Средневековая история. Изнанка королевского дворца - Галина Гончарова

С другой же…

А что ты сделал, чтобы твоя жена стала королевой? Легче всего действовать по принципу «с глаз долой из мыслей вон». Мог бы и сам постараться.

Но ведь и Лилиан Брокленд вряд ли хотела учиться… так! К лешему!

Лиля достала из рукава тонкий кружевной платочек, промокнула виски.

В ладонь хозяйке ткнулся холодный мокрый нос.

Нанук, лапочка…

Главное, чтобы с Мири было все в порядке.

Вирман Лиля отправила приглядывать за мелкой. Ее саму обидеть – это если кому жить надоело. А вот малышке похищение тяжело далось. До сих пор иногда кошмары снятся.

Пес активно завилял хвостом.

Лиля потрепала собаку по пушистой холке. Ладонь наполовину ушла в густой мех. Нанук, хороший мой…

– И что Его величество нашел в этой провинциалке?

Лиля навострила уши.

Рядом с ней остановились две дамы. Щелк картотека. На одной сапфиры, на второй вообще никаких камней нет. Здесь вообще с этим было очень строго. Можешь носить хоть какие побрякушки, но статусное кольцо на руке быть обязано. Если ты обладаешь титулом. А если ты безземельный дворянин – носи кольцо с золотистым топазом. Своего рода печатка и удостоверение личности. Баронесса, если у нее были средства, могла надеть на бал ожерелье с рубинами. Но на руке у нее все равно будет квадратный перстень с сапфиром. Типа того, что сияет изумрудными огоньками на руке Лили.

– Даже не знаю. Она просто метит на место фаворитки.

– Думаешь? Баронесса ее сожрет с костями…

– Не скажи. Это все ж таки графиня…

– И что? Мелиссия уже недовольна…

– Мелиссия весь двор замучила своими требованиями и капризами, как только Его величество ей столько позволяет!

Лиля присмотрелась к дамам.

Ну да. Обеим под сорок, довольно симпатичные, одна в синем, гармонирующем с сапфиром, вторая в желтом. Обеих не мешало бы вымыть, причесать и правильно подкрасить. Тогда будут две вполне симпатичные женщины.

И обе поглядывают на нее… ясненько.

Подойти и представиться – нельзя. Должен представлять кто-то, но Лиля здесь новенькая. Ее представить просто некому. И в то же время…

Если король благосклонен к ней – надо заранее подлизаться.

Например, сообщить, что королевской фаворитке Лиля не понравилась. А где та фаворитка?

Лиля обежала глазами зал. И быстро столкнулась взглядом с женщиной в темно-синем.

М-да.

Действительно – не мог Его величество кого поприличнее найти?

Баронесса Ормт была невысокой пухлой женщиной с большой грудью и мелко завитыми светлыми кудряшками. На вытянутом личике с хорьковыми чертами злобно сверкали синие глаза. Долихоцефалическая форма головы, жутко утянутая талия и судя по расположению утяжки – короткие ноги. Ну и пусть. Это проблемы короля – с кем спать.

Лиля равнодушно отвернулась от королевской фаворитки. Тоже мне, картина Пикассо.

Понадобится – я тебя через мясорубку проверну. А пока нет смысла ссориться.

– Ваше сиятельство?

Лиля обернулась.

– Его величество поручил мне проводить вас после окончания приема.

Лиля благодарно кивнула слуге и в очередной раз пожалела об отсутствии часов. Оставалось только терпеть. А что там обсуждают дамы?

– А ты видела, какое кружево?

– Интересно, где такое можно найти?

– Оно, наверное, стоить будет на вес золота.

– Если не больше. А прическа? Как ты думаешь, можно что-то такое сделать…

– Надо бы поговорить с моей горничной, у нее золотые руки…

– И откуда она это взяла?…

Лиля довольно улыбнулась. Да, в том, что касается женщин, она попала в цель. Мода, красота, шик… на что готова женщина, чтобы стать красивее?

Да на все. И точка.

Амалия застонала и схватилась за живот.

– Дорогая? – Питер смотрел встревоженно.

На полу под женщиной разлилась лужа.

– Воды отошли. Больно…

Питер подхватил жену на руки и понес в спальню.

Его отец довольно кивнул и отправился писать Алисии Иртон. Не сказать, чтобы он любил старую гадюку, но все-таки это ее дочь и ее внук…

Бабка должна знать о таком событии.

– Ваше сиятельство…

Перед Лилей распахнулась тяжелая дверь королевского кабинета. Лиля поступила, как учили. Три шага вперед – чтобы дверью по попе не хлопнули – и глубокий реверанс.

Пока хозяин кабинета не разрешит подняться.

– Встаньте, графиня. Прошу вас, проходите.

Лиля послушно поднялась. Не удержалась – и бросила пару взглядов по сторонам.

А ничего так. Вкус у хозяина кабинета есть. Кому-то покажется, что здесь мрачно. А ей нравится.

Тяжелая мебель из темного дерева, тяжелые шторы – темно-коричневые, с золотом, камин в углу, рядом с ним два кресла… но хозяин кабинета сидит за столом. И на столе перед ним, кстати, непроливайка и подставка с пером. А под рукой ящик с подарками.

Лиля почувствовала себя малолеткой у директора, но смолчала. А Эдоард щелкнул чисто декоративным замочком.

– Даже не запечатываете?

– Ваше величество, у меня нет воров.

– Разве, графиня?

Лиля хлопнула ресницами. Раскрыла веер, пару раз обмахнулась им.

А ты чего ожидал? Нету, если мой муж еще кого-нибудь не нанял? Ага, щас! С мужем я сама разберусь, не вынося сора из избы.

– Симпатичная игрушка.

– Ваше величество, я надеюсь, вы примете мой скромный подарок.

Еще бы. Веер лежал сверху. Только мужской вариант. Из плотной ткани в темных тонах. И слегка расшитый янтарем и золотой нитью. Получилось в меру красиво, в меру стильно. И вовсе не по-дамски.

Эдоард достал веер, сложил его, раскрыл, пару раз обмахнулся, как это делала Лилиан.

– Неплохо. На приемах, когда много людей – очень полезно.

– Я счастлива угодить Вашему величеству.

– А чем вы еще решили мне угодить? Что это за предметы?

– Ваше величество разрешит мне показать?

– Прошу вас, графиня.

Лиля подошла к столу и для начала извлекла калейдоскоп. Вот их устройство она отлично представляла, поскольку в детстве два разобрала и собрала обратно. Первое было сделано из любопытства, второе – когда мама заявила, что нового не купит. Сломала?

Умей и починить!

– Это калейдоскоп. И в него надо смотреть на свет, Ваше величество. Помогает отдохнуть и расслабиться.

Рисункам Эдоард отдал должное. Красиво. И действительно, можно так долго крутить калейдоскоп, пытаясь расслабиться. А еще что?

– Еще один кладоскоп?

– Нет, Ваше величество. Если вы соблаговолите подойти к окну…

Его величество даже и не задумался.

Подошел, приставил к глазу подзорную трубу – и вгляделся вдаль.