Девушка по вызову - Анна Данилова

– Случайно познакомилась в электричке…

– С кем, с Орловым?

– Да.

– Так это я у него из-под носа увез тебя сегодня утром? Ничего себе совпаденьице! Значит, пока ты крутишь шуры-муры с ювелиром, я сплю с его женой? Надо же, какая пошлость! И ты ему, конечно же, рассказала о своей горькой доле, обо мне… А про то, что ты убила человека, ты ему ничего не говорила? Постеснялась? А про своих клиентов… про то, как ты их ублажаешь за денежки, как танцуешь перед ними голая…

Эмма вывернулась и наотмашь ударила его по лицу.

– Нервы, я понимаю. – Он силой вытянул ее из машины и ударил по щеке, затем по другой. – У меня тоже нервы. Успокоилась? А теперь садись в машину, и поехали. У нас не так много времени осталось. И попробуй только выкинуть какой-нибудь финт, пощечиной уже не отделаешься…

Когда въехали в город, Эмма схватилась за голову.

– Мне нужен анальгин… У меня голова раскалывается, – сказала она. – Я же не смогу ничего сделать… Давай где-нибудь остановимся, купим болеутоляющее, иначе меня стошнит…

– Да где я тебе в два часа ночи найду анальгин? Ты что, смеешься? Сейчас можно найти только водку, а насчет аптеки я даже и не знаю… Хотя в самом центре есть, наверно, дежурная аптека…

– Мы можем заехать ко мне домой, там в аптечке целая упаковка. Если ты мне не доверяешь, можешь пойти вместе со мной…

У нее действительно сильно разболелась голова, но все же, говоря про анальгин и предлагая Перову заехать к ней домой, Эмма все еще надеялась встретить там Сергея. Если же его там нет и он, как говорит Перов, уехал в Москву, то больше ей надеяться в этом городе не на кого. Но если бы Орлов собирался в Москву, он непременно сказал бы ей об этом, да и Лора бы знала… Неужели она так ошиблась в нем?

Но в предложении, которое ей сделал Перов, была доля правды. Вполне возможно, что Перов и отпустит ее после того, как она поможет ему ограбить квартиру Орлова, поскольку сам наверняка уедет из города, чтобы переждать время и продать драгоценности в другом месте. Но что будет с ней, если ее схватят? И вдруг она поняла, что ей за это НИЧЕГО НЕ БУДЕТ. Что Перову, ослепленному своей идеей ограбить Орлова, даже не пришло в голову то, что Сергей сделает все возможное, чтобы за ограбление отвечал только он! А может, тот факт, что Эмма знакома с Сергеем, наоборот, показался Перову наиболее привлекательным в том смысле, что, даже если Эмму и схватят, она всегда сможет уговорить Сергея не обращаться в милицию?.. В случае же, если им удастся похитить драгоценности без осложнений, Перов получит их и уедет из города, а Эмма, сделав вид, что она к этому ограблению не имеет никакого отношения, приобретет долгожданную свободу.

Когда машина остановилась возле ее дома, она, не помня себя от волнения, вышла из машины и в сопровождении Перова поднялась в свою квартиру. Дверь ей открыл своими ключами Перов, поскольку свои ключи она взять не успела… утром он буквально выволок ее из ванной комнаты и, словно вещь, повез на продажу…

Она хотела зажечь свет, но Перов ударил ее по руке:

– А вот этого не надо делать… Мало ли что… А вдруг твой разлюбезный Орлов следит за твоей квартирой и ждет, когда ты сюда вернешься?

– Но ведь ты сказал, что он уехал в Москву… – Эмма вошла в комнату и первой увидела белеющий на столе листок. Быстро схватила его и спрятала в кармашек шортов.

– Да, кстати, надо бы позвонить… Посвети-ка мне сюда, на телефон, я позвоню в аэропорт…

Пока он набирал номер, Эмма сходила в кухню, нашла в аптечке анальгин и выпила сразу две таблетки. При свете горящей спички она успела прочитать записку Орлова и, когда вернулась в комнату, где Перов уже заканчивал разговор со своей знакомой из аэропорта, едва сдерживалась, чтобы не показать ему слезы радости.

– Спасибо, ты мне очень помогла. Только забудь про этот звонок, хорошо? С меня коробка конфет.

– Ну что, – спросила его Эмма, уверенная в том, что ни в какую Москву Орлов улететь не мог, что он где-то в городе и ищет ее. Хотя московский телефон Ядова, который она прочитала в записке, наверняка был оставлен им не случайно.

– А то, Эммочка, что наш с тобой ювелир только что заказал билет на четырехчасовой рейс на Москву и, вполне вероятно, что он уже на пути в аэропорт. А я-то переживал, что он поедет на поезде… Вот так-то. Ты проглотила свой анальгин? Поехали.

