Мир богов. Книга 2 (СИ) - Борисова Светлана Александровна

— Привет, Ирка! — донёсся голос подруги, хрипловатый спросонья. — Чего звонишь ни свет ни заря?

Я вздохнула.

— У меня для тебя не слишком приятные новости.

В трубке прозвучало характерное фырканье.

— Ты же знаешь, я не из пугливых. Давай выкладывай! Нечего тянуть кота за я…, то есть за хвост. Как говорит Серый, раньше сядем — раньше выйдем.

— О нём и речь. Я ухожу на Фандору и тебе, как моему паладину, тоже придётся прогуляться в страну магии и волшебства.

— Слушай, если ты так прикалываешься… — Кэт замолчала, видимо, осознала, что я не шучу. — Ирк, ты это серьёзно?

— Серьёзней некуда. Прости.

— Что-то случилось?

— Да, случилось. Ради безопасности семьи я вынуждена уйти.

— Сколько у меня времени на сборы? — спросила Кэт напряжённым голосом.

Я выразительно глянула на двойняшку, и та вытащила из сумки фигурку. Синяя трёхглазая кракозябра что-то задушено пискнула, и она сообщила, что у нас час на всё про всё.

— У тебя полчаса, от силы час, — сказала я в трубку. — Успеешь?

— Постараюсь, — последовал сухой ответ и раздался сигнал отбоя.

Понятно, Кэт злится, и я её понимаю; если бы меня выдернули из семьи и поволокли чёрт знает куда, я бы тоже рвала и метала. Хорошо, что у них с Пименовым ещё нет детей.

Пока я разговаривала с Кэт, Алекс куда-то исчез, и я снова взяла в руки айфон, который было положила на стол. На Фандоре мобильник мне без надобности, там другие средства связи. Например, у мамы и миссис Фьюстер мобильники модели «Свет мой зеркальце, скажи да всю правду доложи», а у Лиланда Бона ту же роль исполняет хрустальный шар; правда, он размером с тележное колесо, так что его не особо потаскаешь с собой, но есть миниатюрные модели, только у них недоработана передача изображения, слишком велики искажения… Чёрт! Чего-то я занервничала. Может, я зря паникую и Тонанцин ничего мне не сделает?.. А вдруг сделает и не мне, а детям и Алексу? Нет, нужно уходить, пока не поздно.

— Алекс! Где тебя носит? — рявкнула я, готовая прибить двойняшку, которая, лёжа на диване, с ленивым любопытством наблюдала за нашими сборами.

— Не ори, сейчас буду, — заявил муженёк и тут же отключился.

Минут через десять Алекс появился, да не один, а с магазинной тележкой. Судя по следам на паркете, в ней лежало что-то очень тяжёлое.

Золото? Господи, только его нам не хватало!

— Даже не заикайся! — предупредил Алекс и вытащил широкий кожаный пояс, похожий на корсет. — Ну как? — спросил он, когда килограмм двадцать золота отяготило мою талию.

Я прошлась из угла в угол.

— Если меня убьют из-за твоей жадности, готовься к еженощной встрече со злобным привидением.

— Нет, чтобы порадоваться, какой у тебя предусмотрительный муж, — проворчал Алекс и, вручив мне меч и кинжал, подошёл к двойняшке. — Подъём, свояченица! Раз мы тебе нужны, изволь помочь нам с перевозкой капитала. Ну, я кому сказал?

Алконост фыркнула, но всё же встала и даже подняла руки, чтобы Алексу было удобней надевать на неё пояс, набитый золотом.

Самый тяжёлый груз достался Нэхуелю; по моим прикидкам, на него навесили килограмм сто, но он как истинный стоик, даже не шелохнулся. Да, с таким золотым запасом мы точно не будем нищенствовать. Довольный Алекс хлопнул шолоицкуинтли по плечу, и хотел было забрать у него близнецов, но тот попятился от него и зарычал. Естественно, дракон сразу же полез в драку, и я бросилась разнимать парней. После бурных переговоров, во время которых шолоицкуинтли был говорлив, как камень, мы пришли к соглашению, что Алекс понесёт сыновей, а шолоицкуинтли будет нас охранять; я не доверяла богине земли и готовилась к худшему. Что-то мне подсказывало, что стоит нам выйти на улицу и она даст о себе знать.

Помимо меча я вручила шолоицкуинтли пистолет и тот, скептически глянув на него[28], сунул его за пояс с золотом, который был его единственной одеждой. От штанов, позаимствованных из гардероба Алекса, он с презрением отказался. Ну и ладно. С моей стороны это был исключительно жест вежливости: шолоицкуинтли в них просто не влезет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

«Если вы закончили, то нам пора выходить», — сладко потянувшись, сообщила двойняшка.

