Забайкальцы (роман в трех книгах) - Василий Балябин

Двенадцать человек, в числе которых был и Егор, воспользовавшись тем, что Раздобреев отвлек на себя внимание палачей, кинулись бежать врассыпную к леску. По беглецам открыли огонь. Они падали, ползли, вскакивали, чтобы добежать до спасительного леса; близость его лишала их благоразумия, и, вскакивая на ноги, они гибли под огнем пулеметов. Егор, очутившись позади всех, потому что все время полз, прикрываясь бугорками и трупами убитых, видел, что до леса добежали лишь два человека, все остальные полегли убитыми. Уже недалеко от леса и Егора догнала-таки вражья пуля, словно огнем обожгла левую ногу.

Стиснув зубы от боли и все так же прижимаясь к земле, Егор пополз дальше, волоча раненую ногу. С трудом добравшись до опушки, он с минуту лежал без движения, укрытый густыми кустами вереска. В голове у него шумело, ныла раненая нога, болели ушибленное колено, грудь, исцарапанные в кровь лицо и руки.

Отдохнув, отполз еще немного и, уже чувствуя себя в более надежном укрытии, сел, осмотрел ногу. Рана оказалась не тяжелой, пуля прошла не задев кости. Перевязав ногу и сняв винтовку — он не помнил, как и когда закинул ее на плечо, — встал на ноги.

Опираясь на винтовку, прихрамывая, стал карабкаться все выше и выше в гору и, когда левее себя услышал негромкий оклик, повернулся на него и побрел к своим товарищам. Они сидели под большим кустом боярышника, Номоконов полосами разорванной рубахи торопливо бинтовал Федотову раненую ногу.

Егор подошел к ним, огляделся. Здесь, среди яркой зелени молодых березок, осин и боярышника, был совсем иной мир, весело и мирно щебетали птички, с ясного голубого неба ласково светило солнце. А позади, совсем рядом, по-прежнему грохотали залпы, часто и злобно били пулеметы.

— Что же делать-то будем? — заговорил Егор.

Номоконов, окончив перевязку, пугливо оглянулся на грохот стрельбы:

— Бежать надо!

— Не ерунди, — сердито перебил его Федотов, поднимаясь на ноги, — куда побежишь по чистому месту, обмозговать надо.

— А ежели погоню за нами кинут?

— Какая там погоня, вон ишо сколько надо перебить им нашего брата.

— Нет, долго оставаться здесь опасно, ну их к черту, — возразил Егор. — Мне все здешние сопки и пади знакомы. Надо карабкаться выше, а там в одном месте чистого поля всего сажен полсотни, переползем его как-нибудь, а потом будет лог, этим логом и до лесу рукой подать. — И глубоко вздохнул: — Как вспомню Раздобреева… сердце кровью обливается…

— Да, кабы не он, каюк бы нам всем, — промолвил Федотов. — Царство ему небесное, век за него будем бога молить.

— А этим гадам ползучим, — Егор погрозил кулаком в их сторону, — мы ишо припомним Раздобреева. Уж так припомним, что небу жарко будет… Пошли, ребята.

К вечеру все трое были далеко в лесу, на пути к отрядам красных партизан.

Об авторе

БАЛЯБИН Василий Иванович (9.1.1900, ст-ца Булдуруй 2-й Заб. обл. — 22.9.1990, Чита), сов. писатель, чл. СП СССР (1953), засл. работник культуры РСФСР (1985), почетный гражданин Читы (1975). Из казачьей семьи. Обучался в частной школе, организованной бывш. политкаторжанами в с. Горный Зерентуй. С 14 лет пошел работать по найму. Участник Гражданской войны. В качестве командира ЧОН занимался охраной приаргунской границы от диверсантов, совершавших набеги с кит. тер. С 1923 1-й пред. Нерчинско-Заводского сельсовета. Работал в системе «Золотопродснаб». Участник ВОВ. Первые рассказы и очерки опубликованы в альманахе «Новая Сиб.» (Иркутск, 1945). Первая книга «Голубая Аргунь» (Иркутск, 1951) рассказывает о Приаргунье кон. 1930-х, о периоде коллективизации. 25 лет работал над романом-трилогией «Забайкальцы» (4 книги). Это многоплановое художественное социально-бытовое полотно, отображающее классовую борьбу заб. казачества нач. XX в. Среди героев много реальных участников и рук. борьбы за Сов. вл., знакомых автору лично или по устным рассказам и документальным источникам. Роман активно переиздавался в течение 40 лет (с 1959). Повесть «Комса» (Иркутск, 1973) также основана на документальных событиях тех лет, когда в Приаргунье создавались 1-е комсомольские ячейки. В 1983 в журн. «Д. Вост.» опубликовал роман «Ленковщина», воссоздающий картину борьбы заб. милиции с бандой Ленкова (см. Ликвидация банды Ленкова). В кон. 1980-х написал киносценарий для киностудии «Ленфильм» по мотивам романа «Забайкальцы», к-рый остался нереализованным. Лауреат премии СП РСФСР (1989). Награжден орденами Трудового Красного Знамени (1980) и «Знак Почета» (1985).

