Будь ты проклят, сводный! (СИ) - Милтон Анна "Anna Milton"

Но мы же выросли.

Мы взрослые люди, черт подери!

Я бы сумела простить его за все. Я бы хотела простить Антона. Если бы он искренне раскаялся.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

ТАША

Год назад

Сегодня все должно пройти идеально.

Хорошо, пусть не совсем идеально, но близко к образцовости. Для меня это крайне важно — завершить уродливую школьную стезю красиво, достойно. И блистать, блистать, блистать! В чудесном, сказочной красоты платье, подаренном Аркадием Валерьевичем, я впервые чувствую себя настоящей принцессой. Я себе нравлюсь, и мне не хочется заползти под кровать, заткнув уши, чтобы не слышать, как дверь в мою комнату пытаются выломать, чтобы выволочь меня и потащить на вечер празднования по случаю выпускного. Сердце подсказывает, что сегодня мне не придется притворяться, улыбаясь одноклассникам. Мы не были дружны, и меня сторонились… Но сегодня они будут смотреть в мою сторону.

Нужно выдохнуть. Все это — почти пройденный путь. Осталось лишь пережить один вечер.

Я не могу наглядеться на собственное отражение, и мама периодически заходит в комнату, чтобы напоминать мне о поджимающем времени. Нам пора выдвигаться, но как отойти от зеркала…

Я безостановочно кручусь на месте, поправляя свой фантастический наряд. То тут разглажу складочку на ткани, то там немного подтяну. Я должна выглядеть безупречно, ведь он пообещал, что мы наконец-то встретимся.

Несколько месяцев назад я познакомилась с Ильей в социальной сети. Влюбленность озарила мою тонущую во мраке и безнадежности душу пронзительно ярким лучом. Невзирая на то, что мы прежде не виделись вживую, нас с Ильей объединяют сотни часов переписок, тонны сообщений и фотографий. Он добрый, смешной, понимающий. В такого невозможно не втрескаться по уши. Кареглазый брюнет с кубиками пресса! Предел мечтаний. И что он нашел в такой неудачнице с лишними килограммами, как я?.. Зажатую, закомплексованную в себе. Хорошо. Я уже без лишних кило, но до сих пор неудачница. Ради того, чтобы влезть в подарок отчима, пришлось устроить недельку интенсивных тренировок и поморить себя голодом. Аркадий Валерьевич предложил перешить платье, но я отказалась. Неподходящая по размеру вещь послужила мощным стимулом, наконец, начать себя менять.

Я мечтаю, чтобы Илья стал моим первым. В идеале, конечно. Может, реальная встреча его все-таки разочарует, и мы расстанемся. От этой мысли неприятный холодок по коже носится. Хочется верить, что мой план по потере невинности воплотится, как и было задумано. Этой ночью. Я и он. Не хочу поступать в универ девственницей. Не хочу дожидаться совершеннолетия, чтобы «все было по правилам». Господи, как будто я единственная на свете семнадцатилетняя девчонка, решившаяся на первый секс!

— Харэ слюни пускать, токолошка. Выглядишь, как идиотка.

Вихреватые мерцающие грезы о встрече с Ильей, приехавшим в Москву из Питера ради меня, стремительно гаснут, как только из-за моей спины доносится гадский голос сводного брата. Вздрогнув, я оборачиваюсь через плечо и складываю на груди руки крест-накрест, инстинктивно прячась от него. Антон глазами режет по мне, точно скальпелем.

— Чего застыла? — лениво и с пренебрежением перекатывая на языке слога, словно во рту вяжет, Курков-младший ослабляет узел галстука. Он их терпеть не может, как и все, что имеет отношение к дресс-коду. — Я говорю, мы задолбались ждать тебя, понятно?

Ну так не жди.

Не приходи туда, где я должна быть счастлива впервые за очень долгое время!

Разумеется, вслух я этого не говорю, иначе притяну к себе беду в виде его глумлений. Я сыта ими по горло. Я сыта по горло Антоном Курковым. Один лишь факт его существования пробуждает во мне необъятное желание провалиться сквозь землю прямо сейчас.

— Ну вот, опять зависла, — раздраженно бормочет сводный и шагает в глубь спальни. — Давай, на выход. Хватит пялиться на себя, красавица ты наша, — вымолвив слово «красавица» с неприкрытым ехидством, нахал берет меня за локоть и волочит в коридор.

