Возрождение Тёмной - Фим Юлия

– Я не могу продолжать бой в таком виде, мне нужно переодеться, – Шэнь уныло вздохнул.

– Брат, не будь посмешищем, – фыркнул Сюй в негодовании, желая продолжить бой.

Император встал со своего места, и все мгновенно умолкли.

– Какой у тебя ранг, Шэнь?

– Благородный четвертый.

– Ты достиг познания Истинного седьмого, – произнес император и повернулся к Советникам. – Я прав?

Советник Ян кивнул.

– Это именно так. Его Огненная плеть отразила десяток мечей Гнева небесного. Это седьмой ранг.

– Верни нас в здание Совета, – повернулся император к Юхэ.

Спустя несколько секунд все уже находились опять в Совете.

– Разве мы не должны довести битву до конца? – с негодованием обратился Сюй к отцу.

– Ты хочешь унизить слабого? Какое благородство в ранении слабых? – голос императора прогрохотал на всю залу. – В империи Чжао есть мудрецы, есть талантливые войны. Все мы советуемся, как сохранить мир и процветание империи! Здесь не место для лести союзникам, – он посмотрел в сторону Ли Ихуана, после чего направил взор на наследного принца, – и не место унижения слабых. За глупые речи с этого дня будут казнить.

Сила императора, Истинного девятого, заполнила собой Здание Совета. Все не могли пошевелиться, чувствуя себя придавленными величием государя.

– Дорогой сын, – император посмотрел на Шэня. – Я не уделял тебе достаточно внимания. Будь теперь полноценным мужем государства.

– Ваш сын и подданный понял, – Чжао Шэнь поклонился. – Ваше повеление всегда благословение. Благодарю, государь-отец.

– Ты сильно продвинулся в своих навыках. За такое полагается награда. Скажи, есть ли пожелание?

– Отец, есть заключенный, Рю Чэн, в императорской тюрьме, вы не отдадите его мне? Он уже искупил свое преступление.

Император нахмурился, но не перебил Шэня, тогда он продолжил.

– Рю Чэн искусен в изготовлении серебряной нити. Будет жаль, если он останется в заключении.

В зале раздались смешки, а некоторые советники и вовсе закатили глаза, с недоумением разглядывая шестого принца. Красивый, и даже талантливый, а толку? Слабоумие явно сильнее его.

Для Шэня же эти смешки заменяли звон победных колоколов. Его окружали глупцы, которые не видели дальше собственного носа.

– Хорошо, – кивнул отец после паузы. – Ты не желаешь награды для себя. Ты благороден. Теперь ты повышен в должности и должен ознакомиться с делами совета.

Шэнь благодарно поклонился.

– Я хочу продемонстрировать вам свое усердие, государь-отец. Я услышал, что в семье Лю была вспышка силы. Я готов проверить, государь-отец.

– Их проверяли несколько раз, – возразил советник Ян. – На территории их имения находится живительный колодец. Иногда он вызывает колебания в силе.

– Разве не наша задача проверить их? – обратился к нему Шэнь. – Не упускать из виду?

Император удовлетворенно кивнул. Миссия была несложная и подходила, чтобы быть первой для шестого принца.

– Хорошо, ты можешь отправиться и проверить семейство Лю. Юхэ, ты отправишься с ним.

Когда они покинули здание совета, Юхэ подошел к Шэню.

– Приходи завтра ко мне, я перенесу нас в город.

Шэнь кивнул. Вот так легко он заполучил приглашение во дворец Чжао Юхэ, одного из немногих, кто не пользовался вышивкой Чжао Шэня.

«Еще бы, ты ведь не думаешь, что я тебе угроза» – подумал Шэнь и склонил голову, улыбаясь.

Чжао Юхэ – единственный сын третьей жены императора, Светлой. Он старше Шэня на десять лет, и, когда они были детьми, пытался издеваться над Шэнем. Причиной тому была зависть, ведь мать Чжао Шэня, будучи обычной женщиной и всего лишь наложницей, была любимицей императора. А Шэнь и его старший брат Чжэнь были любимыми сыновьями. И если Чжэнь, четвертый принц, был не по зубам Юхэ, то маленькому Шэню доставалось изрядно. До какого-то момента: умный и талантливый принц Шэнь довольно скоро обрел силу и начал обходить пакостные уловки Юхэ. И тогда тот внезапно прекратил их. Шэнь думал, что победил…

Но вскоре мать Шэня и Чжэня обвинили в измене империи Чжао. Сыновья умоляли императора пощадить их мать, уверяли, что это неправда, однако он был категоричен.

