известный архитектор ведет себя как мальчишка!

А Питер как раз упал на траву, ребята навались на него сверху. Девушка засмеялась, и вдруг земля словно покачнулась под ногами. Она представила ту же картину, но с другими действующими лицами. Как бы было здорово, если так же веселились Питер, ребятишки и она сама. Они составляли бы семью такую счастливую, что от одной мысли об этом захватывало дух.

Видение исчезло, в душе воцарилась пустота, глаза наполнились слезами при воспоминании о пережитом, пальцы с такой силой сжали бокал, что топкое стекло хрустнуло, и осколки врезались в ладонь. Девушка с удивлением уставилась на капли крови.

— Не двигайтесь, — велел Майкл и, взяв со стола чистую салфетку, прижал ее к ране.

— Прошу прощения, — сдавленно произнесла Сузанна, побледнев. — Это произошло случайно.

— Ничего страшного, — заверил Майкл, уводя девушку от места, где блестели осколки. Тут подоспел Питер с ребятишками. — Что случилось? — резко спросил он, с беспокойством глядя на Сузанну.

— Да бокал нечаянно разбился, — ответил за нее Майкл и обратился к сыновьям: — Бегите к матери, попросите совок и щетку, надо убрать стекла.

Питер осмотрел пораненную руку и обратился к Майклу:

— Я помогу Сузанне, а ты лучше присмотри за колбасками, не дай Бог, подгорят, — напряженно произнес он, подталкивая девушку к дому.

— Ты упадешь в обморок? — спросил у Сузанны Джонни, один из братьев, в то время как другой, Бобби, побежал к матери.

— Надеюсь, что нет, — успокаивающе заверила Сузанна.

— Твое лицо стало таким смешным, — серьезно продолжал Джон. — А мама всегда падает в обморок, когда случайно порежется.

— Бедная! — воскликнула с сочувствием Сузанна.

Малыш пожал плечами.

— Но она чувствует себя лучше, если папа поцелует ее. А ты поцелуешь тетю Сузанну? — обратился он к Питеру.

Сердце у девушки дрогнуло, она посмотрела в голубые глаза.

— Думаешь, нужно? — спросил Ньюмен у мальчика, не отводя взгляда от лица Сузи.

— Да, — подтвердил Джон. — Нашей мамочке очень нравится.

— Хорошо, — пообещал Питер и открыл дверь, пропуская девушку в дом. Вскоре подошла Элен.

— Держи аптечку, — сказала она, передавая коробку Ньюмену. — А ты, Джонни, помоги папе. Скажи, что я сейчас приду. Только не торопись! — крикнула Элен вслед сынишке.

— К счастью, порез неглубокий, — констатировал Питер. — Достаточно пластыря.

— Слава Богу! Тогда я вас оставляю, — объятии Элен и с сочувствием посмотрела на Сузи.

Та слегка поморщилась от боли, а Питер проверил, нет ли в ране мелких осколков. Как же тебя угораздило? — спросил он.

Представила, что у меня семья и на меня обрушилось небо, подумала она, а вслух произнесла:

— Сама не знаю.

— Тебе повезло, все не так страшно. Однако у тебя такое лицо, словно ты получила смертельное ранение. — Питер залепил пластырем рану. — В следующий раз не забывай о моих слабых нервах и предупреждай заранее, — ворчливо попросил он.

— Раньше ты никогда обо мне не заботился. Всегда считал меня язвой, — тихо промолвила она.

— Такой ты и осталась. Однако времена меняются. Ну, как ты теперь себя чувствуешь, Огонек?

Успокоившись, она стала еще острее ощущать его присутствие.

— Мне гораздо лучше, спасибо, Пит.

— Остается только поцеловать тебя, — прошептал Питер. Сузанна машинально подняла лицо, и он прижался к ее губам. Поцелуй оказался настолько нежным, что у нее на глаза навернулись слезы. Питер посмотрел на Сузи. — Ну, как, лучше?

Это слово совсем не подходило для описания чувств, которые испытывала девушка. Справившись с волнением, она сказала:

— Вообще-то сначала нужно поцеловать ранку, а потом — меня.

Питер лукаво улыбнулся.

— Значит, тебе не понравилось? Наоборот, она жаждала продолжения. Сузанна с трудом оторвала взгляд от Ньюмена.

— Кажется, пора возвращаться к хозяевам.

— Ты права. Здесь не время и не место заниматься любовью, — нехотя согласился Питер, отпуская Сузанну.

Как только расстояние между ними увеличилось, она вновь стала рассуждать трезво.

— На любовь даже не надейся!

— Ты никуда от меня не денешься, Огонек! — убежденно произнес Питер.

Сузанна вздрогнула, пораженная его настойчивостью.