Тайная стража России. Очерки истории отечественных органов госбезопасности. Книга 6 - Коллектив авторов

«околодок с флагом Красного Креста и маленькую парикмахерскую»[179]. Командный состав делился на офицеров, младших и старших унтер-офицеров.

Действия бандитских формирований представляли серьезную угрозу для Советской власти и тылов Северного фронта. Они уничтожали телеграфную и телефонную связь, разрушали мосты и железнодорожные пути, совершали диверсии. Так, в июле 1919 г. банда Озерова и Пашкова заняла район станции Путятино Вахрамеевского разъезда, подожгла мост на 48-й версте, что осложнило ситуацию в тылах 6-й армии Северного фронта[180]. 5 июля 1919 г. реввоенсовет 6-й армии издал приказ, которым вся местность в районе Вологда – Буй, Любим – Данилов, Пошехоно – Володарск – Кострома была объявлена на осадном положении[181].

Среди прочих следует выделить банды, состоявшие в основном из дезертиров. Часть из них нередко именовала себя «Зеленой армией» и претендовала на роль защитников крестьянства от Советской власти. Одной из самых крупных, действовавшей на территории Верхней Волги в течение 1919–1922 гг., была банда Стулова – Юшко[182]. Она была образована в ходе дезертирского восстания в с. Аньково в мае 1919 г. В информационной сводке Особого отдела ВЧК № 7 за 19–21 июля 1919 г. отмечалось: «Владимирская губерния. После Аньковского восстания главные зачинщики в количестве около 30 человек скрылись. В настоящее время они укрываются в районе с. Анькова, имея при себе оружие. При каждой попытке ловли их отрядами красноармейцев они скрываются, предупрежденные расставленными постами велосипедистов. По слухам, у них существует конспиративный штаб, ставящий свою целью шпионаж и связь на случай предупреждения опасности. Банда Стулова – Юшко действовала на территории пограничных уездов Владимирской, Иваново-Вознесенской и Ярославской губерний. По данным свидетелей, Юшко называл себя «зеленым» и носил значок – «треугольник с зеленой лентой». Как показывали потом входе следствия участники банды, Юшко неоднократно заявлял, что его целью является «достижение безвластия», для чего необходимо создание «как можно более многочисленного отряда из числа местных крестьян, чтобы выступить открыто». Бандиты поддерживали связь с партиями и организациями, провозгласившими совей программой вооруженную борьбу с большевиками. При совершении общеуголовных преступлений бандиты старались придать своим действиям политический характер, выступая в роли защитников интересов крестьянства. На первых этапах это им удавалось. 23 июля 1920 г. политбюро Юрьев-Польского уезда Владимирской губЧК сообщало, что «Юшка Красковский имеет популярность среди населения уезда как предводитель шайки бандитов». 16 ноября 1921 г. ВрИД председателя Иваново-Вознесенской губЧК М.И. Колесанов докладывал в ВЧК, что «местное население в полном числе симпатизирует этой банде. Одни из корыстных побуждений, другие из страха». Как отмечалось в приговоре выездной сессии Ярославского губернского суда от 8 июня 1923 г., «банда в первые годы, пользуясь покровительством и поддержкой местного кулачества, имела политическую окраску, наводя своими действиями в убийствах советских и общественных работников, ограблениях государственных учреждений, предприятий, кооперативов, террор на местное население и низшие административные органы власти, что нашло отклик со стороны крестьян-«темников» из числа дезертиров и неустойчивых элементов, тем самым банда пополнялась ее боевыми членами, пособниками и осведомителями до значительных размеров».

Кроме того, банда старалась дискредитировать в глазах населения сотрудников советских правоохранительных органов, проводя грабежи под видом «обысков», якобы осуществляемых чекистами и милиционерами.

Бандиты обладали широкой сетью информаторов, которые сообщали о передвижениях красноармейских отрядов, давали наводки на объекты грабежа и налетов. Юшко и Стулов имели связи как в губернских и уездных приволжских городах, так и в Москве, через которые получали фальшивые документы, медикаменты, необходимую информацию, устраивали на лечение в больницы своих раненных.

Банда Стулова – Юшко терроризировало сельское население, совершала убийства представителей Советской власти. За период с июня 1920 г. по март 1922 г. следственными органами было зафиксировано 27 эпизодов преступной деятельности бандитов (убийств, нанесения телесных повреждений различной тяжести и ограблений). В результате ограблений сельскохозяйственных товариществ, мельниц, кооперативов и отдельных граждан бандитами был нанесен ущерб в 5 090 миллиардов рублей.

К концу Гражданской войны деятельность банды приобрела исключительно уголовный характер. Ее нападениям все чаще подвергались простые крестьяне, защитниками которых объявили себя бандиты. Об ужасе, который наводила банда Стулова – Юшко на население, свидетельствует сводка Секретно-оперативного управления ВЧК от 6 августа 1921 г. В ней говорилось: «Ярославская губ. В Ростовском у. на границе с Иваново-Вознесенской губ. появились банды, крестьяне, боясь нападения бандитов, прекратили выгон скота на пастбища»[183]. Банда действовала в регионе до осени 1922 г.

В период с 1918 по 1921 гг. на территории Меленковского и Муромского уездов Владимирской губернии действовала так называемая Артюхинская банда[184], ядро которой составляли 12 дезертиров – жителей сел Верхозерье и Старинки Усадской волости. Бандиты грабили и убивали местных жителей, нападали на советские учреждения, общественные организации, поезда. В 1921 г. банда передислоцировалась в Нижегородскую губернию, где просуществовала до 1922 г.

Наряду с политическим бандитизмом в регионе широкий масштаб принял бандитизм уголовный. Летом 1919 г. в Шуйском уезде Иваново-Вознесенского уезда действовала крупная уголовная банда. Так, в сводке о положении в губернии за период с 16 по 31 августа 1919 г. о ней сообщалось следующее: «За последнее время в окрестных городах Шуйского уезда оперирует шайка бандитов, часть которых уже поймана, но сами главари остаются до сих пор неуловимы, несмотря на то, что против них приняты самые энергичные меры к задержанию, своими действиями как то: грабежами и убийствами терроризируют окрестных жителей, где ими были совершены целый ряд грабежей и пали от их руки при исполнении своих служебных обязанностей следующие лица: начальник районной милиции, милиционер и 2 агента уголовно-розыскного бюро»[185].

В Кинешемском уезде Иваново-Вознесенской губернии долгое время существовала банда под предводительством бывшего офицера Течева. На границе Кинешемского и Середского уездов действовали бандиты[186], которые занимались грабежом под видом агентов Иваново-Вознесенской ГубЧК. Они отбирали вещи и деньги в ходе проводимых «обысков», по поддельным документам получали мануфактуру в советских учреждениях.

Уголовный бандитизм представлял большую угрозу безопасности региона в течение всей Гражданской войны. Так, 25 февраля 1921 г. председатель Иваново-Вознесенской ГубЧК К. Фролов в своем выступлении на заседании бюро губкома РКП (б) был вынужден признать, что в губернии «за последнее время усиливается бандитизм»[187]. В феврале 1922 г. «в связи с усилением уголовного бандитизма» в Иваново-Вознесенской губернии было объявлено военное положение[188].

В течение 1920–1921 гг. крупные бандформирвания (до 150 человек) действовали в Ветлужском, Варнавинском и Костромском уездах Костромской губернии. Бандиты имели постоянную поддержку со стороны крестьян, так как являлись местными жителями и имели