Девушка с плеером - Валентина Назарова

Я замолчала. В наступившей тишине слышалась только психоделическая мелодия из проезжавшего мимо фургона мороженщика.

– Блин, уже четверть двенадцатого! – Возглас Ника разорвал наступившее молчание. – Стю, в половине к нам доставка приедет!

Парни спустились вниз. Сложив грязную посуду в раковину, я последовала за ними.

Присутствовать при открытии паба оказалось не менее волшебно, чем при его закрытии. Это все равно что попасть за кулисы театра. Внизу было темно и пусто. Я ожидала увидеть следы вчерашнего безумия, но кругом царила чистота, а стулья покоились перевернутыми на столах, как в школе после уроков.

– В семь утра сюда приходит уборщица, – пояснил Ник, заметив мой недоуменный взгляд.

Он включил свет и поднял жалюзи. Стюарт отправился на кухню разбирать посудомоечную машину и готовить меню для ланча. Я наблюдала, как Ник спускает стулья на пол, раскладывает на столах подставки под пиво. Потом подошла к музыкальному автомату и, пошарив в карманах, скормила ему пару монеток и приготовилась делать то, что я делаю в любой непонятной ситуации, – слушать музыку.

Status: не прочитано

14:07 24 июня 2015, среда

The Pigeon Detectives – «I Found Out»

Глядя на чистое и такое пустое пространство паба, я с трудом могла поверить в реальность вчерашней ночи. Перед глазами мелькали образы: исполняющий свой шаманский танец с микрофоном Крис, пошатывающаяся Ханна с бокалом красного вина в руке.

В дверь постучали: прибыла доставка. Парень в синем комбинезоне по очереди затащил десять кегов с пивом, Ник открыл дверцу в погреб прямо у входа, и они вдвоем стали ловко закидывать кеги вниз.

– Включи радио, если хочешь, – бросил мне Ник, показывая на маленький приемник в глубине бара.

Я покрутила колесико, и комнату залила томительная сладкая грусть – «Smokers Die Younger» The Red Room. Пританцовывая и подпевая, я прошлась вдоль стойки бара, легонько прикасаясь к поверхности дерева кончиками пальцев. Эта песня заставила меня подумать о Крисе: о его акценте, прикосновениях, вкусе его губ. Меня охватило тревожное томление, я хотела увидеть его снова. Но в ту же секунду вернулось холодное и безжалостное осознание того, что он, вероятнее всего, причастен к тому, что случилось с тобой. Я замерла. Песня закончилась.

– Это был бессмертный хит «Smokers Die Younger» от наших любимцев The Red Room. Их новый сингл будет доступен для скачивания уже в полночь. Но, как мы только что узнали, фанатов из родного города группы сегодня ждет особый сюрприз: автограф-сессия и возможность приобрести диск раньше всех на планете! Следите за эфиром, чтобы узнать время и место, – пропел на одном дыхании в микрофон диджей. Началась реклама.

Услышав объявление, я в три прыжка оказалась на кухне, где нашла Стюарта, разбирающего гигантскую коробку овощей и фруктов.

– Стю, ты знал, что у The Red Room сегодня будет встреча с фанатами?

– Серьезно? – Он распрямился в полный рост, держа в руках сетку с дюжиной лаймов. – Где?

– На радио велели следить за эфиром. Как думаешь, куда они могут пойти?

– Я не знаю. Разумно предположить, что в «Эйч-Эм-Ви» – других музыкальных магазинов у нас тут нет.

– Понятно.

– Я тут подумал: попробуй еще с Беном поговорить. Он же был тогда на Гласто и может что-нибудь рассказать.

– С Беном-барабанщиком? Я не нашла его в Фейсбуке.

– Я порылся на форуме, где сидят суперфанаты, вот его адрес, – он показал мне скриншот. – Скину тебе картинку.

Зная адрес, я легко нашла номер городской линии на сайте «Бритиш телеком».

Набрав нужные цифры, я вслушивалась в гудки: один, другой, третий.

– Алло? – осторожно произнес тихий голос на другом конце провода, будто говоривший находился очень далеко, а не в этом же городе.

– Бен? Привет, меня зовут Ника. Ты был знаком с моей сестрой, Джен, восемь лет назад, – я старалась произносить слова как можно четче и разборчивее.

– Что? С кем знаком?

– Джен, девушка Криса МакКоннелла.

– Которая из девушек Криса МакКоннелла? У него их много.

По голосу казалось, что ему по меньшей мере лет семьдесят.

– Бен, ты помнишь Джен? Русская, миниатюрная, длинные волосы, большие глаза, она тусовалась с вами в две тысячи седьмом.

Последовало долгое молчание. Я решила, что связь оборвалась:

– Бен?

– Да, я ее отлично помню. Только она была моей девушкой, а не Криса.

– Что? Бен, пожалуйста, повтори чуть погромче, мне послышалось…

– Она была моей девушкой, – громко и уверенно произнес мой собеседник. – Что вы от меня хотите?

