'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

Катай пожал плечами.

– Они же отравили реку.

Нэчжа обвил колени руками.

– Салхи говорит, вы довольно долго находились внутри.

Рин кивнула.

– Мы видели Нян. Я хотела тебе рассказать.

Нэчжа удивленно заморгал.

– И как она?

– Мертва, – отрезал Катай. Он так и не оторвал взгляда от солдат на шестах.

Нэчжа посмотрел на него, а потом повернулся к Рин и поднял брови. Рин поняла вопрос и покачала головой.

– Я и не представлял, что придется сражаться с однокурсниками, – пробормотал Нэчжа чуть погодя. – Кого еще мы знаем с севера? Куриль, Арда…

– Мои кузены, – сказал Катай, не поворачиваясь. – Хан. Тоби. Почти весь курс, если они еще живы.

– Нелегко воевать с друзьями, – сказал Нэчжа.

– Еще бы, – буркнул Катай. – Но у них есть выбор. И Нян сама приняла решение. Просто умерла она… совсем не так, как подобает.

Глава 16

Солдаты затихли на закате.

Цзиньчжа приказал сжечь тела – в качестве финала зрелища. Но смотреть на полыхающие трупы менее занимательно, чем слушать вопли, а запах горелого мяса стал таким невыносимым, что солдаты начали потихоньку перебираться с берега обратно на корабли.

– Ладно, повеселились, и будет. – Рин встала и смахнула с одежды крошки. – Пора возвращаться.

– Ты что, собираешься лечь спать? – спросил Катай.

– Здесь я точно не останусь. В этой вонище.

– Не спеши, – сказал Нэчжа. – Ты больше не приписана к «Ласточке». Тебя перевели на «Зимородок».

– Только ее? – спросил Катай.

– Нет, всех вас. Всех цыке. Цзиньчже нужны твои советы по стратегии, и он считает, что цыке могут нанести больше ущерба с борта военного корабля. «Ласточка» не годится для атаки.

Рин посмотрела на «Зимородок», на палубе которого стояли гесперианские солдаты и миссионеры Серой гильдии.

– Да, это неспроста. – Нэчжа прочел по ее хмурому лицу вопрос. – Они хотят за тобой приглядывать.

– Я и так позволяю Петре тискать меня раз в неделю как животное, – сказала Рин. – Я не хочу их видеть даже за обедом.

Нэчжа поднял руки.

– Приказы Цзиньчжи. Ничего не могу поделать.

Рин подозревала, что перевода потребовала и капитан Салхи – из-за неповиновения. Салхи страшно разозлилась, когда цыке пошли на штурм миссии без разрешения, а Бацзы усугубил положение, заявив, что помощь им в любом случае без надобности. Подозрения Рин подтвердились, когда Цзиньчжа двадцать минут распекал цыке, подчеркивая, что они должны подчиняться его приказам, иначе их вышвырнут в Муруй.

– Плевать мне, пусть даже отец думает, что солнце встает из твоей задницы, – сказал он Рин. – Либо вы ведете себя как солдаты, либо вас накажут как дезертиров.

– Вот козел, – буркнула Рин, выходя из его кабинета.

– Чудовищный, – согласился Катай. – На его фоне даже Нэчжа выглядит милым.

– Не стану говорить, что хочу утопить его в Муруе, – сказал Рамса, – хотя я и хочу утопить его в Муруе.

Наступление объединенного республиканского флота развернулось в полную силу. Цзиньчжа взял курс на провинцию Заяц, сельскую житницу, но довольно слабый регион в военном отношении. Прежде чем сразиться с ополчением, они пополнят запасы провизии, срывая фрукты, которые так и просятся в руки.

Если не брать в расчет гесперианцев, путешествие на «Зимородке» было приятней, чем на «Ласточке». По меньшей мере сто шагов в длину от носа до кормы, «Зимородок» был единственным во флоте кораблем-черепахой, с зашитой досками и стальными пластинами верхней палубой, что делало его почти неуязвимым для пушек. Фактически корабль в полноценных латах, и неспроста – ведь на нем плыли Цзиньчжа, адмирал Молкой, почти все главные стратеги флота и большая часть гесперианцев.

«Зимородок» сопровождали три одинаковые галеры, прозванные «Морскими соколами», – военные корабли с прикрепленными по обоим бортам балансирами в форме птичьего крыла. Одну галеру ласково назвали «Чибисом», а вторую «Свиристелью». «Гриф» под командованием Нэчжи шел сразу за «Зимородком».

Еще две галеры охраняли гордость флота, массивные корабли-тараны, названия которым придумал явно человек с дрянным чувством юмора: «Воробей» и «Синица». Огромные и тяжелые, с двумя катапультами и четырьмя рядами арбалетов на каждом.

Флот шел вверх по Мурую, выстроившись фалангой и приноравливаясь к сужающемуся руслу. Мелкие джонки шныряли между военными кораблями либо следовали за ними вереницей, как выводок утят.

Вся прелесть сражений с реки заключена в том, что войска никогда не устанут от долгого похода, подумалось Рин. Нужно только дождаться, когда их высадят в одном из главных городов империи, а все они расположены у реки. Вода необходима для существования городов, как кровь для тела. Так что, если войска хотят захватить империю, нужно лишь плыть по ее главным артериям.

На закате флот достиг города Радан. Это был один из главных экономических центров провинции Заяц, и Цзиньчжа нацелился на город из-за его стратегического положения у слияния двух рек, а кроме того, здесь находилось несколько амбаров со значительными запасами зерна и почти не было военных.

Цзиньчжа приказал начать штурм, не вступая в переговоры.

– Он боится, что они откажутся сдаваться? – спросила Катая Рин.

– Скорее боится, что они сдадутся. Цзиньчжа хочет внушать страх.

– А что, корабли-башни сами по себе нагоняют недостаточно страха?

– Это же блеф. Дело не в Радане, а в следующем сражении. Радан должен послужить примером.

– Чего?

– Того, что случится с теми, кто сопротивляется, – мрачно ответил Катай. – Принесу твой трезубец. Скоро выступаем.

«Зимородок» быстро приближался к речным воротам Радана. Рин подняла подзорную трубу, чтобы получше разглядеть наскоро собранный флот защитников города. Это был смехотворный и жалкий набор устаревших кораблей, главным образом одномачтовых, с парусами из промасленного шелка. Торговые суда или рыбацкие лодки без пушек. Они явно никогда не участвовали в военных действиях.

Цыке могли бы взять город и в одиночку. Им бы точно этого хотелось. Суни и Бацзы часами расхаживали по палубе, горя желанием наконец-то вступить в битву. Эти двое легко бы сломили оборону города. Но Цзиньчжа намеревался использовать для захвата Радана все силы флота. Это была не стратегия, а показуха.

Цзиньчжа шагал по палубе, поглядывая на флот защитников Радана, и зевал, прикрывая рот рукой.

– Адмирал Молкой!

– Да? – склонил голову адмирал.

– Разнесите их в клочья.

Развернувшееся сражение даже трудно было назвать таковым. Не битва, а трагикомедия.

Раданцы пропитывали паруса маслом. Так обычно поступали торговцы, чтобы парус не гнил и не намокал. Но против пиротехники такой подход совершенно не годился.

«Морские соколы» выпустили несколько ракет с драконьими головами, и те взорвались в полете, выпустив стайку мелких бомб, осыпавших флот Радана огненным градом. Паруса тут же вспыхнули. Горящие над жалкой эскадрой полотнища гудели так оглушительно, что невозможно было расслышать другие