Женщины, изменившие мир - Дарина Григорова

Вообще-то у Елизаветы не было особых причин любить сына Джейн Сеймур, который закрывал ей дорогу к трону. Правда, сама королева Джейн обращалась с девочкой ласково, но вскоре после рождения сына она умерла. Генрих женился еще три раза. С Анной Клевской он попросту развелся, а юную Кейт Говард повелел казнить за измену. Гибель молодой королевы потрясла девятилетнюю Елизавету едва ли не больше, чем смерть матери. Именно в этом возрасте у будущей королевы сформировалось стойкое неприятие брака. Шестая и последняя супруга отца Екатерина Парр твердо решила относиться к королевским отпрыскам, как к своим детям. Именно по ее просьбе Елизавета, Мария и Эдуард обосновались в королевском дворце. Старшая сестра ликовала — для нее это было приближением к желанной власти. А Елизавета тосковала по зеленым лугам и лесам Хэтфилда, по своей Кэт и по товарищу детских игр — Роберту Дадли, сыну одного из приближенных Генриха. Только с ним нелюдимая принцесса была откровенна и однажды сказала, что, насмотревшись на печальную участь отцовских жен, решила никогда не выходить замуж.

Елизавета очень рано начала проявлять свои природные способности — в десятилетнем возрасте она неплохо говорила по-гречески, по-итальянски и по-французски. Ее латынь была безупречна — на этом языке принцесса не только читала сочинения римских историков, но и писала пространные письма своей мачехе — Екатерине Парр. Ее таланты произвели впечатление даже на королевского антиквара Джона Лиланда.

Хотя Елизавета по-прежнему считалась незаконнорожденной, ее воспитанием занимались лучшие преподаватели Кембриджа. Это были молодые, свободомыслящие ученые, приверженцы Ренессанса. Со временем к Елизавете присоединился ее младший брат Эдуард. Именно в 1543–1547 годах в королевском семействе установилась относительно спокойная атмосфера — Генрих был вполне счастлив с Екатериной Парр, у него подрастал принц-наследник, а дочери смирились со своим положением «незаконнорожденных».

28 января 1547 года Елизавете, находившейся в Энфилде, сообщили, что ее отец скончался. В завещании короля говорилось, что престол он оставляет сыну Эдуарду. В случае смерти Эдуарда (при отсутствии наследников) его наследует Мария, затем ее дети, потом Елизавета и ее дети. Последним проявлением монаршей воли Генрих VIII «признал» своих дочерей и дал им надежду если не на корону Англии, то на достойный браке принцем любой европейской страны. После смерти Генриха VIII в положении Елизаветы многое изменилось. Оставив дворец брату, она вместе с Марией переехала в особняк королевы в Челси, где вскоре появился новый хозяин — Екатерина Парр вышла замуж за адмирала Томаса Сеймура, родного дядю по матери Эдуарда VI. Однако Сеймур был крайне честолюбив — ему было мало близости клана Сеймуров к трону, ему хотелось большего. Существует версия, что Томас Сеймур желал со временем жениться на принцессе Елизавете, а пока она была совсем юной, принялся за ней ухаживать. По утрам он врывался к Елизавете в спальню и принимался тормошить и щекотать юную принцессу, нимало не стесняясь присутствия служанок и верной Кэт. Екатерина Парр, видя такое поведение мужа, несмотря на почти материнскую любовь к своей падчерице, все же отослала ее в Хартфордшир, в поместье Чешант. Там Елизавета продолжила свои занятия с опытным учителем Роджером Эшамом. Обладавшего энциклопедическими знаниями Эшама Елизавета боготворила потом всю жизнь.

Но за два дня до пятнадцатилетия Елизаветы Екатерина Парр умерла от родов. По Лондону разнеслись слухи, что адмирал, амбиции которого продолжали расти, вот-вот посватается к Елизавете, и даже Кэт считала это хорошей идеей. Однако многие думали, что Сеймур уже соблазнил принцессу, и именно это ускорило смерть его супруги.

Между тем Елизавета все сильнее укреплялась в своем отвращении к браку. Этому способствовало поведение Сеймура, который теперь лицемерно лил слезы над гробом жены, прибрав к рукам ее немалое состояние. Адмирал не скрывал своих притязаний на власть, и Елизавета жила в постоянном страхе: она боялась, что он просто вынудит ее выйти за него замуж. Конец наступил в марте 1549-го — Томас Сеймур был арестован и спустя неделю казнен. Елизавету тоже допрашивали на предмет участия в заговоре, но быстро оправдали.

После смерти короля лорд-протектор Джон Дадли возвел на престол юную Джейн Грей — правнучку Генриха VII. В стране началась смута. В результате вооруженного конфликта между сторонниками Джейн I — «королевы девяти дней» — и приверженцами принцессы Марии победили последние. Елизавета предусмотрительно осталась в Хэтфилде — ее предупредил об опасности лорд Уильям Сесил, секретарь Совета. Время Елизаветы еще не пришло. На престоле оказалась ревностная католичка Мария I.

С первых же дней правления Мария принялась активно действовать — ее главной задачей стало возвращение Англии в лоно католической церкви. Большинство населения Англии оставались католиками, но узкая прослойка дворян-протестантов, выдвинувшихся при Генрихе и Эдуарде, имела непропорционально сильное влияние в обществе.

В январе 1554 года протестант Томас Уайетт поднял восстание в Кенте, чтобы не допустить заключения брака между Марией и Филиппом. Вероятно, настоящей целью заговорщиков была передача короны Елизавете, однако следователи Марии не смогли выбить из пленных мятежников каких-либо свидетельств против ее сестры. Мария заточила Елизавету в Тауэр, но по требованию Тайного Совета сохранила ей жизнь.

В Англии росло недовольство политикой королевы. Оно стало очевидным после того, как летом 1554 года в Лондон прибыл Филипп Испанский — будущий супруг Марии. В преддверии своей свадьбы королева освободила свою сестру из Тауэра. На ее решение повлияло то, что Томас Уайтт перед казнью поклялся, что «миледи Елизавета никогда не знала о заговоре…» Принцессу сослали в захолустный Вудсток. В тамошнем сыром климате ее стали донимать болезни: лицо покрылось фурункулами, внезапные приступы гнева сменялись слезами. Кое-как пережив зиму, она вернулась в столицу — Филипп Испанский, ставший мужем Марии, решил безопасности ради держать Елизавету поближе ко двору. Ее опасались, но вместе с тем она была единственной наследницей престола — брак Марии и Филиппа оказался бездетным.

Скоро Елизавета перебралась в любимый Хэтфилд, где вокруг нее стали собираться друзья — Кэт Эшли, казначей Перри, учитель Роджер Эшем. Все больше придворных и церковников приезжали сюда, покидая королевский дворец, где хозяйничали испанцы. К осени 1558-го, когда здоровье Марии резко ухудшилось, путь ее сестры к трону преграждали лишь два человека. Одним был Филипп Испанский. Другим — Реджинальд Поул, кардинал и архиепископ Кентерберийский, который был убежденным католиком и пользовался большим влиянием при дворе. Однако судьба продолжала хранить Елизавету: 16 ноября, когда Мария испустила последний вздох, Филипп оказался в Испании, а кардинал Поул сам лежал при смерти.