Москва сталкеров - Ольга Чередниченко

В холодное время года расплывчатый термин «сносная» означает 10°C, если по условиям эксплуатации в мирное время не требуется более высоких температур.

Система обычно запитывается от теплоцентрали. Для регулирования температуры и отключения отопления устанавливается запорная арматура.

При невозможности подключения к домовой или ближайшей теплосети ставятся местные отопительные установки.

Если артезианской скважины нет, охлаждение производится по водовоздушно-радиаторной схеме. В этом случае вода внутреннего контура проходит через радиатор и здесь охлаждается воздухом, продуваемым вентилятором.

В случае пожара в дизельную может поступать горячий и задымленный воздух, что затруднит процесс охлаждения. Мудрые конструкторы предусмотрели охлаждение воздуха, подаваемого с поверхности. Если есть артезианская скважина, в дело вступает одно– или двухступенчатый охладитель. Если таковой нет, для охлаждения можно использовать гравийный теплоемкий фильтр, что опять-таки дешево и сердито.

И наконец, в каждом убежище обязательно предусматривается установка радиотрансляционной точки и телефона.

Остается лишь констатировать отсутствие в убежище безлимитного Интернета, что делает пребывание в нем абсолютно бессмысленным и невыносимым. Проектантам есть над чем подумать!

По пути к метро они встретили Рейдена.

– Мы снова тебя опередили, – с ухмылкой сказала ему Ворона.

– Зато тебя увидел, – ответил он.

Ворона только посмотрела на него своими большими серо-зелеными глазами, пытаясь понять, есть ли сарказм в словах Рейдена. Опомнилась она уже у входа в метро, куда ее притащил за руку взбешенный одним только видом соперника Игорь.

Рейден тем временем все-таки забрасывался в бомбоубежище, коли уж разгадал ребус Алика и приехал.

«Думала, не прощу его никогда, – размышляла Ворона, стоя на перроне вместе с Игорем. – А стоило ему улыбнуться мне краешком рта только, одно словечко доброе замолвить, и я уже счастлива, и уже надеюсь – какая там обида! Ведь стоит ему пальчиком меня поманить, и я побегу как собачонка. Я уже сейчас это знаю.

Он ведь, может, сказал и забыл через минуту. А для меня это как в кино момент, когда вдруг начинает литься романтичная музыка из ниоткуда, и слякоть вдруг превращается в красивый белый снежок, и преображается вообще весь мир».

«Проклятый спелеолог, – Игорь тоже думал о своем. – Ведь когда-то этот чертов Рейден был просто спелеологом – лазал по Сьянским пещерам и был себе счастлив. Связался зачем-то с диггерами и полез под землю, мало, что ли, пещер в мире. Потом объединил оба направления в списке интересов и добавил еще наземные объекты. Смотрите-ка, наш пещерный троглодит Рейден превратился в крутого сталкера! Еще бы в руферы заделался, лазил, сволочь, по крышам в поисках романтики закатов, пока не загремел бы с девятого этажа. Откуда только, мля, повылазили эти выскочки, изо всех щелей, как вурдалаки? Скоро на улице плюнуть будет некуда – обязательно попадешь или в кавеса, или в урбана. И черт бы с ними со всеми, но когда кто-то начинает клеить твою подругу при тебе же… – Тут его лицо буквально исказилось от злобы. Хорошо, Ворона не заметила. – Вообще-то, я сейчас спасовал, показал себя глупым малолеткой. Надо было молча подойти и ударить в торец, показать, кто хозяин на территории. Сейчас, конечно, уже поздно о чем-то говорить, но в следующий раз одному из нас придется поваляться на земле с разбитым фэйсом, и это буду точно не я. Да кто он вообще такой! Недоделанный сталкер, дрыщ-маломерка. Счет 2:1 в нашу пользу, и в споре за Ворону пока веду я. Определенно – я».

Глава 6. Рейден. ТЭЦ на шоссе Энтузиастов

Рейден рассматривал фотографию длинноволосого парня в дурацкой рамке, гладил ее большим пальцем правой руки.

«Да, Тема, такой ты невинный, чистый на этом снимке. Волосы будто бы светлее моих, и длинные такие. В чертах лица угадывается, пожалуй, у нас что-то общее. А вот глаза совсем разные, несмотря на то что цвет одинаковый… Из-за этих-то глаз, горящих, жаждущих постоянно чего-то нового, я и ушел, наверное, тогда, три года назад, от Вороны».

Юноша с фотографии глядел гордо, независимо, но из-за этого немного глупо.

«Да, тогда я совершил настоящее преступление. Разве можно было кому-то рассказать о таком? Родителям особенно… Но тогда я был уверен в правильности своего поступка», – вздыхал Рейден.

«Ворона и не понимала, бедненькая, что происходит. Так красиво и романтично – и вдруг раз – сбежал. Почему? Никому неизвестно», – продолжал грустить он.

