Новый Библейский Комментарий Часть 3 (Новый Завет) - Дональд Карсон

Жизненные обстоятельства, в которых находился Павел в период написания послания

Во время своего тюремного заключения в Риме (ок. 61—62 гг.) Павлу удалось воспользоваться случаем и вернуть обращенного им в веру раба Онисима его хозяину, христианину Филимону, проживавшему в Колоссах (или неподалеку от этого города). В этой деликатной ситуации он счел нужным написать письмо (послание) к Филимону. Павел препоручает и свое послание, и возвращение раба хозяину заботам одного из своих сотрудников — Тихику (Кол. 4:7—9), пользуясь оказией написать и передать послание церкви в Колоссах с предостережением о возможном появлении там ложного учения. Тихик и Онисим могли добраться до Колосс только через море до Эфеса, а затем отправиться на восток по главной римской дороге к Евфрату. Павел сам основал миссионерскую базу в Азии (в 52—55 гг.) в богатом и процветающем городе Эфесе (Деян. 18:19–20:17; 1 Кор. 15:32; 16:8, 19; 2 Кор. 1:18—11), а потому для него было вполне естественным написать письмо эфесской церкви и послать его с Тихиком (ср.: Еф. 6:21,22 и Кол. 4:7–9).

Послание, которое известно нам под названием «Послание к Ефесянам», не было, однако, адресовано прежде всего «находящимся в Ефесе святым» (1:1). В самых ранних рукописях отсутствуют слова «в Ефесе», а в 1:15 и 3:1—3 подразумевается, что Павел и большинство его читателей слышали новости друг о друге, но обычно не более того. Послание также не содержит обычных персональных приветствий, которые следовало бы ожидать в письме, адресованном в Эфес (ср.: Рим. 16; Кол. 4:10–17). Эти особенности позволили многим исследователям предположить, что Еф. было скорее циркулярным посланием церквам всей римской провинции в Малой Азии (включая семь церквей из Отк. 1 — 3). Возможно, следует предпочесть предположение о том, что оно было адресовано церквам, расположенным по пути следования Тихика или вблизи этого пути: из Эфеса в Колоссы, включая Магнесию, Траллы, Иераполис и Лаодикию. (В этом смысле Еф. может быть тем, что в Кол. 4:16 названо посланием из Лаодикии.)

Особенности и цель послания

Большинство необычных мест данного послания можно объяснить нашим пониманием особенностей тогдашней обстановки. Цель послания не в том, чтобы рассмотреть некие аспекты лжеучения в конкретной общине, но духовно поддержать все (главным образом, состоящие из бывших язычников) церкви, расположенные вблизи маршрута следования Тихика. Для Павла открывалась прекрасная возможность прославить Бога, даровавшего людям благодать во Иисусе Христе во исполнение Своих великих замыслов (1:3—14), а также сообщить им о том, как он молится о своих подопечных, ходатайствуя за то, чтобы они могли преисполниться радости, восприняв центральную истину Евангелия и предназначенные для них чудные Его привилегии (1:15 — 2:10; 3:1, 14–21). Вряд ли правильно утверждать, что это послание написано не Павлом, поскольку оно заменяет молитву, в которой Павел обычно преподносит свое учение; истина скорее в том, что данное послание преподносит самую сердцевину Евангелия Павла в форме призыва к богослужению и молитвы–сообщения, или отчета (с отступлениями в 2:11—22 и 3:2—13, где более подробно разъясняется суть его благой вести). Выбор формы богослужения/молитвы для большей части первой половины послания сам по себе придает ему более «возвышенное» и литургическое звучание, которое, естественно, накладывает отпечаток и на другие части послания (и характерно для стиля молитв Павла в других его посланиях). И если Павел только что завершил Кол. и оно еще было при нем, разве не удивительно, что он должен был перестроить его для более широкого круга читателей?

Центральная весть послания

В Еф. представлена ключевая тема, важность которой уже рассматривалась в Кол., — вселенское примирение во Христе (ср.: Еф. 1:9–10, 20–23; 2:10–22 и 3:6 с Кол. 1:19–20). Ветхий Завет подтверждает, что Вселенная была создана единым Богом и все сущее первоначально находилось в гармонии с Ним (ср.: Втор. 6:4, кредо веры евреев, а также Быт. 1). В соответствии с иудейским пониманием, однако, у человека появились иные притязания и исчезло желание добровольно подчиняться Богу, начался процесс противостояния Ему. Люди начали постепенно отдаляться от Него, а затем и друг от друга, что символизировало изгнание Адама и Евы из рая, убийство Авеля и крушение Вавилонской башни. Бог все еще оставался Властелином Вселенной (что подтверждается хроникой событий в Нав. 3:11 и у Иосифа Флавия — Ant.: 14:24), Он контролирует ее целостность, что нашло свое самое яркое выражение в повиновении Израиля единому Богу, в соблюдении единого закона и поклонении в одном храме. «Язычники», однако, были отделены от Бога и от Израиля вследствие того, что поклонялись идолам. И даже Израиль, которому было назначено являть собой единство творения, был охвачен внутренними раздорами и распрями. Израиль сам разделился внутри себя. Корни этого конфликта, что касается иудаизма, лежат в противостоянии сил сатаны Богу.