Оказавшись на Крымской, возле дома Орлова – того самого, где она была совсем недавно, когда искала Сергея по последнему адресу, выданному ей в милиции, и где прождала его долгое время, сидя на подоконнике, – Перов, проинструктировав ее, как надо действовать, остался в машине, а она поднялась на третий этаж и замерла перед дверью. Затем достала из кармана ключи и принялась подбирать их к многочисленным замкам, пока не открыла две двери. Вошла в квартиру и заперлась. После чего прошла через прихожую в комнату, окна которой выходили на улицу, противоположную той, где поджидал ее на машине Перов. Третий этаж. Она распахнула окно и посмотрела вниз. Прыгать? Но она переломает себе руки и ноги и останется инвалидом на всю жизнь. Не было поблизости ни пожарной лестницы, ни большого дерева, с помощью которого она могла бы спуститься, чтобы убежать…

Она отошла от окна и осмотрелась. В этой комнате никакого сейфа не было, значит, надо поискать его в других. Эмма ходила из комнаты в комнату, пытаясь рассмотреть при голубоватом свете уличных фонарей каждый встречающийся ей на пути предмет, представляя, как здесь жили Сергей и Лора, пока не наткнулась на металлическую дверь. Она принялась по очереди вставлять ключи в скважину, пока не нашла наконец тот, что искала. Замок щелкнул, дверь открылась, и Эмма поняла, что попала в святая святых – мастерскую Орлова. Здесь было совершенно темно. Пошарив рукой по стене, она включила свет и увидела узкий, но длинный стеллаж с коробками и папками, большой стол с незнакомыми ей инструментами и формами, нечто напоминающее электрическую печь и великое множество толстых проводов, змеящихся по стенам.

Сейф – металлический узкий шкаф – стоял как раз напротив двери. Эмма принялась подбирать и к нему ключи. Она действовала так, словно все, что происходило с ней, было заранее предопределено, словно ее действия были как-то связаны с силами извне. И только потом, когда она спустя несколько часов почувствовала себя наконец в безопасности, ей стал понятен источник ее мыслей и физических сил – ею двигал инстинкт самосохранения…

Открыв дверцу сейфа, она даже не взглянула на стоящие там обтянутые кожей коробки и футляры. Ее интересовали деньги. Она нашла их в довольно большой деревянной шкатулке и, взяв лишь часть, тщательно рассовала по карманам шортов, благо их там было пять. Один, самый большой, был даже украшен массивной розовой кнопкой. Заперев сейф и понимая, что уже светает и что ей надо выбираться из квартиры как можно скорее, иначе соседи могут заметить, как она выходит, Эмма подошла к входной двери и посмотрела в глазок. Но, увидев, что лестничная клетка пуста, даже улыбнулась своим нелепым мыслям: нет, конечно же, Перов не станет рисковать и появляться в подъезде, не такой он дурак… Значит, он по-прежнему ждет ее в машине возле подъезда.

Эмма вышла из квартиры, заперев двери на все замки, подошла к двери лифта и уже коснулась пальцем кнопки вызова, как вдруг передумала и, чтобы не производить лишних звуков, довольно быстро и почти бесшумно поднялась на девятый этаж. Главное для нее сейчас было – выбраться на крышу. Вот она, лифтовая шахта, тихое и мрачное строение, слегка возвышающееся над крышей. Обычная деревянная дверь со шпингалетом. Провозившись с ним несколько минут, поскольку он был основательно проржавлен, она все же справилась, распахнула дверь, и прохладный утренний воздух ударил ей в лицо. Оказавшись на крыше, она побежала в противоположную сторону, туда, где находилась самая последняя лифтовая шахта этого большого девятиэтажного дома, построенного буквой П. Она молила бога только об одном – чтобы в этой шахте дверь была открыта. Но она оказалась заперта изнутри на точно такой же шпингалет. Поискав глазами, Эмма заметила разбросанные под ногами прутья арматуры. Подобрав один из них, она сунула его в щель между дверью и косяком, подцепила шпингалет и одним резким движением вырвала его из трухлявой старой древесины. Через несколько мгновений с девятого этажа она уже вызывала лифт. Спустившись вниз, Эмма остановилась у самого выхода и увидела на противоположной стороне улицы припаркованный возле первого подъезда дома синий «Фольксваген». Убедившись в том, что Перов по-прежнему находится в машине и не может ее видеть, она осторожно, прячась за кустами палисадника, обогнула дом и оказалась на совершенно другой улице. Взглянув на часы, она удивилась: они показывали половину шестого. Неужели она так долго пробыла в квартире Сергея?

Машин было мало, город еще спал. Но ей все же повезло, возле нее притормозил старенький «москвичонок», за рулем которого сидел скромный очкарик-пенсионер.