Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

как тебе предоставлялась практически неограниченная свобода передвижения. Финн вышел из лифта на этаже, где располагался оплот сенатора Симпсона. Пропустить его было сложно: возле входа в офис стоял флаг Алабамы. Не заходя за стеклянную дверь, он сделал микрокамерой несколько снимков внутреннего устройства помещения, уделив особое внимание молоденькой секретарше. Гарри не упустил из виду и прочие особенности на этом этаже и уже собирался уходить, когда дверь распахнулась и из кабинета вышел сам сенатор в сопровождении немалочисленной свиты.

Роджер Симпсон был высоким — почти шесть футов пять дюймов — и подтянутым мужчиной. Его светлые волосы были тронуты сединой, и в целом от него исходила невозмутимая рассеянность человека, который привык к беспрекословному повиновению и знает, что другие люди будут соблюдать границы его личного пространства.

Двери лифта распахнулись, из кабинки вышла высокая блондинка. Завидев ее, Симпсон улыбнулся и шагнул вперед, на секунду обняв женщину, а та, в свою очередь, клюнула его в щеку, дав Финну понять, что все эти жесты пусты и рассчитаны лишь на показной эффект. Перед ним стояла миссис Симпсон, бывшая «Мисс Алабама» с дипломом от одного из колледжей «Лиги плюща».

Тут рядом с Симпсоном Финн заприметил двух мужчин. Они носили по наушнику, были вооружены и, по-видимому, относились к Секретной службе. Симпсон наверняка принял и другие меры предосторожности, в особенности после безвременной кончины бывших сотрудников «Трех шестерок» и Картера Грея. Впрочем, план Финна и не предусматривал прямую атаку на Симпсона. Единственной проблемой была фотография Рейфилда Соломона. Симпсон должен был узнать, по какой причине его жизнь подошла к концу. Ну да ничего, Финн что-нибудь придумает, не в первый раз.

Не привлекая к себе внимания, он покинул Сенаторский корпус.

Глава 35

Стоун поднялся рано, однако Аннабель уже сидела внизу перед камином, попивая горячий чай. Войдя в комнату, он ей кивнул, затем осмотрелся, ожидая увидеть других постояльцев.

— Здесь только мы, — сухо сказала она. — Завтракать будете?

Они поели в застуженной комнатке рядом с крохотной кухней. Аннабель едва смотрела в тарелку, в то время как Стоун вовсю поглощал яичницу и тосты.

— После вчерашнего звонка от Милтона и Рубена были какие-то весточки? Что-нибудь еще им удалось обнаружить?

— Пока нет, но я уверен, что они будут держать нас в курсе.

Едва он допил кофе, как Аннабель поднялась.

— Готовы?

— Мы едем к тому дому?

— Нет. Его снесли, выстроив взамен какое-то чудовище. Впрочем, ознакомиться с местностью не помешает.

Ее щеки горели лихорадочным румянцем, взгляд гулял. «Уж не заболела ли?» — подумал Стоун.

Словно в ответ на его мысли, Аннабель промолвила:

— Я в порядке. Просто не выспалась.

Полчаса спустя они стояли возле того места, где некогда убили мать Аннабель.

— Ну вот, здесь все и случилось. Точнее, не здесь конкретно, а… Мама жила в маленьком коттедже…

Нынешний дом никак нельзя было назвать маленьким. Он словно сошел с обложки журнала «Архитектурный дайджест»: десять тысяч квадратных футов, черепичная кровля, кокетливые башенки — и вид из окон прямо на океан.

— Как давно коттедж снесли? — спросил Стоун.

— Шесть лет назад. Почти сразу после ее гибели. Земельный участок возле моря однозначно побивает любые истории насчет жестоких убийств.

— Ясно. Итак, как именно вы собираетесь осуществить ваш план?

— Предлагаю прикинуться отцом и дочерью… Вы только не обижайтесь, но пусть все считают, что вы пенсионер и подыскиваете себе приличный дом. Найдем местного риелтора и начнем задавать вопросы.

Аннабель и Стоун шли за невысокой темноволосой женщиной, телосложением напоминавшей пивную бочку, и разглядывали фасад одного из выставленных на продажу коттеджей. Лишь три дома отделяли его от того места, где мать Аннабель по милости Джерри Бэггера получила пулю в голову.

— Ой, папочка, как здесь здорово! — ворковала Аннабель, пока они осматривали большое, но сильно запущенное строение. — Даже не понимаю, почему никто его до сих пор не купил!

— Во-первых, уж слишком он здоровенный. А во-вторых, здесь требуется куча ремонтных работ, — твердо ответил Стоун.

— Ну, папа, — продолжала гнуть свое Аннабель. — Смотри, окна прямо на море. Ты ведь давно мечтал подыскать себе такой домик, только он все никак не попадался… А вид-то какой!

Оливер обернулся к риелторше.

— Я заметил, что на том конце улицы стоит отличный коттедж в прекрасном состоянии. Вы не знаете, они согласятся его продать?

— А, Макинтоши? Да нет, не думаю.

Вмешалась Аннабель:

— Как-как вы сказали? Макинтоши? Что-то знакомое… Знаете, я даже помню ту семью, которая раньше там жила. Ну, знакомство не близкое, конечно, а так… друзья друзей. Хотя однажды я к ним заходила. Мы даже поэтому-то сюда и заехали. До сих помню, как там все уютно выглядело.

— Я здесь очень давно работаю. Вы их имена не припомните?

Аннабель нацепила задумчивую маску.

— То ли Коннор, то ли Конуэй. Хотя нет… Конрой. Точно. Конрой!

— Неужели Тэмми Конрой? — нахмурилась риелторша.

— Пожалуй… да. Теперь вспомнила. Высокая, сухощавая женщина с рыжими волосами.

Лицо толстушки перекосилось.

— Тэмми Конрой, Господи Боже… Вы уверены?

— Да, конечно, а что? — вздернула бровь Аннабель.

— И вы хорошо ее знали?

— Да нет, я же говорю: друзья друзей. А что случилось-то?

— Ну, вы все равно наверняка узнали бы… В общем, несколько лет назад Тэмми Конрой погибла в том маленьком коттедже, который стоял в конце улицы, пока его не снесли.

— Погибла?! — Аннабель вцепилась Стоуну в руку.

Оливер сказал:

— В каком смысле «погибла»? Из-за несчастного случая?

— В том-то и дело, что ее убили. — Женщина поперхнулась и тут же поспешила добавить: — Но с той поры у нас никаких новых убийств не было! Здесь очень безопасный район!

— А убийц поймали? — опасливо поинтересовалась Аннабель.

Риелторша смутилась еще больше.

— Да нет… никого так и не нашли.

Стоун заявил:

— Черт возьми, да этот тип, может, до сих пор там, только поджидает нового шанса. Может, его заклинило на этот район, может, он против него что-то имеет. На свете встречаются вещи куда более странные.

— Нет-нет, вряд ли дело в этом, — запротестовала риелторша. — До той женщины, которую убили, здесь жила одна старушка вдова. Когда она скончалась, ее сын продал дом мистеру Конрою. Я сама и выступала от имени продавца.

— А может, это ее муж сделал? — предположила Аннабель. — В смысле, она была замужем, а сколько мы слышим про преступления на бытовой почве! Ужас!

— Да, муж-то имелся, вот только имени его сразу не вспомню… Но мне кажется, он к моменту убийства сам куда-то делся. Да и полиция по крайней мере никогда не называла