Стиснув зубы, я молча шагаю рядом с ним, стараясь дышать ровно и тихо.

Будучи примерной для общественности семьей, мы в полном составе приезжаем на вручение дипломов, а после едем отмечать событие с остальными выпускниками и их родителями в ресторан на берегу пруда с просторной летней террасой, расположенной в природном оазисе. Взрослые забронировали место до позднего вечера, чтобы мы как следует насладились атмосферой.

— Милая, сходи-ка, потанцуй, — мама треплет меня по плечу.

Мы сидим за столиком. Я неосознанно крепче сжимаю в руки телефон. На мой вопрос Илье, где он сейчас, до сих пор нет ответа, а написала я ему уже как час назад. Во вчерашней переписке мы в сотый раз обговорили место и время встречи. Мы должны встретиться здесь.

Я провожу зубами по нижней губе, забыв о слое блеска с малиновым ароматом на ней. Неторопливо обведя освобожденную под танцпол площадку в центре террасы, ощущаю давящую на плечи тоску. Никто не зовет меня танцевать. Если бы Лиза и Марк были здесь, я чувствовала бы себя гораздо увереннее, но они предпочли держаться от этого праздника в стороне. Марк уехал к бабушке и дедушке на дачу, а Лиза сказала, что займется просмотром какого-то марвеловского мини-сериала.

Если Илья не приедет? Вдруг что-то случилось? В последний раз он был в сети три часа назад.

Сердце сжимается от сокрушающей печали. Я столько фантазировала о том, как мы закружимся в медленном танце, позабыв обо всем мире. Этому не суждено сбыться?

Я кладу телефон на столик и тянусь к стакану с водой. От пары крошечных глотков сводит скулы. Натянув на лицо улыбку, поворачиваюсь к маме.

— Почему бы тебе и Аркадию Валерьевичу не потанцевать?

По какому-то магическому стечению обстоятельств отчим, выглядящий роскошно в черном костюме, появляется перед нами и протягивает раскрытую ладонь маме.

— Разрешишь украсть ненадолго эту прекрасную женщину, солнышко? — мужчина подмигивает мне.

— Разумеется, — я в шутку толкаю маму в его объятия.

С легкой грустью проводив их взглядом, я наваливаюсь на спинку стула, запрокидываю голову и гляжу в бездонное звездное небо. Фоном звучит умиротворяющий голос Эда Ширана.

— Бесконечно вечное веселье тебя так и распирает, — вслед за насмешливым тоном Антона перед глазами четко рисуется его расплывшийся в однобокой улыбке рот и сверкающие демоническими искорками глаза. — Звание «Мисс Унылости» по праву принадлежит тебе. Поздравляю.

Молниеносно превратившись в натянутую струну, я делаю рваный глубокий вдох. В ноздри просачивается горько-сладкий алкогольный душок.

— Ты пьян?!

— Моя младшая сестренка окончила школу! Грех не выпить за это.

С трудом шевеля одеревенелыми конечностями, я поднимаюсь со стула, чтобы где-нибудь затеряться, сбежать от Антона. Нужно найти женскую уборную… идеальнее укрытия на данный момент не придумать.

— Потанцуем, Таша, — перехватив мою кисть и потянув назад, сын Аркадия Валерьевича стукается лбом о мой затылок и приглушенно сипит мне в ухо.

— Н-не хочу.

— Разве я спрашивал?

Уверенно переплетает наши пальцы и твердой, быстрой походкой направляется к скудному скоплению танцующих парочек, среди которых наши родители. Я еле поспеваю за ним, семеня на каблучках и отчетливо ощущая на себе удивленные взоры. Некоторые смотрят так, словно впервые меня видят.

Этот танец я должна была разделить с Ильей.

Где же он?!

Я верчу головой, рискуя свернуть шею. Лелею в сердце жалкую надежду на чудо: что Илья появится где-то в толпе, выйдет вперед и избавит меня от присутствия ненавистного индивидуума.

Прекратив движение в самом центре, сводный брат обвивает мою талию, словно сдавливает в тугом кольце, а пальцами второй продолжает удерживать в плену мои. Мне ничего не остается кроме как встретить его горящий дьявольский взор, скользящий по моему перепуганному лицу.