Эпоха раздела. Начало. Книга первая - Владислав Картавцев

Дед посмотрел на него:

– Ладно, сейчас я тебе помогу. Но в следующий раз ты будешь выбираться сам…

Чанг выбирался. По мере очищения он обнаруживал в себе все больше и больше следов колдовской атаки. Она была проведена мастером, она захватила его и чуть не опрокинула в страшные зыбучие пески смертельной тоски, из которых – будь он обычным кочевником, ничего не смыслящим в магии – он бы не выбрался.

Но он сумел распознать атаку, и теперь пришло время окончательно очиститься. И в этот раз Чанг использовал силу своего дыхания. Оно, будучи единственным подручным инструментом, позволяло быстро привести себя в норму.

Чанг был зол, очень зол. Ему следовало быть настороже с самого начала, но он, умиротворенный всеобщим весельем и бесшабашностью, расслабился и позволил себе забыть, где он находится. Он окончательно уверился, что именно к нему здесь проявляют особый интерес, но пока не мог объяснить, почему.

Он успел прийти в себя к началу очередного поединка. Чанг был спокоен и с виду совершенно холоден и собран. Он находился в прекрасной физической форме, а гнев, было закипевший в нем, окончательно прошел. Однако теперь Чанг решил победить всех – и во что бы то ни стало.

Чанг вышел в круг и с удивлением посмотрел на своего очередного соперника. Это был еще мальчик – худые ручки и ножки, тщедушное тельце и лицо, нежное, как у девушки, никак не указывали на то, что перед ним серьезный боец. Чанг даже оглянулся на старейшину, спрашивая, нет ли здесь какой-нибудь ошибки, но тот жестом показал, что все в порядке.

Чанг внутренне подобрался. В его памяти возник древний текст одной очень редкой книги, в котором говорилось, что далеко на островах в Великом Океане живут странные, похожие на мальчиков воины, которые, тем не менее, владеют смертоносным искусством нанесения ударов на расстоянии.

Они всегда выглядят беззащитными и слабыми, хотя на самом деле представляют огромную опасность, и, в основном, служат в охране высокородных господ, живущих в больших каменных городах далеко на юге, и господа часто используют их для устранения соперников. В книге был и рисунок, и теперь Чанг явно видел его сходство с человеком, стоящим напротив. И это было очень опасно.

Чанг отступил на границу круга, постаравшись максимально увеличить расстояние между собой и своим противником.

Сейчас ему был нужен невидимый колдовской щит, который вберет в себя основную разрушительную мощь магических ударов, направленных на Чанга. Создать его было делом нескольких мгновений. Чанг мысленно обратился к Истинной Пустоте, призывая защитить его, потом, переводя ощущения в реальность, уплотнил воздух впереди себя и толкнул его вперед на несколько локтей. И вот – щит готов, и теперь можно чувствовать себя немного уверенней.

Но одного только щита мало. Чтобы выиграть бой, нужно не только защищаться, но и нападать. А как это сделать, если к противнику практически невозможно подобраться? Здесь нельзя идти напролом, но следует использовать хитрость.

Бой начался. Как и предполагал Чанг, его соперник держался на расстоянии и постоянно атаковал Чанга мощными невидимыми ударами. От них колдовской щит сотрясался, как листок на ветру, и если бы не постоянная подпитка его силой Истинной Пустоты, давно бы уже разломился и оставил Чанга совершенно беззащитным.

Наверное, со стороны происходящее на арене выглядело очень странным. Два человека бегали по кругу, не вступая в контакт, но по их лицам было видно, что они находятся на пределе своих возможностей, а в круге творится нечто необычное.

Но так не могло долго продолжаться – развязка в любом случае наступит, когда старейшины или зрители на возвышениях потребуют от противников активных действий – даже несмотря на то, что пока никто из них не проявлял нетерпения, и события развивались своим чередом.

Соперник Чанга все также методично продолжал наносить удары. Его лицо, хоть и было покрыто обильной испариной, не выражало никаких эмоций – мало того, оно было похоже на застывшую деревянную маску.

Чанг впервые сталкивался с такой манерой борьбы, но отчетливо понимал, что наступает время изменить ход боя. И вот он решился. Чанг выкинул правую руку вверх и выхватил из Истинной Пустоты ничтожную часть пространства, уплотненную и наполненную силой. Она должна была послужить для него тараном, которым он намеревался пробить защиту противника.