Куанъинь тогда повернулся к маленькому Шэню и сказал: «Иногда благополучие империи стоит выше любви. Только истинный император может это понять». И на глазах Совета он лично убил мать Шэня, а потом и его брата.

Шэнь засмеялся, наблюдая за этим. И за одну секунду «сошел с ума».

По крайней мере, такой была официальная версия.

Шэня оставили жить во дворце, где были убиты его мать и брат, а в слуги оставили ему только такого же мальчишку, Хэлюя. И с тех пор Шэнь посвятил себя одной цели: стать самым влиятельным человеком империи Чжао.

Словно паук, он начал плести паутину, приобретал союзников в неожиданных местах и готовился к дню, когда сможет открыто противостоять братьям, сестрам и их союзникам.

И теперь для завершения первой стадии плана оставалось лишь несколько штрихов. Заручиться доверием некоей темной. Например, явиться в ее дом с Проверкой и «не найти ее».

– Забери Рю Чэна из тюрьмы, скажи, что к утру должен быть готов наряд, украшенный серебряной нитью. Наряд должен вызывать восхищение.

– Он справится?

– В этом его сила, – кивнул Шэнь.

– А что дальше?

– Дальше ты пронесешь наряд во дворец Юхэ и оставишь среди грязного белья.

– Я понял, господин.

Хэлюй поспешил в сторону тюрьмы, ощущая напряжение от важности миссии, в то время как Чжао Шэнь отправился в свой дворец, насвистывая веселую мелодию. Еще один день притворства дурачком приблизил его к окончательной цели.

– Истинный седьмой Чжао Шэнь, – Хэлюй зашел в дом семейства Лю и посмотрел на господина, застывшего посреди комнаты и рассматривающего стену. – Во дворе никого.

– Хорошо. Здесь тоже.

Они вдвоем вышли из дома и направились прочь из имения Лю. У самого выхода их ждали трясущиеся господин и госпожа Лю. Они внимательно вглядывались в лицо Чжао Шэня, пытаясь угадать его мысли.

– Это все колодец с водицей, – проблеял господин Лю. – У нас нет темных!

– Похоже, это и правда так, – Чжао Шэнь склонил голову. – Что ж, мы должны были проверить…

– Да-да, конечно, Истинный седьмой Чжао Шэнь, мы все понимаем, – закивал господин Лю.

Наконец обмен любезностями был окончен, и Чжао Шэнь с Хэлюем смогли покинуть семейство Лю. Тогда Хэлюй в нетерпении повернулся к господину.

– Она была там?

Шэнь кивнул.

– Впечатляющая энергия чистого хаоса.

– Думаете, она особенная?

Чжао Шэнь пожал плечами.

– Она была напугана как обычная темная. Рано что-то говорить.

Однако Шэнь почувствовал, как внутренняя энергия темной неистово кипит. Ее сила искала цель сквозь внешний хаос, и это делало эту темную особенной: начинающие Светлые с такой же энергией неизменно добивались больших успехов. Волнующе было представить, на что она способна, если возьмет силу под контроль.

– Ее хаос ведет к цели, – поставил заключительную точку в их разговоре Шэнь.

– Разве не то же самое говорил о вас учитель Ян?

Шэнь наклонил голову.

– И правда.

На его губах заиграла легкая улыбка. Время Куанъиня истекло. Последняя песчинка упала – и часы перевернулись. Согласно полученному Шэнем пророчеству – начиналось его время.

Дом семьи Лю горел. Чжао Шэнь и Хэлюй стояли на крыше соседских домов. Шэнь в задумчивости ел сладкие яблоки на палочке, и Хэлюй не мог понять, о чем он думал.

– Должны ли мы вмешаться? – с беспокойством спросил он.

Шэнь посмотрел на Хэлюя, а затем вернул взгляд на полыхающее поместье.

– Пророчество обещало, что темная из семьи Лю поможет занять мне трон. Если я должен постоянно ее спасать, то какой толк от этого пророчества.

– Что, если Чжао Юхэ убьет ее? Убьет вашу маленькую темную?

– Моя маленькая темная не умрет, – произнес он, выделяя то же слова, что и его слуга. – Иначе это уже будет не моя темная, не так ли?