Редактировать или удалить (СИ) - "Torry-Katrin"

- А я не хочу, чтобы ты делал вид, будто не хочешь этого, потому что это неправда. В этом случае не будет никаких взаимных претензий, как считаешь?

- Представь себе, у меня тоже не всегда бывает подходящее настроение.

- Но ты ведь всегда хочешь, я же чувствую, - тихий шёпот снова коснулся моих ушей. Я на секунду прикрыл глаза и сглотнул. - Кого ты пытаешься обмануть, м?

- Знаешь, ты ведь изменил мне, - вырвалось у меня само по себе. То ли от желания перевести тему, то ли потому, что именно это меня сейчас волновало больше всего.

- Так глупо звучит, - Билл издал короткий смешок, не переставая широко улыбаться.

- Может и так, только вот мне не смешно почему-то.

- Что сделано, то сделано. Ты не оставил мне выбора. Извиняться не собираюсь. Забудем или продолжим мусолить эту тему ещё месяц?

- Как у тебя всё просто, - я чувствовал, что раздражаюсь с каждой минутой всё сильнее. Беспечный, заигрывающий тон брата сбивал с толку. Он просто пудрил мне мозги, как всегда, когда хотел чего-то добиться. Или нет? Только сейчас заметил, что пальцы на моей правой руке живут отдельной жизнью и водят по контурам рисунка на простыне. Я тут же одёрнул себя.

- А так и есть, - он приподнялся на руках, пытаясь поймать мой взгляд. - Я обидел тебя. Сильно. Но не предал. Начнём всё сначала?

- Если согласен, дотронься указательным пальцем до кончика носа, - имитируя свой детский голос, весело спросил Билл. От неожиданности я даже не успел удивиться, закрыл лицо руками и в голос рассмеялся. Сколько лет я не слышал этих слов? Когда мы были маленькими, я часто обижался на него по пустякам и в порыве эмоций кричал, что больше никогда и ни за что не буду с ним разговаривать. Тогда он заходил ко мне в комнату, садился напротив, склонял голову набок, словно филин, и, заискивающе улыбаясь, предлагал мириться. Но я не сдавался до последнего, поэтому ему и пришлось придумать такой нехитрый способ невербального общения. Он мог галдеть монотонным занудным голосом «Дотронься, дотронься, дотронься» целый час, не переставая, до тех пор, пока я не начинал сходить с ума и не готов был сдаться, лишь бы он заткнулся и отвял.

Сейчас Билл точно так же нависал надо мной, прикусив краешек губы, явно довольный произведённым на меня эффектом от своего излюбленного приема. Его глаза улыбались. В них я снова увидел ту детскую непосредственность, которая испарилась, казалось бы, бесследно с годами. Я засмотрелся и не без труда перевёл взгляд на свои руки, стушевавшись.

- Не смотри на меня так.

- Как?

- Ты так смотришь, только когда тебе что-то нужно от меня.

Брат, будто тигр на охоте, медленно подкрался на руках, застыв всего в нескольких миллиметров от моего лица. Я явственно ощутил его дыхание на своих губах. Закружилась голова. Не смея поднять глаза, я по-прежнему «увлёчённо» изучал рисунок постельного белья.

- Мне нужен ты.

И, полоснув беглым взглядом по телу, снова, как ни в чём не бывало, перекатился на свою половину.

- На тебя без слёз не взглянешь. Кожа да кости. Ты вообще питаешься?

- На себя посмотри, - буркнул я, повыше натянув одеяло.

- У меня хотя бы мышцы есть.

Билл демонстративно напряг вытянутую руку, и я, не задумываясь, сжал её у предплечья, чтобы убедиться.

- Прости, - я резко одёрнул себя, совсем забыв про наш дурацкий уговор.

- Да ничего. Разрешаю, - брат лёг на спину. - Могу ещё пресс дать пощупать. Всё от тебя зависит.

Его ладонь медленно заскользила по животу вниз, скрываясь под одеялом. Он гладил себя, не сводя с меня глаз. Опомнившись, я не без труда отвернулся и как-то невесело ухмыльнувшись, покачал головой, надеясь, что приглушённый свет хотя бы отчасти скроет истинный цвет моего пылающего от смущения лица. До сих пор никак не могу привыкнуть к его флирту. Он всегда застаёт меня врасплох.

