Мой тихий ужас (СИ) - Прай Кэрри "Kerry"

– Кто этот парень, сорвавший вчерашнюю лекцию? Бойфренд? – улыбнулся Слава, словно прочитал мои мысли. – Ему явно не по нраву наши беседы.

– Нет-нет, Тихон… – засомневалась я, так и не найдя парню точного определения. За последние месяцы он перебрал множество различных вакансий и не смог устояться в каждой. – Он просто мой знакомый.

– Сомневаюсь, что «просто знакомые» станут тебя караулить.

Не успела я переварить сказанное, как свет фар от жёлтой иномарки ослепил глаза. Двери в дерзкой манере распахнулись, а на дороге показалось три шатающихся силуэта – Тихон, Арс и… Паша. Все они едва держались на ногах.

– Салют! – пропел Райский, преградив нам дорогу. – Извиняюсь, если прервал ваше свидание. Было важным предупредить, что здешние ромашки лучше не рвать. Мой нетерпеливый друг осквернил их на досуге.

Злость заклубилась в висках. Тихон не только посмел сесть пьяным за руль, но и умудрился привести сюда Павла. О испорченной прогулке думать не приходилось.

– У вас проблемы, парни? – спросил Слава в привычной манере психолога.

– Да! – рявкнул Паша, ища поддержки в воздухе. В свете фонаря он выглядел более омерзительным. – Благодаря ей меня бросила девушка!

– Она оставила тренировки, – поддержал его Тихон, неуместно топнув ногой. – Тем самым бросив меня. Вот такая Соня су… сумууверенная.

Осознав всю сложность ситуации, Слава переключился на Арса.

– Полагаю, ты тоже пострадал?

– Ага. Меня через бедро сегодня бросили, – на миг оживился татуированный. – И это принесло мне не меньшую боль. До сих пор стреляет в ключице.

Гнев прошёлся по мне волной тока, что не осталось без внимание Райского.

– И о чём же говорят эти сдвинутые бровки? – хмыкнул он. – Давай, Соня, не держи в себе. Найди смелость на оскорбление. Хотя бы на что-то…

– Да пошёл ты!

– Согласен. Это было смело.

Тем временем Паша приближался к Славе.

– У тебя странный прикид, парень. Все калеки придерживается ущербного стиля? Извиняй, но эта клетка выводит из равновесия.

– Ты говоришь о боях, или я что-то не догоняю? – икнув, вставил Арс.

Предугадав их замысел, я поддалась вперёд, наехав Тихону на ногу.

– Что за дела? – процедила я сквозь зубы. – Тебе до конца голову отбили?

– А на что это похоже? – криво улыбнулся он.

– Всё просто. Ты отравляешь мою жизнь.

Устало выдохнув, Райский покачал головой.

– И вот ты снова ничего не поняла…

3.3

Тогда ты вернул меня домой, испортив один из прекраснейших вечеров, так и не найдя времени на объяснение. Попросту не посчитал это нужным.

Зарываюсь пальцами в волосы, проявляя в памяти каждую затуманенную минуту того дня. Я приревновал Софию к себялюбивому психологу, но не нашёл смелости ей в этом признаться. По правде мне самому с трудом в это верилось.

Ты снова сделал мне больно…

И причина тому не внезапная встреча, полная кривляний и унизительных фразочек, а твоя напускная дружба с Павлом. С тем человеком, которого я всем сердцем ненавидела, и ты прекрасно об этом знал.

Меня бросает в холодный пот от несправедливых обвинений. Если бы я только знал, что на самом деле творил Паша, то уже тогда бы лишил мерзавца зубов. Моих скудных познаний хватило, чтобы посчитать его товарищем по несчастью.

Только сейчас я понимаю, как сильно ошибался и до чего же глупо себя вёл.

Это стало одной из причин моего недоверия. Каждый раз, когда я делала шаг навстречу, ты заставлял отступить назад, возвращая наши отношения на прежний уровень. Так чего же ты боялся, Тихон?

Боялся того парня, кем я медленно становился после каждой новой встречи с тобой. Боялся этой уничтожительной слабости, которая делала меня уязвимым. Боялся подпустить тебя ближе чем следовало, а потом страдать и корить себя за неоправданные надежды. И всё чего я так боялся пророчески свершилось.

Ты сбежала, захватив с собой частичку сердца, как когда-то это сделала мать. Ещё немного, и я полностью охладею к этому миру.

