Возвращение некроманта. Том 3 - Тимофей Тайецкий

Глава 9

Планы Черного Храма

Мне было трудно разгадать Людвига, понять, что двигало им, какие мотивы лежали в основе его поступков. Зачастую люди, сохраняя широкие улыбки, стараются скрыть глубинные темные эмоции в своих сердцах. При взгляде на Людвига я вспоминал его насмешки и постоянные улыбки, и становилось ясно, что за этими веселыми фасадами таится нечто более глубокое.

Мне было неизвестно, какие испытания пережил Людвиг, какую боль он перенес. Возможно, он ощущал себя подростком, думая, что весь мир против него. Не зная, что есть и другие, возможно, страдающие от более глубокой раны, чем он. Это, возможно, толкнуло его на путь зла в поисках силы и власти.

Его пальцы слегка дрожали, отражая внутреннюю напряженность. Людвиг пытался построить логику, подтверждающую его правоту и неопровержимую веру в богов.

— Этот предмет не должен быть в твоих руках! Он принадлежит Амону, а не тебе!

Людвиг явно приписывал мне статус похитителя священного предмета, не учитывая, что и сам я не знал, как перстень Мардука оказался у вождя орков. Я лишь знал, что Мардук и Амон-Ра по сути есть одно лицо.

— Да, он принадлежит Амону, — ответил я.

— Что?

— Это общее достояние. Тебе, возможно, не понравится слышать это, но что поделаешь? Проще говоря…

Усмехнувшись, я прошептал Людвигу на ухо:

— Амон и я связаны душой друг с другом.

— Ты, грязный червь! Как ты смеешь говорить такие нечестивые слова служителю Амона!

«Служителю Амона?»

Значит, он не отрицает. Он перешел от Нового Мирового Порядка к статусу служителя Амона? Что же он думает об Амоне? По всей видимости, Людвиг не мог смириться с тем, что их бог установил душевную связь с кем-то вроде меня.

Действительно Амон был покровителем колдунов и некромантов. Но будучи самовлюбленным богом, он не любил тех, кто отходил от служения ему. Все Демоны должны были служить ему. Но я никогда не хотел этого. Поэтому, как он считал, подобные мне должны были исчезнуть.

— Ты демон! Верни перстень! Это не то, чем могут владеть такие, как ты! Перстень Мардука — священный предмет, передаваемый из поколения в поколение жрецами и служителями Амона, а не таким неверующим, как ты!

— Насколько эффективна изоляция от звука? — Я вопросительно посмотрел на Виктора.

— Достаточно.

Я нашел это довольно увлекательным. Реакция Людвига была неожиданной. Но мне было интересно, как его ненависть ко мне усилилась после того, как он увидел перстень Мардука.

Людвиг не был преданным служителем богов. Он скорее принимал их собственным способом. Так что, может быть, он говорил чепуху, чтобы избежать признания своей ошибки? Если я был неудостоенным, почему Амон дал мне перстень? Это означало бы, что Амон тоже был несовершенен.

Людвиг, суть которого заключалась в том, чтобы отрицать свои собственные убеждения, наверное, не хотел признавать, что был неправ. Так что теперь он фактически говорил, что Амон совершил ошибку и не хотел признавать свою неправоту.

Фанатизм, в конце концов, не отличался от самовнушения. Люди нуждались в логике, чтобы защитить себя. Так что, возможно, Людвиг, испытывая когнитивный диссонанс, признал, что его вера в решение убить меня была его собственным выбором, а не божественной волей.

Людвиг предоставил мне шанс. Отказавшись от него, я вызвал его на попытку убийства. И теперь оба мы имели свои шансы и свои выборы.

Людвиг настаивал на том, что я использовал какой-то закулисный трюк, чтобы похитить перстень. Он считал, что само мое существование вредит чистоте Амона.

— Я не знаю, какую грязную уловку ты использовал, чтобы украсть перстень Мардука, который должен принадлежать Мастеру, но тебя ждет божественное возмездие!

Теперь он был полностью в этом убежден. Он постоянно придумывал аргументы и логику, чтобы защитить себя.

— Я заставлю тебя пожалеть! Я не знаю, как ты это сделал…

«Хлоп!»

— Ой!

Я, используя плоскую сторону клинка, нанес удар по голове Людвига, который издал приглушенный вопль.

— Молчи. Теперь просто отвечай на мои вопросы.

— Уууу…

— Расскажи мне о Новом Мировом Порядке.

— Аб…рв…ал…

— Твои слова бессмысленны. Хочешь ли ты почувствовать силу божественных люлей?

— Не говори о божественной силе своим непочтительным ртом!

— Кажется это бесполезно.

Я обратил взгляд на Виктора.

— Прости, Виктор.

— Да.

Мне нечего было скрывать от того, кто был обречен на смерть.

— Ты не можешь сделать его более послушным? Или, по крайней мере, уменьшить его энергичность.

— А? — Людвиг начал беспокоиться.

Виктор молча посмотрел на меня, затем медленно приблизился. Без слов он встал рядом со мной и прижал свое лицо к лицу связанного Людвига.

— Мне нужно расколоть его?

Я знал, о чем он говорил.

— Да, сделай это

— Ах. — Виктор, казалось, глубоко вздохнул, закрыл глаза и снова открыл их.

— Ааааа! — Людвиг заорал от страха.

В глазах Виктора были черные радужки и красные узкие зрачки. При этом ошеломляющем зрелище губы Людвига задрожали от шока.

— Дем… Дем… Дем… Демон… 100% ный Демон? К-как… Как… Как…?

Людвиг переводил взгляд с меня на Виктора и обратно. Ему должно быть трудно поверить, что я, управлял Демоном, как своим слугой. Все служители культа Амона хотели заполучить демоническую силу своего бога и самим стать 100%-ными Демонами.

Но при этом они до жути боялись тех, кто был выше них по иерархии своего культа. В понимании Людвига, дедушка Виктор был на уровне верховного Жреца. И он слушал меня. Но тогда кто я?

Архидемон?

Это верно.

На самом деле многое из сказанного Людвигом было неверным, но многое было и правильным.

Нет,