Специалист технической поддержки – 3 - Александр Якубович

— Пройдем на стойку или в ваш кабинет? — прямо спросила молодая чеболька.

— Вам нужна модель на четыре или на шесть литров? — зачем-то спросил мужчина.

— Какая дороже?

— На шесть, — ответил менеджер. — Триста восемьдесят миллионов вон. На четыре литра стоит триста миллионов.

— Значит, беру на шесть, — махнула рукой девушка.

— Тогда прошу в мой кабинет, — опять поклонился совершенно сбитый с толку менеджер. Обычно женщины интересовались чем-то более спортивным или агрессивным. Майбах — это солидный мужской автомобиль, в чем-то степенный и очевидно не дамский. — Сейчас оформим все необходимые документы.

Меньше, чем через час, все формальности были улажены. Подтверждение от банка пришло почти мгновенно, как и деньги за автомобиль. Все, до последней воны единым платежом с отдельного счета.

Удивленный и обескураженный, менеджер наблюдал за тем, как охранник двух дам садится за руль, а выбранный девушкой автомобиль выезжает прямо из шоурума на парковку и встраивается в колонну из еще трех автомобилей. Сами же покупательницы без вопросов усаживаются под присмотром охраны на заднее сидение Роллс Ройс «Фантом». Минута — и от всей колонны не осталось и следа. Машина была продана.

Наверное, сейчас менеджер одного из многочисленных автосалонов немецких авто в Сеуле наблюдал за самым быстрым выбором и продажей автомобиля премиум-класса в его практике. Да и вообще, в практике всего корейского офиса. Он даже подумать не успел предложить страховку или дополнительные функции, которые предлагают всем клиентам. Но, как справедливо подумал Жан, этим покупательницам они были ни к чему.

Глава 9

Накануне перед экзаменом в государственной инспекции я вломился на сервер, который установили специалисты Мун Джина. То, как Пак Хи Шунь заявился на наш порог, говорило только об одном — остановить подобного человека охрана не способна. А если они не могут остановить человека в костюме, то как же они будут действовать против вооруженных специалистов?

Моя паранойя, разогнанная ночным временем суток и третьей чашкой крепкого зернового кофе, твердила, что защита моей тушки — исключительно моя забота. А значит, мне нужно вернуть полный контроль над камерами и системами этого здания.

Мои опасения, что на сервере будет установлена какая-то серьезная система удаленного мониторинга и анализа трафика не оправдались. Серверный бэк выглядел хоть и эффективно, но довольно просто, а доступ к системе осуществлялся спецами Мун Джина через удаленную консоль. Так что пока никто намеренно не будет искать следы моего присутствия, меня и не обнаружат.

Раньше я забирал информацию прямо с сервера, который стоял в соседней комнате, но чтобы не создавать излишней сетевой активности, которая могла привлечь внимание, пришлось использовать таймауты, что привело к серьезной задержке. Не знаю, то ли я ошибся запятой в коде, и получил такую конскую задержку, то ли причиной стало еще что-то, но на этот раз я решил зайти с другой стороны. Ведь информацию от системы распознавания лиц на камерах получал и центральный офис, а значит, сервер стучался через интернет на внешние адреса. Тут-то я и поработаю.

Определив, как выглядит видеопоток, который отправлялся по выделенному каналу в офис охранной фирмы, я провел небольшую MitM-атаку и вклинился в поток трафика на уровне одного из общедомовых маршрутизаторов; выделенную линию связи к серверу никто не тянул, здраво рассудив, что все здание и так принадлежит Пак Сумин. Благо, никакого end-to-end шифрования тут не использовалось, хотя я еще и удивился, почему к шифрованию трафика отнеслись настолько халатно. Но, как это часто бывает в закрытых проприетарных решениях, разработчики просто не предусмотрели возможность того, что эта информация вообще может кому-нибудь понадобиться. Я не вмешивался в работу самого сервера и системы, не пытался отправлять фальшивые команды или проводить какие-либо прочие инъекции. Я просто тихонечко дублировал весь поток трафика, который отдавал сервер на внешку, и перенаправлял все это на свои удаленные виртуальные машины. В общем-то, это даже не касалось уровня защиты системы — я вламывался в местную локальную сеть, а не атаковал сам сервер. Дальше в дело уже пошел мой старый скрипт с оповещениями через мессенджер, который я немного доработал, так как типов срабатываний у системы распознавания лиц стало больше, а кадров, наоборот, стало меньше.

Конечно, хотелось все это дело протестировать, узнать, как быстро я буду получать оповещения на этот раз. Но выходить в маске или с большой коробкой в руках в коридор и маршировать перед ночной охраной — так себе затея. Придется дождаться утра и держать при себе смартфон, терпеливо отсчитывая секунды с момента появления в поле видимости камер.

Еще одно дело, которому я уделил внимание — отмывка биткоинов. То, что я поленился сделать это раньше, задержало меня в Сеуле, и в итоге я остался с годзиллой, но теперь ситуация стала накаляться и если придется рвать когти, то в заначке стоит иметь что-то большее, чем четыре зарплаты ассистента руководителя службы технической поддержки. Думал ли я о том, что мне придется вытаскивать не только себя, но и Пак Сумин из Сеула? Конечно же, думал. Проблема была в старике Пак Ки Хуне, который буквально запер меня в этой стране. Я не сомневался, что напротив моих документов загорится галочка не выездного гражданина по причине долговых обязательств или еще по какой-нибудь сфабрикованной чепухе. Но никто не отменял бегство нелегалом. Если выбор будет стоять между жизнью в разваливающемся бунгало где-нибудь на задворках Пхукета, куда меня привезет жадный до денег рыбак, или пропиской ниже двух метров от уровня земли, то я выбираю первое. Но для подобных маневров надо запастись достаточным количеством налички. В первую очередь — стоит поискать брокеров, которые переправляют лодками северян из Китая в тот же Таиланд, где беглецы уже обращаются в южнокорейское посольство. Думаю, стоимость вывоза человека из Кореи будет стоить примерно столько же, максимум вдвое дороже. Это, по моим предварительным прикидкам, тысяч пятнадцать долларов на человека, может, двадцать. Итого мне надо запасти сорок тысяч наличностью чтобы сбежать самому и вытащить из потенциальной мясорубки еще и Пак Сумин.

В какой-то момент меня посетила мысль, а согласится ли годзилла вообще бежать из страны? Вся ее предыдущая жизнь