Фантастика 2025-129 - Денис Старый

Иного выхода нет. Мне придётся рассказать ему правду. Так будет правильно. Тем более, Эитиро Кагами я точно могу доверять. Он — один из тех людей, кто близок мне практически так же, как и лекари из моего ордена.

— Вы знаете⁈ — удивился Эитиро. — Правда? Что с ним, Тендо-сан? Это опасно?

— Успокойтесь, Кагами-сан, — попросил я. — Выдохните. С вашим сыном всё в порядке. Только разговор этот очень длинный. И я считаю, что правду должны узнать вы оба. И вы, и ваша жена.

— Так вы что-то знали? Всё это время знали, что происходит с моим сыном? — напрягся Эитиро.

— А как вы полагаете, почему я изначально предложил вам позволить мне стать ему кем-то вроде крёстного отца? — спросил я.

— Я думал… Это из-за того, что мы с вами — близкие друзья, — пожал плечами Эитиро Кагами.

— Вы немного путаетесь в событиях, — поправил его я. — До рождения Тендо-кун мы были хорошими коллегами. Приходить к вам в гости я стал уже после этого. Потому что это был мой долг — следить за ним.

— Так… — Эитиро выдохнул и потёр указательными пальцами виски. — Кажется, я окончательно во всём запутался.

— Именно поэтому вам сейчас нужно вернуться домой и лечь спать, — предложил я. — Приходите завтра вечером к нам на ужин. Вместе с Мизуру-сан и Тендо-кун. Я расскажу вам всё от начала и до конца. Пусть между нами больше не будет тайн.

— Хорошо, Тендо-сан, — согласился Эитиро. — Я вам верю. Во сколько нам завтра приходить?

— Давайте в восемь вечера, — предложил я. — К тому моменту я уже буду дома. Повторюсь, с вашим сыном всё в порядке. У него — большое будущее. Но предупрежу сразу. То, что я вам расскажу, удивит вас гораздо сильнее, чем излеченная мигрень и неожиданно восстановившаяся собака. Подготовьте свою жену. Поверить моим словам будет трудно.

— Договорились, Тендо-сан, — явно почувствовав облегчение, позволил себе улыбнуться Эитиро. — Простите ещё раз, что побеспокоил вас в столь поздний час.

Мы поклонились друг другу, и Кагами ушёл домой. Я сразу же пошёл спать, поскольку до следующего рабочего дня осталось чуть больше шести часов.

Утро началось с планёрки в здании корпорации «Ямамото-Фарм». Я, Эитиро Кагами, Ритика Банзаль пришли в конференц-зал, поскольку нас вызвал к себе генеральный директор.

Ямамото Ватару выглядел обеспокоенным. И вскоре я понял, в чём дело. Через несколько минут в зал вошёл его отец — Ямамото Мифунэ. Давно я уже не видел этого старика. Наверное, с тех самых пор, как он отработал свой последний день в роли предыдущего генерального директора корпорации.

Все присутствующие резко вскочили из-за стола и низко поклонились старому лидеру главной фармакологической «силы» Японии.

— Рад вас всех видеть, уважаемые коллеги, — сказал Мифунэ и, опираясь на трость, прошёл к креслу, что стояло во главе стола рядом с местом Ямамото Ватару. — Понимаю, что вам может показаться странным моё появление. Я никакого веса в корпорации уже не имею. Всё, что меня с ней связывает, это пакет акций, мой сын и воспоминания. Однако я всё равно очень беспокоюсь за судьбу «Ямамото-Фарм». И дело не в деньгах. Мне заработанного до конца дней точно хватит. Причина моего появления здесь — в вашей разработке.

— Вы хотите обсудить «Онкокура-2»? — спросила профессор Банзаль.

— Я хочу убедиться, что вы не разрушите корпорацию, — прямо сказал он. — Не наступите на те же грабли, что и я.

Старик опустил голову, тяжело вздохнул. Видно, что ему очень тяжело вспоминать произошедшее в прошлом году. Похоже, он до сих пор себя не простил за ту ошибку. Не могу сказать, что именно Мифунэ был виноват в неудаче с «Онкокура-1». Проблема заключалась в постоянных конфликтах между семьями, состоящими в совете директоров, и в насквозь прогнившей верхушке нашей клиники. Но он, как ответственный за этот проект, не стал дожидаться осуждений и уволился самостоятельно, оставив свой пост сыну.

— Профессор Банзаль, признаюсь честно, в прошлом я вам не доверял, — продолжил Ямамото Мифунэ. — Однако после того, как Кацураги-сан посетил Индию и провёл вместе с вами первые тесты антибиотика нового поколения, я убедился, что вы поистине выдающийся фармаколог.

— Благодарю за прямоту, Ямамото-сама, — кивнула она.

Хотя я почувствовал в интонации Ритики сарказм. Но это и неудивительно. В прошлый раз она сильно злилась из-за того, что её труды всё время ставят под сомнение. Однако мы с ней всё же смогли найти общий язык.

— Ваше присутствие в исследовательской группе особенно ценно, Кацураги-сан, — произнёс Ямамото Мифунэ, устремив свой взгляд на меня. — Вы были единственным человеком, который пытался доказать, что «Онкокура-1» может убить пациентов. Именно поэтому я рад, что новым препаратом тоже занимаетесь вы. А теперь расскажите, как продвигаются клинические испытания?

— Отец, я же уже… — прошептал Ватару.

— Я хочу послушать, что скажет Кацураги-сан, — перебил сына Мифунэ.

— Мы уже на финальной стадии, Ямамото-сама, — ответил я. — Препарат действует отлично. Из побочных эффектов только увеличение белка, которое можно решить проведением плазмафереза. Два метастаза уже полностью рассосались. В данный момент Дзараки Коджи переживает постепенный распад первичной опухоли.

— Отлично, — удовлетворённо кивнул Мифунэ. — На плазмаферез деньги будут выделены. Насколько я понимаю, сейчас пациент лежит в вашей клинике?

— Да, но его уже пора переводить сюда — в «Ямамото-Фарм», — сказал я. — Ему потребуется много операций. Придётся обследовать брюшную полость, чтобы исключить возможность кровотечений из тех сосудов, которые оплела опухоль. А также провести пластику позвонков. Необходимо подключить к клиническим испытаниям несколько узких специалистов, если мы хотим, чтобы пациент вышел из клиники не только излеченным от онкологии, но ещё и абсолютно здоровым.

— Кацураги-сан, мы постараемся это решить, но тратить такие суммы… — вмешался в разговор Ватару.

— А что тебя не устраивает? — обратился к сыну Мифунэ. — В прошлый раз вся корпорация экономила как могла. Потратили миллиарды йен на «Онкокура-1», но сэкономили миллионы на клинических испытаниях. И к чему это привело? Мы чуть не потеряли свой вес на мировой арене фармакологических компаний. Рейтинги упали, бюджет просел. Мы восстановились только благодаря антибиотику профессора Банзаль. И то доверились ей лишь потому, что за неё поручился Кацураги Тендо.

Похоже, совещание переросло в