- Не сейчас. Мне надо подумать.

- Думай до завтра, - на выдохе произнёс Билл, выключив светильник и начав укладываться. Его голос показался мне удручённым. - Потом обратного пути не будет.

Я растерялся от ещё одной внезапной смены его настроения, и, замешкавшись, тоже лёг, предварительно положив подушку в нормальное положение. Закутался до носа в одеяло и закрыл глаза, только сейчас ощутив в полной мере усталость от сегодняшнего стрессового вечера. Задумавшись, я чуть не закричал от страха, почувствовав давление на бок и жаркое дыхание у виска.

- Он тебе и в подмётки не годится.

Я вырубился почти мгновенно и проспал всю ночь, как убитый. Без снов.

ГЛАВА 9

…насильно и без своего ведома и согласия никто действительно спасён быть не может. ©

Я прижался губами к глубокому порезу на пальце, чувствуя горьковатый привкус крови. Было не столько больно, сколько досадно. Давно ведь хотел выдернуть этот ржавый гвоздь, всё равно торчит без толку. Поскользнулся в душе, схватился за первое, что попалось под руку - и вот результат. Хотя жаловаться не приходится: вместо руки там могла бы оказаться моя голова. Налетел бы лицом, попади гвоздь в глаз… Представить - и то страшно. В аптечке, как назло, не оказалось ни пластыря, ни ваты. Последнее я извёл, когда обрабатывал Биллу рану на плече. Кое-как обмотался полотенцем, стараясь не запачкаться, и вышел из ванной. В мыслях о молотке и предполагаемом месте его нахождения я не сразу заметил брата, тихо и неподвижно стоявшего у окна. Вздрогнул от неожиданности и рефлекторно попятился назад, пока не упёрся спиной в дверь. Тут же отругал себя за излишнюю пугливость. Пора лечить нервы.

Билл не обернулся, и, казалось, даже не заметил меня. Он лишь молча продолжал отпивать что-то горячее из кружки, периодически щуря глаза. Из одежды на нём только джинсы с уже вынутым ремнём. Когда он успел вернуться и почему я ничего не слышал? Наверное, из-за шума воды…

- Сзади я особенно для тебя привлекателен? Отомри, - брат со сдержанной улыбкой полоснул по мне взглядом и снисходительно покачал головой. Должно быть, видок у меня был ещё тот. - Расслабься, это всего лишь я.

Всего лишь?

Только когда он снова отвернулся, я смог сдвинуться с места. Надо признаться, порядком занервничал. Его ведь не было весь день. Это значительно повысило степень моей тревоги и понизило уверенность в правильности принятого в тяжелых размышлениях решения. С утра как на иголках. Казалось, я в любой момент могу передумать, пойти на попятную, и не дай бог начать анализировать. Я был готов дать ответ, и мне хотелось как можно быстрее его озвучить, пережить непредсказуемые последствия торнадо и по возможности с облегчением выдохнуть.

На ватных ногах я подошёл к Биллу и обнял его со спины, скользнув ещё влажными ладонями по голому животу, чувствуя, как он словно от спазма втянулся внутрь. Брат будто только этого и ждал. С готовностью откинул голову на моё плечо и обмяк, накрыв своими руками мои. Запах его не менялся с детства. Чуть горьковатый, он всегда действовал на меня по принципу психотропного препарата. Затуманивал сознание, вводил в заблуждение, заставлял верить в миражи. Голова как-то странно закружилась, но я лишь ещё сильнее втянул ноздрями этот волшебный аромат, глубоко зарывшись носом в волосы. Хаотичными мокрыми поцелуями спустился по шее к ключице. Губы пересохли и пришлось их облизать. Билл молча принимал ласку и покорно подстраивался под все мои движения. Поглаживая и дразня, я поднялся вверх по груди, задев кончиками пальцев уже возбуждённые выпуклые соски, и услышал в ответ его первый глухой стон. Повернув голову, он посмотрел на меня сквозь полуприкрытые веки. В глазах пелена, на губах расслабленная улыбка. Рот призывно приоткрыт. Не видя причин себя сдерживать, я почти преодолел оставшееся расстояние между нами, как вдруг доступ мне перекрыли тонкие пальцы и предостерегающий взгляд глаз сумеречного цвета.