Кошки-дочери. Кошкам и дочерям, которые не всегда приходят, когда их зовут - Хелен Браун

Если есть на свете место, меньше всего похожее на палату онкологического отделения, то это зоомагазин. Над беспокойным копошением жизни царит запах сырой бумаги и опилок, птичьего корма и чего-то мясного. Чирикают волнистые попугайчики, щебечут канарейки, тявкают щенки. В глубине аквариумов разноцветными искрами проносятся тропические рыбки.

Конечно, первым делом мы обратили внимание на двухметровую клетку в центре магазина. К дверце была прикреплена записка: «Бирманские и сиамские котята. Пожалуйста не засовывайте пальцы в клетку. Вы можете занести инфекцию».

Я давно стала озабоченным граммар-наци. Моя манера везде подмечать ошибки довела Катарину до того, что она предложила мне снять собственную передачу, в которой я путешествую по миру, вычеркивая лишние запятые и добавляя недостающие. Я уже собиралась указать сотрудникам магазина на то, что они забыли поставить столь важный знак препинания после слова «пожалуйста», как кое-кто ловко отвлек мое внимание.

В клетке свернулись клубочком дюжина котят: одни спали на полу, другие прикорнули на лесенке. Все сладко сопели, за исключением одного. Светлый котенок, по размеру значительно превосходивший своих собратьев, карабкался по решетке с упорством опытного альпиниста. Передвигая лапку за лапкой, он тянулся вверх, рассчитывая только на силу крохотных коготков. Все выше и выше – и вот он почти на вершине. Полностью погруженный в процесс, котенок напрягал каждый мускул в отчаянной борьбе с силой притяжения.

Даже на таком расстоянии я заметила, что передо мной очень красивый зверь – ухоженный и длиннолапый. Молочно-белая мордочка была слегка оттенена светло-коричневой шерсткой того же оттенка, что уши, лапки и хвост. Заинтригованная внешностью котенка и его безрассудной храбростью, я подошла поближе. Он внезапно замер и, прижавшись к решетке, внимательно посмотрел на меня темно-синими глазами. Этот пристальный взгляд проник прямо в мое сердце. Шум и суета зоомагазина отошли на задний план. Я была очарована.

Котенок не торопился отводить глаза. Я тоже не отворачивалась. Игра в гляделки увлекла нас обоих, мне казалось, что происходит молчаливый диалог. Конечно, не исключено, что даже через десять дней после операции я так и не отошла до конца от наркоза, но в тот миг я действительно чувствовала, что котенок настаивает – не просит, а именно настаивает – на том, чтобы мы стали частью жизни друг друга.

Однажды я уже ощутила, что такое любовь с первого взгляда. Встретившись с Филиппом, я почувствовала, как превращаюсь в тесто для блинов. Но он был – и до сих пор остался! – невероятно привлекательным человеком. В тот волшебный вечер, стоя на вершине музейной лестницы в безупречно сшитом костюме, он был похож на киногероя в отпуске. Кто бы смог устоять?

Я всегда думала, что любовь с первого взгляда случается только между людьми, а уж никак не между женщиной средних лет и сиамским котенком. Но этому созданию потребовалось всего несколько секунд, чтобы меня покорить. Мы с котенком принадлежали друг другу на каком-то подсознательном уровне.

– Видишь? Я же говорила, что он очарователен, – сказала Мэри. – Ладно, наверное, пора домой, – добавила она, предчувствуя, что надвигается неизбежное, и спеша увести меня из магазина.

Когда я попыталась отвернуться, котенок просунул лапу между прутьями, потянулся к мне и тихонько мяукнул. Я почему-то считала, что у сиамцев громкие и неприятные голоса. Этот малыш доказал, что я ошибалась. Несмотря на табличку с пропущенной запятой, я не смогла справиться с искушением и аккуратно ухватила котенка за лапу двумя пальцами.

Он снова посмотрел мне в глаза и восторженно замурчал. Последние сомнения отпали.

– Ты только посмотри! – воскликнула Лидия. – Он хочет пойти с нами.

– Вы что, не читали табличку? – Неодобрительный голос нарушил эту идиллическую сцену.

– Простите, – ответила я, с трудом отрывая взгляд от котенка и поворачиваясь к прыщавому продавцу в роговых очках. Сперва я почувствовала неприязнь к этому блюстителю порядка, но потом заметила, что в его глазах светится искреннее желание защитить своих подопечных. Худой, неряшливо одетый, он явно работал тут за очень маленькую зарплату. Наверное, он действительно пытался заботиться о своих питомцах так хорошо, как только мог. – Котенок ко мне потянулся, и я…

Малыш отдернул лапку и продолжил покорение клетки.

