Из Тени (Dragon Age) - Krilena

что, конечно же, придавало его виду ещё большей грозности, статуса и величия, поскольку далеко не все маги, кто просиживает в Магистериуме, следят за собой. Так что если сейчас сравнивать двух магистров старой и новой Империй и не знать, что один из них древний сомниари, то титул «могущественный маг» точно отойдёт не Безумцу.

Безумец не испытывал, какого-то разочарования или ненависти от новой встречи с одним из магистров, о которых он столько на юге наслышался. Об этом человеке он уже знал из записей в дневнике Алексиуса. Этих двух магистров можно было считать политическими противниками. Оба признавали «рогатую угрозу», оба работали на благо страны, только Герион был убеждён, что во все века Тевинтер силён лишь своей магией, и на собрании настаивал на увеличении финансирования Кругов, чтобы повысить общую магическую образованность, воспитать больше сильных магов, тогда как Вирен пренебрежительно относился к научным деятелям, потому что в сражениях свои жизни кладут солдаты, а не эти учёнишки, и настаивал на увеличении армии и её лучшем оснащении.

Учитывая, что в итоге Алексиус бросил все свои силы и внимание на службу Старшему, а потом и вовсе был убит, его проект так и остался лишь на словах.

И пусть Безумцу не нравилась такая солдафонская позиция этого магистра, но он отнёсся к его взгляду хотя бы с пониманием. По мнению хромого мага, Вирен заблуждается, поскольку не армией и флотом одним в своё время Империя завоёвывала континент, но он хотя бы что-то делает в этой затяжной кампании против кунари. Многие же магистры просто заняты обогащением себя и своих семей деньгами, властью и влиянием. Тот же Данариус, как говорил Защитник, экспериментировал исключительно для возвышения над своими коллегами и соперниками. Впрочем, когда Хоук это говорил, Безумец только промолчал. А что ему говорить, начать осуждать? Смешно. Учитывая, что сновидец не считал себя лучше этих «бездельников», потому что занимался исследованиями ради одной цели — получить знания и силу исключительно для себя.

И, казалось бы, раз он уже примерил на себя роль бесправного, по местным правилам, мага, то смиренно опусти голову и просто отвечай на вопросы, чтобы быстрее отпустили. Но Безумец не мог. Да ныне его титул не значил ничего, но отыгрывать раболепие и льстивое подчинение воспитание и магистерская гордость ему не позволила. Хмыкнув, мужчина подумал, что это у него точно от отца: тот тоже даже Верховным Жрецам оказывал только минимальное почтение.

Магистр Вирен же не проявлял того же добродушия к своему собеседнику. Разумеется, он ощущал полное превосходство перед ним и не обязан любезничать. Будь он хоть лаэтан, хоть южный беглец — неважно, поскольку маги альтуса всегда стоят на голову выше всех остальных. Это превосходство подчёркивали и физические качества «Стража»: где он, сильный потомственный маг и не менее профессиональный мечник, и где этот худой и больной книжный червь.

«Против порождений тьмы ему даже магию не приходилось использовать. От одного его вида твари сами со смеху помирали», — усмехнулся однажды мужчина, будучи невысокого мнения о том, кто решил потягаться знаниями с мэтрами Круга. Хотя Вирен и не верил безоговорочно, что перед ним на самом деле Серый Страж, но и сомнений не высказывал, потому что не было у него способа доказать или опровергнуть слова хромого человека. Это надо обращаться к знакомым ему Стражам, которым он верил, но попробуй их ещё найти, ведь не сидится же им на месте. Хотя и правильно, что не сидится, поскольку порождения тьмы сами себя не убьют.

И вот, казалось, если он пришёл к таким выводам, то откинься в кресло и управляй сегодняшним разговором, однако магистру многое так и не давало покоя.

Аристократичную выправку его посетителя не способна скрыть никакая мешковатая одежда. Да и ладно, если бы особенности сновидца заключались только в том, что он способен держать ровную осанку, когда сидит и даже когда ходит, ужасно при этом хромая. Так нет, сейчас гость сидел перед магистром совершенно… спокойным. Вирен, хоть этого, разумеется, не показывал, но на самом деле был удивлён, никак не ожидая подобного. Когда он только услышал о новом учителе от жены и брата, мужчина составил в своей голове образ бесхребетного оборванца. И сейчас этот образ не оправдался. Спокойным в такой ситуации можно быть только в двух случаях: либо когда глупцом не понимаешь всей серьёзности происходящего и недосягаемости человека перед тобой, либо когда всё понимаешь, но ощущаешь собственное полное превосходство и считаешь собеседника едва ли равным себе.

Разумеется, первое объяснение самое правдоподобное, потому что кто в здравом уме, если ты не архонт и не Верховный жрец, будет считать себя выше самого магистра, представителя верхушки правления, мага альтуса, тем более имеющего воинское звание? И Вирен мог простить часть этой «глупости», поскольку людям, далёким от политики, и тем более чужеземцам действительно порой сложно понять всю власть и силу, которой владеют магистры. Мужчина же всё-таки гостя пригласил в кабинет на разговор, а не чтобы слушать очередные лестные оды в свой адрес. Однако посетило Вирена и нехорошее предчувствие, что часть причин такого спокойствия хромого мага относится и ко второму случаю.

Много знать, ещё не значит быть могущественным и опасным магом. Вот таковым лорд-магистр и видел этого самоучку, но признавал, что талант у него всё-таки должен быть, потому что слабый маг бы не прожил до такого вполне почтительного возраста. Но ничего сверхъестественного. Однако Вирен ещё помнил слова жены, тоже сильной магессы, какой странной ощущалась аура хромого человека в роще, в которой, как говорят учёные, близость Тени облегчает восприятие всех магов. Вот и в чём причины? В том, что оборванец заигрался с энтропией или магией духа, и эта «странность» всего лишь след его былых экспериментов и убитых духов? Или всё-таки в том, что его собеседник, непонятного происхождения и образования, может быть равным по силе ему, потомку древнего сновидца, или, немыслимо, даже сильнее? Или ещё в чём-то?

Вирен не мог знать ответ, потому что его отношение к теоретической магии, как и её адептам, весьма скептично, и не имел никакого понятия, что там за следы способна показать Тень. И эта неизвестность его выводила из себя. В итоге злость вылилась в яростный взгляд, которым магистр посмотрел на мага. Однако и сейчас хромой сновидец даже не дёрнулся. Белые глаза человека продолжали просто посматривать на хозяина дома и ждать от него начала допроса.

— Откуда ты родом? — задал наконец-то вопрос Вирен. Конечно же, он уже знал,