Сноходец (СИ) - Воронин Вячеслав

Виктор слишком хорошо помнил, как обрабатывал ее рану во сне. Поэтому он не мог отрицать очевидного, это был след именно от того ранения. Вместо ответа он крепко обнял ее, стараясь не задеть больное место, и попытался успокоить, хотя его самого увиденное привело в неподдельный ужас. Во сне они совсем не в безопасности.

Спустя минуту их нагнали Артур с Еленой. Они переживали за друзей и сходу стали расспрашивать, что случилось. Те не стали рассказывать правду, чтобы не пугать их еще больше. Вместо этого они сослались на внезапную судорогу, из-за которой нога выпала из стремени. Ответ устроил всех и фестиваль продолжился. Однако недолго.

Когда спустя час друзья наслаждались свежими пирожками, приготовленными в настоящей русской печи, Жанне поступил звонок. Она слушала звонившего буквально окаменев, а по окончании звонка пулей бросилась к воротам. Только там Виктор с Артуром смогли ее догнать, а выслушав ее, вызвали такси и, попрощавшись с Еленой, отправились в город.

В больнице их встретил заведующий отделением реанимации. Он провел их в палату, где на койке лежала бабушка Жанны.

— Сердечный приступ, — сочувственно произнес доктор. — Мне жаль. Мы ничего не смогли сделать.

Только через полчаса друзьям удалось вывести рыдающую Жанну из палаты. Обговорив с врачом дальнейшие действия они покинули больницу. Виктор вызвался отвезти подругу домой, а Арчи обещал договориться, чтобы ее не искали в ближайшие дни на работе. От утреннего ощущения праздника не осталось и следа.

Глава 17. Отступление

И вновь, провалившись в сон, Виктор оказался в старом охотничьем домике. Его соратница по-прежнему лежала на кровати в беспамятстве. И не удивительно. После случившегося она никак не могла прийти в себя, как бы он не пытался ее успокоить. И только согласившись принять снотворное, она благополучно уснула.

Рана девушки начала затягиваться, ей стало заметно лучше. Однако очнувшись, Жанна продолжила лежать и апатично смотреть в потолок.

— Нам пора идти, — прошептал мужчина, осторожно выглядывая из окон на остатки войска Барбаса, добивающих его бывших соратников. — Если выдвинемся сейчас, сможем пройти незамеченными.

— Я никуда не пойду.

Неожиданный ответ шокировал молодого волка настолько, что тот отвлекся от наблюдения за врагом, подошел к подруге и сел на краешек кровати.

— Если мы останемся здесь, нас рано или поздно найдут и убьют. Идем!

Та в ответ лишь безвольно махнула рукой.

— Ну так иди, я тебя не держу.

— Да как ты только могла подумать, что я брошу тебя здесь? — Виктор аж вскочил с кровати от возмущения. — Я понимаю, насколько тебе плохо, но это не повод сдаваться.

— Ничего ты не понимаешь!

Жанна резко вскочила на ноги и с ненавистью посмотрела в глаза собеседника, но быстро сдалась, опустилась на пол и, обхватив руками колени, заплакала.

— Мне незачем больше жить. Бабушка была последним близким человеком в моей жизни. У меня никого не осталось. она оставила меня одну. Как и родители тогда. Каким бы хорошим человеком я ни была, чтобы я ни делала. Смерть раз за разом приходит и отбирает у меня самое дорогое! Я устала бороться, это бессмысленно!

Молодой волк взял с кровати одну из шкур, укрыл ею подругу и, опустившись рядом, ласково обнял ее.

— Ты не одна, — тихо произнес он, нежно покачивая Жанну, будто маленькую девочку. — Я с тобой, и я никогда не позволю смерти добраться до тебя. Еще не все потеряно. Ты нужна мне, Арчи, Яшке. Ты никогда не останешься одна.

Неясно, что подействовало больше,

его слова или по-отечески крепкие объятья, но девушка стала приходить в норму и слегка кивать в ответ на слова друга.

— Уверен, твои родители и бабушка не хотели бы, чтобы ты сдалась, — тихо продолжил он. — Они всегда верили в тебя и желали тебе самого лучшего. Они не бросали тебя, просто так вышло. Но они всегда с тобой в твоем сердце. Будь сильной ради них. И ради себя. А мы тебе в этом поможем.