Павел Афанасьев

Статья о романе «Забайкальцы» В. И. Балябина, повествующего о гражданской войне в Забайкалье…

В 1980 году в газете Карымского района «Красное знамя» за 11 декабря было опубликовано интервью С. В. Романюка (сейчас он директор средней школы № 1 поселка Карымское) с писателем Василием Ивановичем Балябиным.

Интервью под названием «Мой край — герой романа» вызвало живой интерес у местных краеведов. Потому что Василий Иванович признался, что действие романа «Забайкальцы» в основном происходит в Карымском районе: «Я ведь с вашим районом близко связан. До войны несколько лет работал на прииске Маяки, затем на курорте Олентуй. Оттуда и ушел на войну. После войны стал жить в Иркутске. Начал работать над „Голубой Аргунью“. Однажды, это было в 1952 году, в одну из командировок в Читу, я прочитал в газете „Забайкальский рабочий“ статью, которая называется „Адриановская трагедия“. В статье рассказывалось о том, как в 1919 году семеновцы и иностранные интервенты (американцы) вывезли из Адриановки 53 вагона арестованных (полторы тысячи и расстреляли их в пади Тарской). „Как же так? — подумал я тогда. — Такой дорогой ценой, ценою крови создавались Советы в Забайкалье, шла война, жестокая война за освобождение родного Забайкалья от интервентов и белогвардейцев и об этом ничего не написано?“ И я решил писать. Сначала у меня появилась повесть „Долина смерти“, которую не напечатали. Ссылаясь на то, что она не претендует на историческую. Говорили о бездоказательности событий, происшедших в пади Тарской. Ибо очевидцев нет и документальных материалов у автора тоже нет.

Но как же не было доказательств, когда американский генерал-майор Гревс в своей книге „Американская авантюра в Сибири“ признался о жестокостях над населением, которые творили белогвардейцы при поддержке интервентов. Из всех областей Восточной Сибири, где находились американские войска, получили сообщения об убийствах и истязаниях мужчин, женщин и детей.

На основе тех событий я написал роман „Забайкальцы“ — продолжал Василий Иванович, — который впервые был опубликован военным издательством. Кстати, действие романа происходит в вашем районе. Прототипом Антоновки стала Адриановка, верхних ключей — Урульга, станицы Заозерной-Кайдалово, а Крутояровское депо — это Карымское депо…»

Естественно, после таких признаний писателя появилась гордость за свой район и желание отыскать в романе схожесть с действительностью.

Роман «Забайкальцы» можно назвать энциклопедией жизни в нашем крае на тот период времени, что он охватывает. В народе недаром говорят: не было бы счастья, да несчастье помогло. Так и случилось с Василием Ивановичем Балябиным, когда он не по своей воле оказался в нашем районе, но это оказалось его судьба, тут случилась у него «и жизнь, и слезы, и любовь», а также творческий взрыв, когда он шагнул в литературу большим писателем.

Есть такое понятие в творчестве, что нужно голые факты одеть в красивые одежды, а сухие строки протоколов и документов так расставить и расцветить, что они заиграют всеми цветами радуги.

Так и у Василия Ивановича — стальная нить повествования настолько украшена в тексте, что ее не заметишь за разговорами, описаниями, переживаниями.

Вряд ли случайно Карымский район стал центром романа «Забайкальцы», а Урульга, Кайдалово, Тарская падь и Адриановка — местом, где события в течение всего действия романа и происходят.

Егор Матвеевич Ушаков, от чьего имени автор чаще всего думает, принимает решения, влюбляется, служит, общается с историческими личностями вроде С. Лазо, Т. Семенова, Ф. Балябина и т. д., нужен автору как нить, на которую он нанизывает события, чаще всего реальные, чтобы показать неразрывность происходящего, неслучайность такой жизни. Балябин, как писатель нутряной, а не парящий над бытием, не зря кинул Егора в вагон смертников, вытолкнул на расстрел в пади Тарской, он хотел показать жизнь глазами участника, а не наблюдателя. В этом сила прозы писателя, потому-то она и волнует. Из текста романа можно вычислить анкетные данные Егора Ушакова: родился он в 1890 году, в 1911 призван на действительную службу в 1-й Аргунский полк. При росте 186 см. мог бы попасть в гвардию, но нашли дефекты на теле, следы чирьев и шрам на шее.