– Я ее сестра, я ищу ее. Я хотела поговорить с тобой о вашем выступлении на Гластонбери в том году. Что там случилось? Она не вернулась домой с фестиваля.

– Ничего не случилось. Она просто уехала, решила, что ей не место в таком болоте, – было слышно, как он сглотнул. – Мне пора идти, до свидания.

– Бен?

Раздался щелчок, потом тишина. Я нажала повторный набор. Телефон звонил так долго, что я потеряла счет звонкам. Потом представила себе пустую комнату и Бена, смотрящего на трезвонящий аппарат, и повесила трубку.

– Ну что? – спросил Стюарт.

– Он сказал кое-что странное.

– Что? – Стю сдвинул брови.

– Что моя сестра была его девушкой. И что он не хочет разговаривать. И положил трубку.

Глаза Стюарта расширились:

– Ну дела…

– Это далеко? – Я показала Стю адрес.

– Минут пятнадцать на электричке.

Секунду поколебавшись, я решилась:

– Стюарт, я поеду туда. Он что-то знает. А тебя хочу попросить об услуге. Сможешь послушать радио и сообщить мне, как только объявят о времени и месте встречи с фанатами? Если повезет, мне удастся поговорить со всеми участниками группы прямо сегодня. Я уверена, именно они провели ее на фестиваль и должны знать, что там произошло.

– Ладно, – согласился он. – Я бы хотел поехать с тобой, вдруг это опасно, – Стю бросил на меня робкий взгляд.

– Не волнуйся, я буду очень осторожной. Я всегда осторожна.

Он нагнулся и легонько обнял меня. От него приятно пахло кухонными специями и жидкостью для мытья посуды.

Я вышла из паба и поспешила на вокзал.

Едва я успела написать тебе свое предыдущее послание, как поезд уже остановился в крохотной деревушке, где жил Бен. Выйдя на маленькой станции, я решила пройтись. День был нежарким, а свежий воздух помогал справиться с головной болью, вновь сковавшей мозг после тряски в поезде.

Дом Бена я нашла без особого труда. Дуплекс, окруженный садом, находился совсем недалеко от станции. Вторую половину выставили на продажу, о чем говорил знак агентства недвижимости на стене. Окна в половине Бена были занавешены наглухо.

Я постучала, но мне не открыли. Меня терзали подозрения, что хозяин внутри и просто не хочет меня пускать. Я забарабанила в дверь громче, но безрезультатно. Тогда я перешла дорогу, села на бордюр и принялась ждать, когда объявится Бен. Прошло около получаса. Тщетно я пыталась раскопать в Интернете хоть какую-то информацию о барабанщике The Red Room и его прошлом. Я так увлеклась, что чуть не пропустила момент, когда к двери подъехал велосипедист, спешился и достал из рюкзака увесистую связку ключей.

– Бен? – окликнула я.

Велосипедист повернулся ко мне. Это был тот, кого я ждала. На лице его застыло встревоженное выражение.

– Бен, я звонила тебе этим утром. Я Ника, сестра Джен.

– Что вам тут нужно? – спросил он, нервно ища нужный ключ на огромной тяжелой связке.

– Я очень хочу поговорить с тобой. О ней.

– А я не хочу. Мне очень жаль, – он отпер дверь, и она со скрипом отворилась.

Одним прыжком я перелетела через дорогу и оказалась рядом с ним.

– Бен, пожалуйста, я не отниму много времени! – Я пыталась заглянуть ему в глаза. – Впусти меня на пять минут.

Невысокий, очень худой, в затемненных очках, он выглядел куда старше своих тридцати трех. Из-под велошлема торчал длинный хвост седеющих сальных волос.

– Это невозможно, я очень занят, – он проскользнул в щелку и захлопнул дверь прямо у меня перед носом.

– Бен, пожалуйста! – Я барабанила ладонью в дверь. – Я только хочу узнать правду.

– Уходите, или я звоню в полицию, – произнес он прямо из-за двери.

Я уселась на крыльце:

– Давай хотя бы поговорим через дверь, если ты не хочешь пускать меня внутрь.

Он не отвечал. Прошло несколько минут молчания, и я прикинула, что он и правда вполне мог вызвать копов.

– Хорошо, я уйду, – сдалась я наконец. – Но я еще вернусь, слышишь?

Когда я уже сидела в поезде, у меня зазвонил телефон. Это был Стюарт.

– Стю?

– Три часа дня, «Эйч-Эм-Ви» в торговом центре на рыночной площади! – выпалил он в трубку на одном дыхании. – Успеешь?

– Да, должна! Спасибо!

– Как все прошло?

– Он меня не пустил на порог, чего и следовало ожидать. Но теперь я почти уверена в том, что он что-то знает.

– Или он просто сумасшедший. Я прочитал на фанатском форуме, что он хикикомори. Там, кстати, много другого странного дерьма пишут про них. Ты бы почитала как-нибудь.