Вечный дом. Мир ноль-А. Пешки ноль-А - Альфред Ван Вогт

Кто-то толкнул Стивенса. Он оглянулся. Это был Риггз. Он сказал:

— Просто хотел, чтобы вы знали, что я здесь. Я буду поглядывать за вами.

Он отошел.

Стивенс последовал буквально по пятам Таннахилла в следующий бар. Менеджер встретил их у двери, и было видно, что он уже обо всем знает. Отчетливым голосом он представил Таннахилла посетителям. Стивенс уже давно не видел такого огромного и настолько переполненного зала. Сразу же после этого по крайней мере с десяток молодых женщин совершили успешные попытки поцеловать Таннахилла.

Таннахиллу это все вроде бы было по душе. В глубине души Стивенс не мог винить его. После столь долгого лежания в больнице ему нужно было выпустить накопившийся пар. Он решил держаться в стороне от своего клиента, но все же быть где-то рядом, пока не устанет.

Примерно через час он уже собирался уходить, когда вдруг в его кабину протиснулась женщина с черными как смоль волосами, с пухлым, не лишенным приятности лицом. Она была небольшого роста, на ней было надето ярко-красное платье. В ушах горели огромные рубиновые серьги, на пальцах сверкали кольца с фальшивыми бриллиантами и изумрудами, к ее платью были приколоты сверкающие украшения.

Она сказала:

— Меня послал мистер Таннахилл, он хочет, чтобы вы оформили все окончательно.

Стивенс моргнул. Она заливисто рассмеялась.

— Я уже осмотрела дом, — объяснила она, — и мне понадобится по меньшей мере три девушки для начала. Надо будет найти для них жилье. Но я буду жить в доме. Вас это удовлетворяет?

Экономка! Легкий дурман ликера улетучился из головы. Это та самая женщина, о которой говорили в агентстве по найму. Он вспомнил, что Таннахилл просто горел желанием найти слуг.

— Если вы мистеру Таннахиллу понравились, — сказал он, — можете считать, что вы приняты на работу. Когда вы можете начать?

— Мистер Таннахилл хочет, чтобы я приступила к работе завтра утром, но я могу начать только послезавтра. Придется сделать так. — Она говорила твердо.

— Вы имеете в виду двадцать девятое?

— Мистер Таннахилл предложил мне премию в сто долларов, если я начну работать завтра, и пятьдесят долларов, если я начну двадцать девятого. — Она весело засмеялась. — Я возьму пятьдесят.

Было уже два часа, когда он узнал ее имя. Ее звали Жико. Жико Эйн.

Стивенс не сразу вспомнил, где он видел это имя. В книге «Танекила Смелый» был абзац, в котором, как он вспомнил, говорилось: «Алонсо не повезло. Его любовница по имени Жико Эйн убила его ножом».

Стивенс все еще размышлял о запутанности всей этой истории, когда уже около четырех часов он добрался Домой. Итак, банда пыталась проникнуть в Большой дом любым путем.

Уже совсем сонный, он разделся в гостиной и вошел в спальню, не зажигая света. Когда он забрался под простыни, он рукой и плечом соприкоснулся с обнаженным телом.

— Не пугайся, — послышался голос Мистры Лэннет.

— Боже правый! — воскликнул Стивенс.

— Ты ведь рад, что я здесь? — спросила она. Впервые за все время, что они были знакомы, голос ее звучал виновато.

Он вынужден был признать, что действительно рад. Он обнял ее напоенное желанием тело и вдруг вспомнил кое-что.

— Ну, а на этот раз какой долг ты мне выплачиваешь? — спросил он.

— Прекрати это, — сказала она. — Ты мой единственный мужчина, и это меня устраивает. И жаль, что это ненадолго, поэтому, пока можно, доставь мне удовольствие. — Она мягко засмеялась. — Может быть, я беру в кредит.

Усталость его как рукой сняло.

Он был возбужден и взволнован. Она пришла к нему опять. Она с готовностью отвечала на его объятия, и это приводило его в восхищение. Независимо от того, почему она захотела, чтобы он был ее любовником, было ясно, что эта женщина высокого интеллекта, и еще она могла понять и была готова удовлетворить сильное физическое желание мужчины. Очень возможно, что он относил ее неожиданное охлаждение на счет группы, к которой она принадлежала. Он смутно догадывался, что Кахуньо был ее любовником. Она что-то упомянула первой ночью…

Его пронзила ревность. Он старался избавиться от нее и забыть о ее прошлом ради сегодняшней любви, ради того чувства, которое они испытывали в этот момент. Когда все было окончено, она лежала молча в темноте и наконец сказала:

— Существует мнение, что мужчина и женщина, испытывающие физическое влечение друг к другу, не могут быть счастливы. Сейчас я готова бросить вызов тем, кто так считает.

Стивенс вдруг почувствовал, что у него просто нет сил продолжать беседу.

— Прости меня, — пробормотал он, — но я умираю хочу спать. — Он повернулся на бок. Должно быть, он уснул мгновенно.

День был в разгаре, когда Стивенс проснулся от звука громыхающей в кухне посуды. Он моргнул, решив, что это его экономка, потом вспомнил и взглянул на пустовавшую рядом с ним кровать. Должно быть, она встала. Он надел халат и вышел на кухню.

Мистра стояла на табуретке перед открытым сервантом. Она оглянулась и спокойно посмотрела на него.

— Я готовлю завтрак, — объяснила она.

Звук ее голоса заставил его пульс учащенно биться. Было впечатление, что ночи вообще не было и что это их первая встреча со времени того странного визита в ее квартиру. Но он взял себя в руки.

Он будто исподтишка оглядывал ее. Эта женщина действовала на него сильнее, чем ему того хотелось, потому что, как она уже сказала, их связи суждено стать мимолетной любовной историей. Он сделал несколько шагов вперед и сказал:

— Ночью я так быстро поддался тебе, что совсем упустил из виду тот факт, что у меня в доме появилась молодая леди, которая сказала, что мы, может быть, еще встретимся. Что это ты задумала?

Она как раз тянулась к верхней полке. Он наблюдал, как она достала несколько тарелок и потом повернулась к нёму с легкой, дразнящей улыбкой на лице:

— В чем дело? Я подумала, что ты будешь рад видеть меня, или я сделала что-нибудь не так прошлой ночью?

Ее близость просто терзала его. Он шагнул вперед и обнял ее. Он почувствовал ее податливое тело через тонкую пижаму. Ее губы ответили на его поцелуй, но не так страстно, как бы ему хотелось. Он разжал объятия.

Она сказала:

— Думаю, нам следует позавтракать перед тем, как опять забраться в постель.

Стивенса это слегка обожгло.

— Мне не обязательно заниматься сексом каждую минуту, — сказал он.

— Но ведь это удовольствие, — вставила она. — Не беспокойся. Пока мы вместе, можешь располагать мною, когда захочешь.

Это был самый замечательный ответ, какой только можно было ожидать. Его раздражения как не бывало. Он сказал: