Мой вредный профессор. Стриптиз для тебя - Анна Лапина

больше не будет меня любить так, как раньше. Всё его внимание будет сконцентрировано на его любви. А я… Я потеряю всё.

— Ты влюблена… — догадывается, произнося догадку таким голосом, словно я ему о смертельном диагнозе сказала. — И кто он?

— Не так уж и важно, — выбираюсь из его объятий и встаю. — И нет. Я не влюблена. Просто этот человек важен мне. Не больше. Я и просто боюсь его потерять, — кидаю ему раздражённо. — А теперь я пошла. Мне ещё нужно составить план и выстроить стратегию победы над Матвеем. Я выиграю! — по щеке скатывается первая слеза.

Не дожидаясь его ответа, бегу к лестнице, а затем в свою комнату. Запираюсь и сползаю по двери, позволяя себе заплакать.

Нет! Я не люблю Виктора! Он просто мой друг! И я боюсь, что он променяет нашу дружбу на Эльдара. Вот и всё! Ничего больше!

Нет любви!

Только дружба!

— Алло, Кристин, — приветствую подругу сквозь слёзы. — Мне помощь твоя нужна.

— Тебя кто-то обидел? Мне одолжить у брата кастет и кому-то испортить мордашку? — спрашивает, уже явно направляясь в комнату Матвея, чтобы позаимствовать у него вещицу.

— Нет, — шмыгаю носом. — У меня просто эмоциональный срыв, — списываю своё состояние на это. — А помощь нужна насчёт твоего брата. Ты можешь узнать, есть ли у него кто-то? И… почему он не ведётся на мои соблазнительные уловки?

— Виктор загадал тебе моего брата? — догадывается со вздохом. — Ох, братцы-засранцы, ни дня спокойно прожить не можете! — скорее не возмущается, а смеётся над нами и капельку завидует. — Как узнаю насчёт Моти, напишу. Но с тебя все подробности. В том числе и насчёт того, из-за чего срыв эмоциональный произошёл. Информацию — за информацию, подруга.

***

Роза

— Ну что же… — тяну, кинув безумный взгляд на свою подругу, которая, как и я, наслаждается ситуацией и положением своего старшего брата. Мы обе кайфуем своими ролями злодеек и безжалостных мафиози.

Посылаем друг другу улыбки и обходим сидящего на стуле Матвея. Парень смотрит на нас замученным взглядом и явно оценивает степень нашей вменяемости.

— Упаси боже! — вздыхает парень, осознав свою невесёлую участь. — Кристина, я маме скажу, что ты творишь! Отцу! Они тебя выпорют! Отправят в психушку! Угомонись!

— А ты уверен, что ты доберёшься до них, — подруга поигрывает бровями, проведя рукой по верёвкам, которыми мы Матвея к стулу привязали.

Мы всё же девочки и нам важна наша безопасность. Поэтому и держим нашего пленного так, чтобы он нам как-либо не навредил и не вызвал подмогу. Родителей наших строгих.

— Кристина, зачем ты это сделала?! Зачем связала меня? Зачем похитила? Зачем в подвал этот затащила?

Подвал мы вообще для антуража выбрали, чтобы прочувствовать атмосферу. Чтобы получше в роли свои вжиться и добиться нужных нам ответов.

— Не надо было трогать мой сырок в холодильнике, — Кристина прищуривается, наклонившись к брату. — Я тебя предупреждала, что если съешь мой сырок, я тебя самого в сырок превращу. Ты думал, я шутила? Никаких шуток, воришка! Я знаю, что ты сделал и за что будешь наказан!

— Да куплю я тебе сырки! Куплю! — рычит на неё. — Хоть сотню! Только развяжи меня!

— Ты ещё не осознал свою вину, Мотя, — вздыхает и отходит от него. — И ещё Роза с тобой поболтать хочет.

Благодарно киваю подруге и подхожу к Матвею, мысленно жалея парня. Ему досталась сумасшедшая сестра, а мне подруга. Я бы с такой сестрой точно не выжила бы. Вот с Виктором мне повезло. Он сладкое почти не ест и всё вкусное в доме всегда таскает мне, как богине. Сам же что-то ест, если я делюсь.

Да! Виктор — идеальный друг и «брат»!

— Путём долгого расследования, мы с моей коллегой, — киваю на Кристину, — выяснили, что девушки или кого-либо постоянного у тебя нет. И даже если твоя возлюбленная тебя отшивает, верность ей ты не хранишь. Поэтому я хотела бы узнать, почему ты не реагируешь на мои приставания? — невинно хлопаю глазками, закончив свой монолог.

— Ты что, больная?! — восклицает, застонав от чего-то. — Вы обе больные! На голову! Одна из-за сырка меня похитила, а вторая пытает из-за того, что я не ведусь на неё. У вас что, крыша поехала? На солнце с утра перегрелись? Развяжите меня, психички!

— Я тебя не пытала! — протестую. — Я просто придала твоим бровям идеальную форму! У тебя лишние волоски были! Я просто их убрала. Всего семь волосков выщипала, а ты уже кричишь, что пытают. Ты ещё не знаешь, что такое пытки, Матвей!

— И не хочу знать!

— И правильно, — на повышенных тонах отвечаю, возмущённая его заявлением. — Так что жду ответ на свой вопрос! Почему ты на меня не ведёшься?

— Да просто так!

— Не верю!

— Отца твоего боюсь! Вот и всё! — выкрикивает, поддавшись моему давлению. — Он мне все гениталии оторвёт за тебя! Вот! Его боюсь! И только!

— И всё? Просто папу боишься? С чего вдруг? — поникаю, потому что ожидала чего-то более весомого и увлекательного, а его просто страх заставил так себя вести.

Скучно!

— Он и мой отец провели со мной беседу о том, что тебя трогать нельзя, — рассказывает парень.

— Виктор знал? — вмешивается Кристина.

— Ну…

— Знал, — сжимаю кулаки от злости. — Вот ведь гамнюк! Играет некрасиво! И нечестно!

— Я тебе так и сказала, Роза! — восклицает Кристина, закатив глаза. — Виктор что-то затеял. Он бы не стал так просто тебе загадывать Мотю. Это же слишком легко. Он всех моих одноклассниц ведь уже… оседлал. А тут добыча сама в его руки. И Мотя отказывается? Что-то здесь не так… твой Виктор — жулик!

— Он жук! Ну, я ему устрою! — трясу кулачками, кинув недоброжелательный взгляд на брата своей подруги.

— Я ещё могу информации подкинуть, если меня развяжут, — испуганно выпаливает.

— Не мечтай, — бросает ему Крис, усмехнувшись. — Ты ещё за сырки не заплатил, брат мой любимый!

— Кристина!

— Ничего не знаю! — кричит ему. — Я предупреждала! Я тебе дала несколько предупреждений и не была услышана. Поэтому мы тебя разок накажем, а потом ты на всю жизнь запомнишь.

— Крис…

— Посидите пока, Матвей Рустамович, и подумайте о своём поведении, — бросает, взяв меня под локоть и уведя на выход с подвала.

— Ты это серьёзно? Пытать будешь? — задаю вопрос, как только мы оказываемся вне поля слышимости Матвея Лапина.

— Нет, конечно! — восклицает. — Я просто новую тоналку купила. А на своей коже проверить боюсь. У нас с Мотей одинаковый тон и чувствительность кожи. Поэтому… я сейчас на нём её испробую, а потом понаблюдаю, не будет ли у него завтра раздражения. Думаю, не