Академия на краю гибели - Айзек Азимов

Часть VII

ЗЕМЛЯ

Глава 19

РАДИОАКТИВНА?

85

«Далекая звезда» бесшумно взлетела и покинула слой атмосферы, оставив внизу тёмный силуэт острова. Несколько тусклых пятнышек света померкли и исчезли. По мере того как с высотой нарастала разреженность атмосферы, скорость корабля увеличивалась, а звёзды становились всё многочисленнее и ярче.

Время от времени путешественники поглядывали вниз, на Альфу, которая теперь представляла собой полумесяц, почти целиком окутанный облаками.

— Наверное, у альфиан нет мощной космической техники. Они не смогут преследовать нас, — сказал Пелорат.

— Не сказал бы, что это снимает камень с моей души, — мрачно отозвался Тревайз. — Я заражён.

— Неактивированным штаммом, — уточнила Блисс.

— Штамм может быть активирован. Альфиане знают, как это делать. Знать бы, как?

Блисс пожала плечами:

— Хироко говорила, что вирус в неактивированной форме постепенно погибнет в организме, не привыкшем к нему, — в твоём, например.

— Да? — яростно воскликнул Тревайз. — Откуда ей знать? И потом, если на то пошло, откуда мне знать, не были ли заверения Хироко ложью во спасение? И разве активация не может произойти естественным путем? Кто знает, что способно пробудить дремлющий вирус? Какое-нибудь химическое соединение, воздействие определённого излучения или… или… да мало ли что? Я могу заболеть внезапно, а потом и вы трое тоже умрёте. А если это случится после того, как мы доберёмся до населённой планеты, там вспыхнет ужасная эпидемия, которую беглецы разнесут по всей Галактике.

Он взглянул на Блисс:

— Ты можешь что-нибудь сделать?

Блисс медленно покачала головой:

— Это нелегко. На Гее есть паразиты — микроорганизмы, черви. Эти частицы экологического равновесия живут и вносят свой вклад в планетарное сознание, но никогда не размножаются сверх меры. Их существование не наносит заметного вреда. Беда в том, Тревайз, что вирус, поразивший тебя, не часть Геи.

— Ты сказала «нелегко», — нахмурившись, проговорил Тревайз. — Но раз уж так вышло, может, всё-таки попытаешься сделать это, даже если работа окажется тяжелой? Можешь найти во мне вирус и убить его? Если это не удастся, можешь по крайней мере повысить мою сопротивляемость?

— Ты понимаешь, о чём просишь, Тревайз? С микрофлорой твоего тела я незнакома. Я просто не смогу отличить вирус в клетках твоего тела от здоровых генов. Ещё сложнее будет отличить те вирусы, к которым ты уже привык, от тех, которыми заразила тебя Хироко. Я попробую, Тревайз, но это потребует времени и может ничего не дать.

— Пусть так. Попытайся.

— Хорошо.

— Если Хироко сказала правду, — вмешался Пелорат, — ты, Блисс, может быть, сумеешь найти вирусы, которые уже начали утрачивать жизнеспособность, и сможешь ускорить их гибель.

— Попробую. Это интересная мысль.

— А ты не передумаешь? — сказал Тревайз. — Ведь, убивая вирусы, ты уничтожишь совершенное творение эволюции.

— Опять язвишь, Тревайз? — усмехнулась Блисс. — Но всё равно это правда. Как бы там ни было, ты мне дороже вирусов. Я убью их, если повезёт, не сомневайся. И потом, ведь если я не помогу тебе, — Блисс сжала губы, словно пыталась сдержать улыбку, — то тогда окажутся в опасности Пелорат и Фаллом, а ты мог уже убедиться в моих чувствах к ним. Да я и сама рискую, если на то пошло.

— Маловато я верю в твоё себялюбие, — проворчал Тревайз. — Ты всегда готова отдать жизнь за какую-нибудь высокую идею. Забота о Пелорате — это другое дело. Погоди, я не слышу флейты. С Фаллом всё в порядке?

— Да. Она спит. Самый что ни на есть естественный сон. И я предлагаю, чтобы после того, как ты рассчитаешь Прыжок к звезде, которую мы принимаем за Солнце Земли, мы тоже выспались. Мне это крайне необходимо, да и тебе тоже, Тревайз.

— Да, если смогу заснуть. А знаешь, ты была права.

— В чём, Тревайз?

— В отношении изолятов. Новая Земля не рай, хотя и походила на него. Это гостеприимство — всё, что сперва показалось гостеприимством, — предназначалось для того, чтобы усыпить в нас любые подозрения, а потом одного из нас заразить. А все эти фигли-мигли, все эти праздники им нужны были, чтобы задержать нас на Альфе до возвращения рыбаков, когда появится возможность провести активацию вируса. Так бы оно и вышло, если бы не Фаллом и её музыка. Возможно, ты была права и в этом.

— Насчёт Фаллом?

— Да, я не хотел брать её с нами и не радовался её присутствию на корабле. Это твоя, Блисс, заслуга, что она здесь и именно она — я не шучу — спасла нас. И всё же…

— Всё же что?

— Несмотря на это, я всё ещё ощущаю тревогу оттого, что она на корабле. А почему — не знаю.

— Если тебе от этого станет легче, Тревайз, признаюсь: я не уверена в том, что честь нашего спасения целиком и полностью принадлежит Фаллом. Хироко ухватилась за музыку Фаллом, чтобы оправдаться перед самой собой в том, что другие альфиане наверняка назвали бы изменой. Она могла даже в это поверить, но в её сознании было что-то ещё. Что-то, что я различала с трудом и не могла точно определить; что-то, чего, возможно, она слишком стыдилась, чтобы позволить этому всплыть на поверхность сознания. У меня такое впечатление, что она прониклась искренним чувством к тебе и не хотела, чтобы ты погиб, независимо от Фаллом и её музыки.

— Ты и вправду так думаешь? — улыбнулся Тревайз — впервые со времени отлёта с Альфы.

— Да. Ты, должно быть, обладаешь определённым даром в обращении с женщинами. Ты убедил министершу Лайзалор позволить нам забрать корабль и покинуть Компореллон, ты помог нам спастись своим влиянием на Хироко. Мы все в долгу перед тобой.

Тревайз улыбнулся шире.

— Ну ладно. Если ты так считаешь… Тогда — к Земле, — твёрдо проговорил он и прогулочным шагом отправился в рубку.

Пелорат задержался и спросил:

— Всё-таки ты убаюкала его тревогу, Блисс?

— Нет, Пелорат. Я не прикасалась к его сознанию.

— Наверняка ты это проделала, когда так откровенно польстила его мужскому тщеславию.

— Исключительно косвенно, — улыбнулась Блисс.

— Даже если так, спасибо тебе, Блисс.

86

После Прыжка звезда, которая вполне могла быть земным Солнцем, всё ещё находилась на расстоянии в одну десятую парсека от корабля. Это был теперь самый яркий объект на экране, но всё ещё не более чем звезда.

Тревайз слегка приглушил её свет, чтобы легче было наблюдать, и с мрачным видом разглядывал.