– Если бы вы знали, сколько людей приходят сюда каждый день! Все хотят потрогать животных, и у всех на руках какие-нибудь микробы и бактерии. А животные в результате заболевают, – продолжил продавец.

Я смущенно кивнула и спрятала руку в карман.

Пока котенок взбирался по решетке, я все думала, что же он будет делать потом. Возвращаться, пятясь задом, – не самый разумный вариант… Но малыш не отличался предсказуемостью. Подобно Тарзану, он ухватился за потолок клетки сначала передними лапами, потом задними. Повисев вниз головой, он убедился, что все на него смотрят, и торжествующе мяукнул. В тот миг он был похож скорее на циркового акробата, чем на котенка.

– Этот котенок продается? – спросила я, сама не веря в то, какие слова сорвались с моих губ.

Все еще висящий вверх лапами котенок переводил взгляд с меня на продавца, будто ждал ответа.

– Ах, этот, – протянул юноша, слегка нахмурившись. – У него был конъюнктивит, так что его несколько недель держали на карантине отдельно ото всех. Он старше других котят.

– Старше? Я думала, он просто крупнее, – забормотала я. – Хотя, конечно, крупнее и значит старше…

– Может, поедем домой и подумаем? – Мэри попыталась воззвать к моему голосу разума. – Ты же потом скажешь, что это я во всем виновата!

Старшие сестры неисправимы. Котенок отцепился от решетки и полетел вниз. Мы дружно затаили дыхание, а он спокойно приземлился на коричневый комочек, спавший рядом с миской.

– Всегда так делает, – вздохнул продавец. – Использует ее в качестве подушки. И спит на ней. Не знаю, как только она терпит.

Абсолютно невредимая кошечка ничего не имела против того, что гиперактивный друг использовал ее в качестве матраса. Сиамец отряхнулся, проверил, на месте ли лапы и хвост, после чего с важным видом прошелся вдоль решетки, чтобы закрепить произведенный эффект.

Несмотря на состояние безоговорочной влюбленности, в голове у меня прозвенел тревожный звоночек. Котенок явно ставит себя выше окружающих. Проблем с ним будет масса… Но при мысли об этом меня потянуло к нему еще сильнее. Как и в любой женщине, во мне жила непреодолимая страсть к плохим парням. Так что это был не тревожный звоночек, а свадебные колокола! Пусть котенок ведет себя странно, я справлюсь. В конце концов, я более-менее успешно воспитала троих детей! Котенку с ними не сравниться.

– Хотите его подержать? – спросил продавец.

Я яростно закивала. Меня не слишком радовал факт, что мое будущее счастье зависит от прыщавого юноши, который так бесцеремонно отозвался о нашем с котенком взаимном притяжении. Он даже толком не ответил на вопрос, продается это своенравное чудо или нет. И вообще, котенок, судя по всему, нравился ему самому. Может, он хотел оставить его для себя.

Когда я спросила имя продавца, он сперва смутился. Потом ответил, что его зовут Натан, покраснел и отвернулся к стеллажам с собачьей едой. Я начинала его понимать. Натан был стеснительным человеком, который по какой-то причине чувствовал себя некомфортно в обществе людей, а потому предпочитал им животных.

Натан открыл клетку и потянулся за сиамцем. Тот ловко увернулся от руки продавца и стремительно закопался в кучу рваных бумажек. Затаившись там, котенок решил, что надежно спрятался.

Но торчащий из-под обрывка кончик хвоста его выдал!

– Он думает, что мы с ним играем, – вздохнул Натан, раскидывая бумажное гнездо и хватая котенка за шкирку. Никогда не верила людям, утверждающим, что это самый правильный способ держать котят, но малыш вроде бы не имел ничего против.

Наконец Натан опустил беглеца мне в руки. Котенок посмотрел на меня снизу вверх и затарахтел, как газонокосилка. Он был очень теплым и шелковистым на ощупь. В груди возникло удивительное чувство, которое я не испытывала уже очень давно: словно по венам побежал жидкий мед. Дыхание стало мягче и глубже. Недели тревоги и боли покидали мое тело.

– Он продается? – снова спросила я.

Натан кивнул и пояснил, что в стоимость входит бесплатная проверка у ветеринара и скидка на кастрацию. Я помнила, что существуют определенные вопросы, которые люди должны задавать перед покупкой домашнего животного. Но все они вылетели у меня из головы. Натан подтвердил, что котенок – чистокровный сиамец.

– А родословная у него есть?

Натан насторожился.

– У наших животных нет родословной, – ответил он. – Если бы мы заказывали им родословную, они бы стоили слишком дорого.