Логово заядлых неудачников - Анна Нимная

встретился с бессмертным магом в следующий раз, их окружала совершенно иная обстановка. Загадочного гостя ещё не пропускали далеко в замок, как и не предоставили ему полную свободу — шею мужчины по-прежнему сдавливала тугая гривна покорности, — однако он уже якобы занимал незначительную должность при дворе и потому ему пожаловали собственные покои. Здесь имелось и уютное ложе под полупрозрачным пологом, заправленное чистыми льняными простынями и снабжённое всеми удобствами, и красивая посуда, вырезанная из минералов вроде нефрита или агата, и столики для письма и закусок, и зеркала, и свечи, и лампы, и шторки, и различные пуфики… В опочивальнях столь подозрительной персоны находились всевозможные редкие диковинки и драгоценные предметы обихода, что казалось, словно они рекой сюда стекались со всего Элисир-Расара. Поток вымывал из почв золото, а оно, в свою очередь, крупицами оседало на картинах, мебели и тканях. Какое изобилие!

Наследный принц восседал в благородной позе за письменным столом, а бессмертный маг, новоявленный гебр начального ранга, вальяжно развалился на кушетке.

— Аман-Тар, — Сэль обращался к собеседнику так, как было принято звать древних лунгов. — Значит, Солнечная игла Виликарты — это Ваша истинная цель?

— Хм. Кто поймёт? — безразлично отмахнулся рыжеволосый господин.

— Но… зачем же Вам этот бесполезный камень? Значит, в нём всё-таки заключается какая-то неведомая сила?

— Сила неведомая и непостижимая для земных обитателей. Или же, просто не открывшаяся вам, жителям Элисир-Расара. Вы же так и не сумели разгадать, в чём конкретно заключается мощь этого камня, и не вняли, как извлечь пользу из такого достояния?

— Н-нет, — слегка замявшись, принц удивлённо распахнул веки, затем поднялся на ноги, подошёл к магу и присел возле него, — но… Вы со мной поделитесь однажды? Вы всё-таки желаете заполучить иглу?

— Главный вопрос здесь другой, — хмыкнул бессмертный, а затем наклонился к Сэлю и внятно прошептал, — чего желает наследный принц? Чего хочет он?

Сэль Витар, сегодня облачённый в царственные наряды светло-песочных и бежевых оттенков, вдруг подскочил с места, будто ошпаренный. И свеженазначенный гебр наблюдал, как рассыпаются густые белые пряди по мальчишеским плечам, словно снежный покров, что обволакивает скалы.

— Да, я понял Вас, — тихо промолвил принц так, будто чего-то смутился.

Он приблизился к одному из подставочных столов, а затем принял в руки резную плошку в форме цветка белокрыльника, высеченную из превосходного агата.

— Мой дом — полная чаша. Когда у тебя есть всё, то чего ещё можно пожелать? Изначально я думал также, мол, коли у меня имеются все блага, то мне и хотеть больше нечего, но, почему-то, это не работает так…

— Глаза ищут красоту, но сердцу милей иные вещи, — кто-то неожиданно подул Сэлю в ухо, он в ужасе обернулся и обнаружил позади себя бессмертного, который подкрался совершенно бесшумно. — Так что же это? Чьё-то чужое сердце? И что таится в Вашем?

Впервые иноземец обратился к наследному принцу с уважением, и на мгновение Сэлю почудилось, будто это — не к добру. Он задумался, но не испугался, и не отпрянул.

— Моё сердце — покинутый дом. В нём было всё, что нужно, но это было никому не нужно, — Его Высочество печально отбил языком и опустил взор на пол.

— Да, — неожиданно бодро подхватил собеседник. — Чем проще жизнь, тем сложнее её вынести.

— А что в Вашем сердце, Аман-Тар? Или кто?

Маг резво отпрыгнул обратно и рухнул на кушетку. Лукаво улыбнувшись, он загадочно изрёк:

— Не знаю… быть может, любопытство? Хотя… нет, в моём сердце этого нет тоже.

— Значит, чувства ещё не успели вернуться? Это весьма странно! — увлечённо затараторил наследный принц, однако бессмертный гебр быстро прервал все его потуги.

— Разве хладнокровие — это не достоинство? И разве достоинство не выражается через умение держать себя в руках и не проявлять на публике эмоций? Тогда… не разумней ли будет чувства навсегда изгнать?

— Не проявлять, и не испытывать — это разные озёра. Одно из них пресное, второе — солёное.

— Если тебя это так беспокоит, Твоё Высочество, то в следующий раз принеси мне побольше книг, напечатанных в Мирсварине за последние пару десятилетий. Я желаю окунуться в гущу событий и назначить собственный курс…

Рыжеволосый очень вовремя затронул тему очередного визита, ибо в дверях без стука и предупреждения нарисовалась дворцовая охрана. Всем своим видом она как бы говорила, что очная ставка окончена, и настала пора прощаться.

— … что-то мне подсказывает, что только вблизи своих братьев и сестёр бессмертных я сумею оживить чувства. Мне нужны словесные напоминания о доме, и тогда моё сердце забьётся с новой силой. Ничего, если книги будут на иностранном, непонятном тебе языке.

— Договорились. До встречи, Аман-Тар.

После того, как улыбчивый принц покинул опочивальни, а вместе с ним удалилась и охрана, маг выждал положенный срок и подошёл к окну. За стеклом простирался чудесный вид на гавань, ведь его поселили в западное крыло, подальше от наследника. Своим проникновенным и стремительным взором мужчина мог теперь окинуть бухту Зелёного моря.

— Давненько я здесь не бывал. Нынче измельчало даже море, что и говорить о людских нравах, — с ровным дыханием вымолвил гебр, и ни одна мускула не дрогнула на его лице. — Но мы исправим это.

Оранжевый диск солнца уже готовился уснуть в последний день второго месяца весны и катился к горизонту, граница которого едва угадывалась, ибо разделяла небеса и воду одинаковых, пепельно-золотистых цветов.

Элисир-Расар — обширный полуостров с горами, равнинами, речными долинами и бесчисленными озёрами, плодородными полями, вересковыми пустошами и болотами, где солнце никогда не восходило слишком высоко, зато часто зависало чрезмерно низко. Но ведь не грех опуститься на бренную землю, когда нужно что-то поднять с неё?

— Хозяин? Хозяин! — позвал бессмертного звенящий голос. — Ну же, хозяин, определитесь.

— Определяйтесь! Определяйтесьуже! Выбирайтеизтроих! — искажённо зашипел второй.

— Скудный выбор, — задумчиво вышептал владыка, отстраняясь от окна и направляясь к зеркалу.

— Выбирайте королеву! Она умна, молода и у неё железная хватка!

— Однако, она — женщина, и в Элисир-Расаре никто не будет ей подчиняться, коли за её спиной не встанет десяток знатных господ.

— Выбирайтесоветника! Оноченьамбициозеничестолюбив!

— Да, но Зархель уже находится под чьим-то влиянием, и развеять это колдовство даже мне не по силам.

— Мы поможем! — хором объявили все три струи энергии, и закрутились по спирали.

— Не получится. Эта магия идёт своей дорогой, она в согласии с законами природы. А истинный закон нельзя нарушить.

— Только не берите мальчишку! Его никто не слушает, он здесь один! Он — нищий! У него ничего нет, он беспомощен! Его дом — полная чаша, но душа — пустой стакан.

— Воистину,