Триумф броненосцев. «До последнего вымпела» - Вячеслав Коротин

– Все-таки излишне доверчивый вы человек, Сергей Васильевич, и даже прошлый скандал ничему вас не научил. Вы же знаете роль Витте в январских событиях – он вполне мог предотвратить «Кровавое воскресенье», но не захотел! А здесь, – Николай пододвинул к противоположному концу стола толстую кожаную папку, – еще материалы есть. Вы профессионал, так что сами разберетесь… Но, насколько я понимаю, к покушению на меня настоящий ваш единомышленник вряд ли стал бы подбивать. Так вы готовы выполнить нашу просьбу?

Заседание заметно обновленного правительства продолжалось уже четвертый час – еще не привыкший к таким долгим обсуждениям Зубатов порядком устал, но старался слушать внимательно – вопрос о текущей войне был все-таки наиважнейшим. Сейчас свою речь заканчивал министр иностранных дел, и дела эти отнюдь не радовали новоиспеченного премьера.

– …Таким образом, отправка дополнительных войск на Дальний Восток ставит под угрозу нашу обороноспособность на Западе. Скажу больше: от войны нас пока спасают только натянутые отношения между Британской и Германской империями. А вот Австро-Венгрия может напасть в любой момент, если только сможет найти значимых союзников. Доклад окончен, спасибо за внимание.

– Благодарю вас, Александр Петрович, – взял слово Зубатов. – Итак, я подведу итог: по мнению Военного министерства для победоносного завершения войны нам нужно перебросить на Дальний Восток еще не менее трехсот тысяч солдат. Но при этом внутренняя ситуация, да и международная обстановка, как мы слышали в докладах министров внутренних и иностранных дел, не позволяют существенно уменьшать силы в Европе. В таких условиях, на мой взгляд, у нас есть два пути. Первый – провести очередную волну мобилизации, без чего мы в любом случае не обойдемся. А второй, менее вредный для экономики, – набрать где-то дополнительных призывников для хотя бы видимого сохранения численности войск в Европе. И у меня есть на этот счет конкретное предложение…

Душу Якова Рабиновича переполняло волнение, сегодня старшие товарищи по партии наконец поручили ему настоящее дело – доставить в город новые выпуски подпольных газет! И пусть ему не придется везти их через границу из самого Лондона, а всего лишь из соседней губернии, но ощущение причастности к чему-то великому не оставляло его с самого утра. Это чувство увлекло его настолько сильно, что даже необычное оживление на соседней улице он не замечал, продолжая сосредоточенно чинить крышу сарая – ведь ее нужно было обязательно доделать до возвращения родителей из поездки к тете.

Но размеренный ход мыслей новоявленного курьера прервал громкий стук со стороны ворот. И едва в его голове успела появиться мысль «кто бы это мог быть?», как ее будто услышали:

– Откройте, полиция!

«Накрыли! Что же делать? Спрятаться? Да где тут спрячешься? Бежать? Как? Куда? – мысли в голове Якова поскакали галопом, буквально толкаясь локтями и мешая друг другу. – Что со мной теперь будет? Проклятые газеты! У-у-у-у! Что же делать-то? Спрятать! – Под продолжающийся стук по воротам молодой человек мгновенно слез с лестницы и метнулся в глубь двора – туда, где за притолокой пристройки лежали газеты. – А куда спрятать? Найдут ведь! Точно найдут!!!» – казалось, в такт каждого удара сердца все сильнее паниковали его мысли. И только схватив трясущимися руками портфель с газетами, Рабинович сообразил: «Что я делаю? Вот теперь точно повяжут, с этим-то в руках! Того и гляди ворота сломают! Сказать, что нашел? Так ведь не поверит никто! А-а-а-а! Да гори оно все синим пламенем!!!» Пламени рядом не было, но принятое решение было реализовано молниеносно – в открытый портфель полетел лежавший здесь же кирпич, которым иногда подпирали дверь. А через секунду и сам портфель с громким хлюпаньем исчез в глубинах выгребной ямы.

– Иду-иду! – крикнул Яков и поспешил к калитке, за которой, как оказалось, его ожидал один местный городовой.

– Добрый день, Яков Давидович! Не ждали? Имею вам сообщить, что сегодня вступил в силу закон об уравнивании в правах и обязанностях лиц иудейского вероисповедания! Так что можете теперь и в университет на общих основаниях поступать, и жить где хотите. Об этом уже во всех газетах напечатали! Поздравляю!

– Спасибо, Николай Макарович… – едва смог пролепетать еще не вполне пришедший в себя молодой человек.

– Пожалуйста! Но я, собственно, почему к вам пришел, – продолжил городовой, – как полноправное лицо, достигшее соответствующего возраста, на основании закона о всеобщей воинской обязанности вы призываетесь в армию на срочную службу Отечество защищать. Вам надлежит в течение трех дней прибыть в воинское присутствие. Извольте ознакомиться и подписать повестку…

Глава 14

– Я прочитал ваш рапорт, господин капитан второго ранга, – Вирен был настроен сугубо официально, – о бое вы доложили весьма подробно и убедительно. Подчиненный вам отряд сражался умело и мужественно.

– Благодарю, ваше превосходительство, – слегка успокоился в душе Рихтер.

– Совершенно напрасно благодарите, я совершенно не намерен выражать вам свое удовольствие. Меня в данной ситуации интересует не как прошел бой, а почему он вообще состоялся. Какого морского черта вас понесло прямо в устье Сангарского пролива?

– Но, – занервничал командир «Быстрого», – была поставлена задача действовать у западного побережья Хоккайдо…

– И что? – невозмутимый обычно адмирал начал слегка «закипать». – Была задача пройти вдоль всего побережья острова? Зачем был нужен этот риск с таким удалением от основной группы? Для вас новость, что у противника в несколько раз больше истребителей, чем в нашем флоте? Могли сообразить, что как только отряд Добротворского начнет громить рыбаков, то значительная часть японских минных сил выйдет на перехват?

Кавторанг судорожно пытался найти контраргументы, но все больше понимал, что таковых не имеется: «Горе побежденным!» Это победителей не судят, а те, кто рискнул и проиграл, получат по полной. И вообще на таких всех «дохлых кошек» повесят…

– Так что же мы имеем в итоге? – продолжил исполняющий должность командующего флотом. – Четверть наших больших миноносцев потеряна безвозвратно. Четвертая часть! А значит, у нас остался только один отряд истребителей из двух: меньше чем четверками в море выходить нельзя. Во всяком случае, на какую-нибудь более-менее серьезную операцию…

– Ваше превосходительство, позвольте, – осмелел Рихтер.

– Слушаю.

– Но ведь и японцы понесли потери…

– Перестаньте. Они потеряли один истребитель. Ну ладно, может два, хотя я бы на это не рассчитывал. Ах, да! Еще несколько старых корыт-канонерок. Так последнее произошло бы и без вашего гусарства. А вот представьте себе: что бы случилось, если не успел бы вам на выручку «Олег»?