Тайные тропы Бездны. Книга вторая - Валерий Шалдин

по такой земле весьма приятно, а звуков такая ходьба практически не давала. Франт, немного отойдя от дороги, пристроился в удобном местечке около молодой берёзки. Красота — подумал он. За спиной, с лёгким треском сломалась веточка, но Франт даже рефлекторно не успел повернуться на её треск. Маркел умел неслышно ходить, так как вырос в деревне, окружённой лесом. Шофёр не стал ждать, когда босс начнёт озираться по сторонам, а ловко отоварил его по голове небольшой, но тяжёлой дубинкой, вылитой из свинца. При соприкосновении дубинки с черепом Франта раздался специфический звук. Сила удара оказалась такова, что треснул череп хозяина. Ноги Франта подломились, и он практически бесшумно упал на землю.

Маркел давно мечтал именно о такой ситуации, когда он окажется наедине с хозяином в укромном месте. И такой случай он не упустил.

— Ы-ы-ы, — проговорил он, что означало, что Маркел подаёт в отставку из сплочённых рядов банды.

Обтерев дубину о куртку шефа, Маркел приступил к мародёрке. В карманах шефа он нашёл кожаный лопатник с приличной суммой денег, несколько паспортов на имя Франта и несколько кожаных хранилищ для банковских карточек. На взгляд Маркела там их находилось штук тридцать. Из скрытой кобуры на теле покойного шефа он вытащил небольшой пистолет, который переложил себе в карман. Связка ключей и ручные часы не привлекли внимания Маркела, но привлёк внимание большой перстень на среднем пальце покойника и его шикарные туфли. Перстень он еле стащил с пальца, а туфли снялись легко. Зачем он их взял? Так обувь людям всегда нужна. Крестьянская натура Маркела победила: не пропадать же добру. И плевать, что в салоне машины лежит сумка и чемодан с миллионами рублей плюс валюта, а часы, на которые он не обратил внимания, стоят полмиллиона рублей. Тело убитого он за ноги оттащил в небольшую выемку, где и закидал старой хвоей и прелыми листьями. Так и окончил свои дни мелкий мафиозный босс города Комаровска.

Дальнейший план Маркела был прост, как коровье мычание: надо ехать в свою деревню, где у него имелся домишко, оставшийся от покойных родителей. За домишком приглядывала двоюродная тётка Маркела, жившая рядом. Тётке стукнуло уже под девяносто лет, но она ещё бодрая старушка. Смотришь, тётка и до столетнего юбилея доживёт. А почему так? Да потому, что она варит самогонку и пьёт её родимую.

— Ы-ы-ы, — сказал Маркел, что означало, что тётка всегда очень рада его появлению в деревне. Смущала только шикарная машина. Чёрный Мерседес слишком приметная машина для деревни. Однако, машину можно где-нибудь и спрятать: лес большой, а тяжёлую сумку и чемодан с деньгами он как-нибудь дотащит и сам. Он человек маленький, как-нибудь исчезнет с горизонта своих бывших коллег по преступному ремеслу. Увы, но Маркел не знал, что его босс, Кирилл Петрович успел перед побегом вызвать из областного центра спеца, которому он по телефону нарезал задачу по устранению врага номер один, некого Чекмарёва, проживающего в проклятом Жупеево. Босс, как всегда пожадничал, и перевёл на счёт спеца всего двадцать тысяч рублей, остальные потом обещал отдать, после устранения Чекмарёва. Какая тут связь? На первый взгляд — связи нет, но в этом мире всё связано между собой.

* * *

Сапог, а в миру гражданин Краснов Геннадий Викторович проснулся от дикого сушняка. Обычное его состояние, когда заливаешься всякой непонятной гадостью, особенно такой, что не помнишь, что пил вчера днём и догонялся ночью. Вообще-то, Сапог не всегда беспробудно бухал. Когда-то он даже служил в армии прапорщиком. На службе он каждый день не бухал, разве что через день. Но что-то в его жизни пошло не так, и он окончательно спился. Может, сказалась контузия, полученная им в горячей точке, а может его организм просто не мог существовать без С2Н5ОН. Из вооружённых сил прапорщика комиссовали, а на «гражданке» он окончательно скатился на дно жизни. Сейчас голова бывшего прапорщика болела не только от жесткого похмелья и последствий контузии, но и от лёгкого сотрясения мозга, которое ему обеспечили его приятели-собутыльники Лёха Муфлон и Славик Доцент.

— Интересно, Лёха и Славик живы после драки? — стал вспоминать Сапог. Драку он помнил, а что стало потом, вот хоть убей… — Может, я их того… зачистил? Если я их того, то надо залечь на дно, — Сапог помнил, как в начале драки он выбил из слабоумного Славика Доцента весь воздух и большую часть прыти, оставив только слабоумие. А потом падла Муфлон отоварил Сапога сзади по голове и темнота…

Сапог заметался по квартире, отыскивая возможные трупы, а также пытаясь в кромешном бардаке, в который он превратил квартиру отыскать нужные вещи для эвакуации «на дно». Трупов нигде не наблюдалось, даже в сортире, зато легко получилось найти носки, стоявшие около дивана и штырящие не слабее хлорпикрина. С поиском остальных нужных вещей выходило сложнее.

— А на какие шиши мы вчера бухали? Ага, помню, что госпожа удача повернулась ко мне вчера передом и позволила заглянуть в декольте. Помню, что шеф Кирилл Петрович перевёл мне двадцатку и что-то трендел за работу. Говорил, что надо уконтропупить какого-то хитросделанного мужика. Вот только, кого он хотел устранить? Сука Муфлон всю память отбил… Как жить, когда кругом много подводных камней, размером с Араратскую гору?

Сапог попытался вспомнить детали, но не получалось: воспоминания, как пузыри со дна болота, лопались лишь брызгами коротких мыслей. Тогда он отправился в ванную освежиться. Умывшись холодной водой, Сапог глянул на себя в настенное зеркало. Ну, что сказать о мужике, отражавшемся в зеркале? Подбородок мощный, джеймсбондовский. Морда мужика, конечно, слегка небрита, лысина не причёсана, фингал под глазом, но не это главное. Мужик в зеркале явно накушался какой-то дряни выше крыши, вот крышу и сдуло благополучно. Зрачки расширены, вид слишком лихой и слишком придурковатый. На измене мужик, сразу видно.

— Что делать? — задал знаменитый вопрос своему отражению Сапог.

Отражение не ответило, зато пробудился голос, повадившийся допекать Сапога после получения им контузии. Хоть бы сволочь внятно и чётко допекал, как допекали Гену офицеры в учебке, а то произносит слова невнятно с турецким акцентом. Замечательно: ещё и в смысл слов своей шизы надо вникать! Сапог решительно отказывался вслушиваться в слова своей шизы, придумав бороться с ней с помощью спиртсодержащих напитков. От водки шиза дурела и не так настырно преследовала бывшего прапорщика. Гена никому не признавался, что заполучил в свою голову голос. Даже доктору в госпитале не признался, хотя заботливый доктор настойчиво выспрашивал: «Ну, военный, что молчишь? Не переживай,