— Спасибо, — еле слышно прошептала Жанна и, опираясь на плечо товарища, поднялась на ноги.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Они бы тобой гордились, — поддержал ее Виктор, вставая следом.

Собрав снаряжение, они двинулись наружу, однако, подходя к двери, услышали поблизости звук шагов и тяжелое дыхание. Это в сочетании с нахлынувшим ощущением холодного ужаса доходчиво давало понять, их обнаружили. Очевидно, врага привлек недавний крик.

Стараясь действовать максимально быстро, молодой волк помог подруге укрыться среди утвари за печью, а сам укрылся под кроватью, стянув часть шкур ближе к краю, чтобы они хоть немного скрыли его присутствие. Приготовив оружие, он всматривался в дверь, готовый атаковать в любой момент.

Не прошло и минуты, как из-под двери в избушку потянулись знакомые струйки тьмы. Вскоре внутрь вошел один из демонических воинов. Увидев его, мужчина так сильно вцепился в рукоять меча, что побелели костяшки пальцев. Только сейчас он смог спокойно рассмотреть это чудовище, издали казавшееся человеком.

Монстр напоминал фигурой невероятно худого, жилистого ссутуленного человека. Явно выделяющиеся кости чередовались с похожими на туго скрученные канаты мышцами. Обсидианово-черная кожа, покрытая местами таким же черным густым мехом, казалась влажной от постоянно сочащейся тьмы. Пальцы венчали огромные острейшие когти. Но сильнее всего отличала это существо от людей голова, представлявшая собой скалящийся мощными клыками звериный череп, туго обтянутый кожей, с парой зияющих провалов на месте глаз.

Монстр медленно обходил помещение, заглядывая в каждый угол. Подойдя к кровати, он остановился и с шумом втянул воздух. Опустившись на одно колено, тварь начала сдвигать шкуры, что заставило мужчину сильнее отпрянуть от края. Так и не заметив его, чудовище выпустило из ноздрей облако тьмы, выпрямилось и, продолжая принюхиваться, двинулось дальше.

“Неужели оно чувствует страх?” — мелькнула в голове Виктора неожиданная мысль. Но развивать ее времени не было. Вновь приблизившись к краю своего укрытия, он увидел, как ведомый нюхом монстр вплотную подошел к укрытию Жанны.

Как только чудище одним движением вырвала кричащую и извивающуюся девушку из-под груды хлама, его костлявую грудь насквозь пронзило лезвие меча. Но удар не был смертельным. Небрежно отбросив свою жертву, тварь развернулась к нападавшему, резким ударом лапы отбросила того к стене и нависла над ним, готовая порвать обидчика в клочья. Молодой волк уже успел проститься с жизнью, когда за секунду до его гибели на голову монстра со всей силы опустился меч, вырванный из его же спины. Издав душераздирающий вопль, чудовище с пробитым черепом всем весом упало на свою жертву.

— Спасибо, — прохрипел тот Виктор, с трудом выбираясь из под черной туши. — Я уже решил, что мне конец.

— Не дождешься! — расхохоталась девушка, закидывая покрытый черной кровью меч на плечо в победной позе. — Я больше не позволю смерти забирать моих близких!

— Рад это слышать, — рассмеялся в ответ ее друг. — Так держать! Давай выбираться отсюда.

Пробираясь через заросли в сторону города, они услышали поблизости звуки битвы. Неподалеку от края леса Борислав отбивался от нескольких воинов Барбаса. Его мастерство в обращении с мечом завораживало. Один за другим монстры падали без чувств под сокрушительными ударами, но было видно, что силы стремительно оставляют князя. Когда последний противник пал, Борислав опустился на колени и попробовал привести в чувства лежащего у его ног израненного Родомира.

— Полно тебе лежать на сырой земле, витязь, — пытался он растолкать воина. — Не всех супостатов мы еще одолели!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Но ничего не помогало. Любому было понятно, что с такими ранами жить ему оставалось считанные минуты. Перед своей гибелью бравый стрелец лишь успел, выплевывая кровь, прохрипеть:

— Сзади, княже.

Из последних сил тот обернулся и увидел Ратибора. Тот был невероятно бледен, из глубоких ран по всему телу сочилась черная кровь. Лицо не выражало ни единой эмоции.