Пояса с золотом на ней не было, он валялся на диване, и я, видя, что Алекс сейчас поднимет бучу, потянула его за собой. «Угомонись! Она не обязана думать о нашем благополучии. Да и того, что есть, хватит нам за глаза и за уши». Дракон не стал лезть в бутылку, но всё же не преминул заметить, что золота много не бывает. Окончательно он успокоился, когда шолоицкуинтли взял пояс двойняшки и повесил его себе на плечо.

Вооружившись мечом, я первой выскользнула из дома и, стоя на террасе, огляделась по сторонам. Вроде бы нет ничего необычного, и всё же меня не покидало тревожное чувство.

Держа в руке всё ту же синюю кракозябру, двойняшка привела нас к небольшой горке у озера и заявила, что придётся ждать, пока нас не заберут. По дороге было всё спокойно, и я не сказать, что успокоилась, но в душе проклюнулась надежда на благополучный исход.

Увы! Когда мы поднялись на вершину горки, раздался глухой гул, и земля под ногами заходила как норовистая лошадь. Раскисшая под утренним солнцем почва покрылась трещинами и вздыбилась холмиками, которых было особенно много около подножия нашей горки. Когда из нор, рассчитанных на гигантских кротов, полезли какие-то твари, стало окончательно ясно, что предчувствия меня не обманули.

В качестве прощального подарка Тонанцин прислала нам каменных баб. Выбравшись наружу, они взяли нашу горку в кольцо и поползли наверх. Двойняшка посмотрела на необычное войско и повернулась ко мне.

— Этот болван Лиланд Бон говорил, что здесь нет магии. Правда, я не могу её призвать, а ты?

— Пробовала, тоже не получается, — ответила я, наблюдая, как она роется в сумке и один за другим перебирает пузырьки. Судя по тому, что некоторые из них надписаны моим почерком, это добро из запасов Лиланда.

— Может, Тонанцин использует силу Единого?

— Думаю, она сумела поднять каменных баб из-за того, что люди использовали их для поклонения силам земли, и они сохранили в себе остаточный заряд магии, — авторитетно заявил Алекс. Он поставил близнецов на землю и, расстегнув на мне куртку, снял пояс с золотом. — Ты тоже снимай, — сказал он, не глядя шолоицкуинтли, и тот мгновенно освободился от лишнего груза.

— Как думаешь, их надолго хватит? — спросила я и Алекс пожал плечами.

— Кто знает.

Он крутанул меч и бросил через плечо, чтобы я не лезла в драку, а смотрела за детьми. Конечно, его слова пришлись мне не по вкусу, но делать было нечего. Как боец Алекс на порядок превосходит меня, так что выбирать не приходится.

Я посмотрела на шолоицкуинтли и забеспокоилась; мне показалось, что он как-то усох и сгорбатился. Такое ощущение, что он вот-вот превратится в пса. Чёрт, как не вовремя! Ведь я так рассчитывала на него.

— Нэхуель! — окликнула я шолоицкуинтли, и тот вопросительно посмотрел на меня.

— Если ты снова превратишься в пса, пожалуйста, присмотри за мальчиками. Я должна быть уверена, что с ними ничего не случится. Могу я положиться на тебя?

В глубине чёрных глаз мелькнул кровавый огонёк, и шолоицкуинтли согласно кивнул. Вот и славно! Надеюсь, тылы будут надёжно прикрыты и в случае чего мне не придётся воевать на два фронта.

— Ну-ка, дай! — я выхватила у двойняшки сумку и быстро перебрала её содержимое.

Ритрум, аделиз, жед, акора, зум-там, абедор… стоп! Лиланд говорил, что соединение жеда и абедора способно испарить даже камни. Одна беда, я не знаю, в каких пропорциях берутся компоненты и, вообще, как готовить зелье. Ладно, не беда! Я сунула пузырьки в карман. Если припечёт, солью их вместе, а там будь, что будет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Менгиры продолжали приближаться, и тогда у меня возник вопрос, каким образом отбиваться от них, — ведь это были даже не статуи, а грубо отёсанные каменные столбы с едва намеченными анатомическими подробностями мужчины или женщины. Рубить каменных баб мечом, тем более обычным, глупо по определению, только сломаешь клинок и все дела. Похоже, Тонанцин не собирается с нами воевать; ей это не за чем, она просто задавит нас каменными бабами, громоздя их одну на другую. Мы с Алексом переглянулись. Видимо, та же мысль пришла и ему в голову.