Потом вдруг резко встал с дивана, подошел к книжной полке, отодвинул стекло и поставил туда эту самую фотографию с изображением себя трехлетней давности.

– Да надоела просто, что тут гадать! – резко сказал он вслух самому себе. – Испугался, что проблемная, раздражать начала, устал от нее. Вот и сбежал, как трус, а она переламывалась потом по мне, горному козлу. Наверное.

Он походил по комнате туда и обратно. Зашел на кухню, посмотрел тупо в окно – забыл, зачем зашел.

«Да, Ворона – безумная девочка, но почему вдруг опять она начала мне так нравиться? Сказать ей об этом было бы неправильно. У нее есть молодой человек. И потом, где гарантии, что она не надоест мне снова. Это было бы ужасно безответственно – снова давать ей шанс. Опять это дурацкое учительское слово… Ведь я снова могу сделать ей больно, еще больнее, да плюс унизить тем, что она во второй раз мне напрасно доверится». – На слове «доверится» Рейден снова обнаружил себя расхаживающим по квартире взад-вперед.

Вдруг зазвонил городской телефон. В первую секунду Рейден почему-то решил, что это Ворона, и ужасно обрадовался. В следующий момент он догадался, что, скорее всего, это кто-то из службы городских социальных опросов, и жутко разозлился.

– Выноси мозги, но вперед иди. Жарко станет – в уголке посиди. Жду в одиннадцать смс с секретным кодом, – произнес надтреснутый голос и бросил трубку.

– Алик! – только и успел выкрикнуть Рейден.

Он опомнился, мигом забыл о Вороне, хотя что-то мутное все равно продолжало свербить где-то в глубине его души, и стал разгадывать ребус. В принципе на этот раз для Рейдена все было очень просто, он не потратил много времени. Дело в том, что Алик имел в виду его самый любимый объект.

«Выноси мозги, но вперед иди» – разумеется, речь шла о специальной системе «Заслон М», которая издавала ужасные, отвратительные, душераздирающие звуки и тем самым отгоняла крыс. Ее применяли в метро, где, конечно же, никаких трехметровых мутантов не существовало – их, как и многое другое, придумал горячо нелюбимый всеми настоящими диггерами и сталкерами сказочник ВадМих.

«Но в метро не бывает жарко, значит, речь, скорее всего, идет о какой-то ТЭЦ, ведь в кабельниках, прилегающих к ним, тоже стоит «Заслон М». Почему смс нужно отослать именно в одиннадцать, а не в другое время? И какое «одиннадцать» имеется в виду – утра или вечера? Блин, какой же я дятел! В одиннадцать! В ТЭЦ номер одиннадцать! Да это же моя любимая электроцентраль на шоссе Энтузиастов», – быстро сообразил он и бросился скорее одеваться. Честно говоря, на этот раз Рейден думал в первую очередь о том, что, вполне вероятно, встретит на объекте Ворону.

Несмотря на свою взбудораженность, Рейден не забыл о том, что проникновение на ТЭЦ-11 – очень опасное предприятие. В связи с этим он устроил, как он называл это про себя, «клоунаду», – нарядился в яркую оранжевую жилетку ремонтного рабочего, грязные джинсы и шапку-лидерку.

Однако только лишь благодаря этому маскараду две женщины, проходившие по тротуару по шоссе Энтузиастов в сторону метро «Авиамоторная», не обратили никакого внимания на Рейдена, ковырявшего прямо у них на виду разводным ключом люк.

«Крышка сидит плотно, значит, Вороны еще нет – я первый», – даже с некоторым огорчением думал он.

Совершив все необходимые приготовления, Рейден по железной лесенке спустился вниз. Кабельный коллектор, тускло освещаемый налобным фонарем, мало походил на коллегу с «Октябрьского поля». Здесь было как-то благороднее, что ли: потолки выше, стены шире, кабели толще. Все объяснялось разницей в возрасте величиной в несколько десятков лет. Этот был намного старше. Похоже, раньше действительно строили лучше, на совесть.

Рейден пошел вперед. Он старался быть предельно аккуратным – в нужных местах поворачивал то налево, то направо, перелезал по металлическим симпатичным лесенкам и через кованые решетки. Где-то гамаком свисали кабельные жгуты – пришлось ползти прямо по ним. Важно было внимательно смотреть, нет ли где оголенного провода, чтобы веселый спор между конкурирующими фирмами вдруг не закончился летальным банкротством.

Поднявшись в определенном месте по металлической лестнице, Рейден открыл тяжелый квадратный люк в потолке. Просочиться на следующий уровень нужно было очень осторожно – так, чтобы не задеть глазок датчика сигнализации. Успешно справившись с операцией, Рейден тихонько прикрыл люк и пошел дальше по кабельнику, точно такому же на вид, как и внизу.