Люди уповали на то, что в День Господень, когда Бог подчинит Себе все противоборствующие силы и таким образом восстановит гармонию Вселенной, они будут избавлены от всего происходившего в то время. Так, в Зах. 14:9 по этому поводу говорится: «И Господь будет царем над всею землею; в тот день будет Господь един, и имя Его едино». Мессия же есть «Князь мира» (Ис. 9:6), Который умиротворяет даже природу (Ис. 11:1—9; 2 Вар. 73:1). Когда Он придет, все противодействующие силы будут сметены, Израиль будет восстановлен, все народы придут с благоговением преклониться пред единым Богом (Тов. 14:6; Sybylline Oracles 3:808), и они будут поклоняться Ему в одном храме в Иерусалиме (Ис. 2:2–4; 56:6,7; 60 — 62; Мих. 4:1–4; Зах. 8:20–23; 14:16–19; Книга Юбилеев 4:26).

Все это можно назвать вселенским примирением. Еф. учит, что и путь достижения этой цели — во Христе, и ее реализация — тоже в Нем. В Нем было разрушено отчуждение и началось восстановление единства: древнее разделение человечества на евреев и язычников было преодолено (2:10—16); и древнее отчуждение рода человеческого от Бога тоже (2:17,18). Христос начал «наполнять» и воссоединять Вселенную (4:10), принеся в нее мир. Это началось в Нем, а значит, те, кто воссоединен с Ним, т. е. верующие, тоже причастны к этому процессу. Какое величественное значение роли Церкви открывается в этом! Всемирная Церковь иудеев и язычников и есть полнота наполняющего ее Иисуса (1:23); это место, где мир и силы должны увидеть космическое, вселенское примирение, которое свершается ныне (3:6—10). Через единение с Христом Церковь уже составляет единый небесный храм (2:19–21), и более всего мы должны стремиться поддерживать это единство, свидетельствующее о замысле Божьем (4:1—6). Призыв Павла в гл. 4 — 6 рисует путь, который указывает на жизнь, отражающую новое творение Бога — состояние единства, гармонии и мира.

Эта концепция вселенского, космического единения во Христе иногда смешивается с универсализмом (т. е. представлением о том, что Бог в конце концов спасет все сущее, сотворенное Им, включая и враждебные силы). Однако это не так: в 5:6 говорится о грядущем гневе Божьем на тех, кто Ему противится, а 5:5 предостерегает против грехов, которые не позволят грешникам войти в Царство Божье. Речь идет о том, что с Христом воссоединится именно новое творение, но часть старого, непреобразованного мира не найдет своего места в новом творении.

В более поздней литературе Игнатий и Ириней делали акцент на единстве института католической церкви, объединенной под эгидой епископов, старейшин (пресвитеров) и дьяконов. В отличие от этого, Павел постоянно подчеркивает существование единой вселенской Церкви иудеев и язычников, он говорит о ней как о части грядущего небесного храма на определенном историческом этапе, а также о явлении всемирного воссоединения верующих (как будет далее видно в Комментарии). Павел пребывал в заточении именно за стремление и попытки усилить это единство между евреями и язычниками (см. коммент. к 3:13).

Следует отметить также две связанные между собой важные особенности послания: здесь сделан акцент на проявлении сил зла («мироправителей тьмы века сего») (6:12) и на современном спасении. Арнольд (С. Arnold) показал, насколько в Эфесе и близлежащих районах была широко распространена вера в магические силы и страх, связанный с духовными силами. Кол. отчасти было направлено против такого страха (Кол. 1:13,16; 2:8,15,18,20), а потому не удивительно, что в своем Послании к Ефесянам Павел снова затрагивает эту тему. Арнольд показал, что у Павла встречается гораздо больше аллюзий на такие страхи, чем обычно принято считать, и что послание во многом предназначено противодействовать им путем упования на могучую силу во Христе и на верующих, нашедших в Нем единство (см. коммент. к 1:19–23; 2:1–7; 3:9,10,15,16,20; 4:8; 6:10–17).

Некоторые исследователи считают, что в Еф. Павел слишком мало говорит о будущем спасении, вероятно, полагая, что оно уже практически реализовалось во Христе. Фактически же, Павел смещает акценты в зависимости от контекста. Слишком доверчивым христианам в Коринфе он говорит «еще нет»; галатам же, которые слишком подчеркивают важность соблюдения закона как гарантию спасения, он говорит «уже». Кол. и Еф. подчеркивают «уже», чтобы ободрить верующих, которые испытывают страх перед духовными силами Вселенной. Они уже спасены от этих сил, в том смысле, что воссоединились с побеждающим Христом в небесной обители и, следовательно, находятся под Его влиянием и защитой (2:1–9). Верующие ныне получили возможность нанести ответный удар силам зла и делают это, используя мощный плацдарм. Борьба, однако, еще не завершилась (6:10—20), несмотря на то что исход ее предрешен нашим союзом с Христом (ср.: Кол. 3:1—4). Нынешний век — век зла (6:12,13,16), и реальное наше спасение принадлежит грядущему (4:30; ср.: 1:14; 4:13); следовательно, здесь подчеркивается наше понимание «надежды» (1:18).