Одновременно Чанг прыгнул вперед. Будь на его месте обычный воин, он бы просто не смог добраться до уязвимых мест на теле соперника – настолько крепка была магическая броня, которая (наподобие колдовского щита самого Чанга) защищала его.

Но Чанг полагался не только на свои силы, а против частички Истинной Пустоты, сконцентрированной в его руке, защиты не существовало. Чанг ударил противнику в грудь, одновременно кошкой увернувшись от встречного удара.

Удар был сокрушительным. Мощь Истинной Пустоты пробила магический щит и проникла внутрь тела, где и брызнула во все стороны. В самый последний момент Чанг остановил ее, намеренно удержав ее разрушительную силу. Но и этого оказалось достаточным.

Его соперник, словно сломленный колос, переломился пополам и с криком упал на траву. Тут же раздался окрик старейшины, остановившего бой. Стоя над поверженным воином, Чанг не мог отделаться от мысли, что он вот так просто ради победы в поединке легко мог убить человека, который вышел с ним только лишь посостязаться.

Но его сомнения тут же исчезли, когда он вспомнил, какие методы боя применял его противник. Перед его ударами не устоял бы ни один неподготовленный человек, и он не испытывал к Чангу никакой жалости. Так что Чанг поступил совершенно правильно, победив своего соперника его же оружием.

На этот раз зрители не торопились ликовать. Напротив, победа Чанга была встречена гробовым молчанием, в котором, однако, не было злобы, но только недоумение. Мало кто из них догадывался, что же произошло на самом деле, и теперь многие пытались вновь прокрутить в голове весь бой, чтобы понять, каким образом Чанг одолел своего соперника.

Большинство зрителей восприняло победу чужака над их родичем спокойно, хотя, возможно, поверженный боец получил серьезное ранение. В конце концов, турнир есть турнир, и через некоторое время на возвышениях опять зазвучал смех, и зрители стали переговариваться и лузгать орешки.

Старейшины подняли противника Чанга на руки, осторожно отнесли и положили на деревянную лавку. К нему подошел целитель и сразу же принялся деловито осматривать и ощупывать воина. Целителю помогали несколько человек, которые сноровисто достали из своих сумок какие-то порошки, микстуры и травы и принялись что-то толочь, перемешивать и взбалтывать в медных ступках.

Чанг наблюдал за тем, как лекарь постучал по груди лежащего неподвижно человека, послушал биение сердца и надавил на какие-то точки на шее и запястьях.

Так повторилось несколько раз, и, наконец, воин открыл глаза, и его лицо постепенно приняло нормальный оттенок. Уже через пару минут он окончательно пришел в себя и сначала сел, а потом поднялся на ноги. После чего спокойно пошел и уселся на возвышение среди зрителей.

Его выздоровление было воспринято ими почти равнодушно – как будто ничего и не произошло. И целитель со своими помощниками куда-то пропал.

Чанг чувствовал себя уставшим. После того, как он одолел очередного соперника, ему казалось, что со стороны старейшин и зрителей должна последовать какая-то реакция на его победу.

Он думал, они будут выражать свой гнев или, наоборот, радость. Но такой реакции он не ожидал! Он все больше и больше понимал, насколько он их не знает. Кочевники в степи уже бы бились об заклад, хватались за оружие, а стража, которая всегда в избытке присутствовала на турнирах, уже бы вовсю разнимала их. А здесь всем все равно!

Чанг повернулся и направился к своим солдатам, которые дожидались его среди зрителей. Они-то как раз реагировали очень бурно. Видно было, что последний поединок Чанга вывел их из равновесия. Одно дело было драться с противником, который пускай был и силен, но все же применял приемы, понятные и доступные каждому, а другое – столкнуться с боевой магией.

Даже его разведчики, которые совершенно ничего не понимали в колдовстве, боялись и сторонились его, и то чувствовали, что в этом поединке бойцы сражались ни на жизнь, а на смерть – хотя с виду и казалось, что они только и делают, что бегают по кругу.

Но Чанг был убежден, что они так и не поняли до конца, что же на самом деле произошло.

– Ты как, командир? – спросил Наг. – Трудно было? А почему вы так долго не нападали друг на друга?

– Командир, как всегда, следовал своей тактике, – уверенно произнес Сипт, – он просто изучал соперника и когда понял, что бояться особо нечего, нанес удар. Только и всего. Хотя, стоит заметить, напряжение кругом царило очень сильное. Такое чувство, что здесь не обошлось без колдовства. Как ты думаешь, командир?