– Только не говори мне, что провёл за письмом Софии всю ночь? – сострадательно стонет друг. – Лучше бы тебе углубиться в сказки Андерсона.

Захлопнув ноутбук, разворачиваюсь на стуле и пристально смотрю на Арса, которого приволок домой прошлой ночью. Птицын здорово напился и неустанно бормотал о Павле, поэтому я не мог его отпустить, не узнав пикантных подробностей.

– У тебя несколько минут, чтобы привести себя в порядок и прополоскать глотку, – мой голос звучит слегка угрожающе. – Ты доставишь меня к Павлу.

– А как же завтрак? – притворно возмущается друг. – Обожаю омлет Нелли. Кстати, о разбитых яйцах… Она простила тебя за Софию?

– Я разобью тебе морду, если проведёшь в моей кровати ещё секунду.

– Наверняка ты гордишься этим, ибо никто не подогреет эту койку будучи в сознании. Ты просто мной воспользовался! Ненавижу тебя!

– Взаимно, – улыбаюсь я, а после нарочито смотрю на часы. – Ох, что же это? Секунда прошла, а значит…

Подрываюсь на друга с несерьёзными кулаками. Дабы не испытывать судьбу, Арс выныривает из-под одеяла и скрывается за дверью.

Ему хватает получаса, чтобы привести себя в порядок. И вот мы медленно ползём по трассе, высматривая из окна автомобиля обшарпанную пятиэтажку.

– Откуда ты знаешь его адрес? – интересуюсь с тенью подозрения.

– Забыл? Мы сами подвозили его домой, когда пытались насолить Софии, а в итоге сами замариновались в стельку.

– Не припомню такого.

– Конечно, ведь ты знатно надрался. От дохлого воробья было пользы больше, чем от твоей пропахшей туши.

– Я рад, что ты преуспеваешь в сравнениях, но, будь добр, придержать своё красноречие для Паши. Полагаю, он так просто не расколется.

Оказавшись у нужной двери, я силой давлю на звонок, и после длительного игнора пускаю в ход ноги. Такая явная настырность не остаётся незамеченной – Павел неохотно покидает шаткую крепость.

– Чего вам? – бросает он дерзко, будто ожидал наш приход.

– Пылесос не желаете? – отшучивается Арс, зная наперёд, чем закончится эта встреча. – Ещё есть кухонный комбайн, но он немного барахлит. Мы народ нежадный и всегда предоставляем клиентам скидку. Демонстрация нужна?

Павел хмурится и переводит на меня недоумевающий взгляд.

– Снова накачались?

– Да, но только в зале, – я хватаю его за грудки, тем самым выставив парня в подъезд. – А теперь говори, где сейчас Соня, и я не побью тебя за домогательства к ней… Не так сильно, как бы мне хотелось.

– Рекомендую купить электро-тёрку, иначе он не отвяжется!

Разозлившись, Павел отталкивает меня. Он не выглядит растерянным, напротив, вступает в бессмысленную полемику и даже смеет хамить:

– Какая, к чёрту, Соня?! Я не знаю, где она и мне откровенно плевать!

Его слова провоцируют, вынуждают перейти к категорическим действиям, но я стойко держусь. Пока его рот полон зубов, он способен ответить на вопросы внятно.

– То есть, о её нахождении тебе ничего неизвестно? – констатирую я, разминая пальцы рук. – И ты ничем нам не поможешь?

– Не помог, даже если бы что-то знал, – непредусмотрительно заявляет он.

– А как же фартук?! К нему бесплатно прилагается варежка!

Получив красный свет, я наношу профессиональный удар, после чего Павел складывается вдвое и жалобно стонет. Мне приходится согнуться в коленках, чтобы не терять зрительного контакта. В глазах соперника кроется правда, пусть даже в омерзительных и теперь очевидно потерянных.

– Советую тебе передумать и стать более сговорчивым, – нарекаю я, проводя костяшками рук по толстовке. – Мои кулаки так и чешутся… поболтать.

– Говорю же, я ничего не знаю! – дерзит Павел, но уже с меньшим энтузиазмом.

Его крик эхом разноситься по подъезду, и тогда на пороге появляться девушка. Мне хватает взглянуть на волнистые медные пряди, чтобы узнать в ней сестрицу Софии. Она по-прежнему стояла на защите своего скользкого возлюбленного.