Хранитель - Ольга Голотвина

Ильен вцепился зубами в рукав, зажмурил глаза. За годы, прожитые в разбойничьей шайке, мальчик не раз видел смерть, но не мог привыкнуть к ее виду, И наверное, никогда не сможет…

Внизу цокали по камням подковы. Хранитель уговаривал испуганную серую:

- Да стой ты, дура с копытами… Во-от, молодчина!.. Что ж это с Сайвасти случилось? Хороший был десятник… Не знаешь? Вот и я не знаю… Надо прислать парней, пусть они его в крепость отнесут. Хоть и гад был, а погребальный костер ему полагается. Люди мы с тобой, серая, или не люди?.. Да тпру, идиотка, дай плащ поднять… спасибо, Заплатка, спас ты меня…

Цоканье удалилось вверх по ручью. Ильен, обмирая от ужаса, полежал еще немного, затем тоскливо взглянул вниз, на неловко лежащую, словно скомканную фигуру с развороченной грудью. Судорожно вздохнул, перехватил поудобнее ветку, чтобы ползти дальше по стволу. И тут…

Фигура внизу зашевелилась, откинутая в сторону рука заскребла пальцами по валуну. Страшная рана затягивалась на глазах. Вот чудовищный незнакомец встал на колени… вот, шатаясь, поднялся на ноги… Что-то изменилось в его лице, теперь он уже не походил на Сайвасти. И ясно было: это не человек!

Жуткое существо тяжелым взглядом обвело овраг. Мальчик взмолился богам, чтобы тварь не надумала пристально вглядеться вверх. Но внимание опасного незнакомца, наоборот, привлекло что-то внизу. Он нагнулся, сунул лапищу в мутную воду и распрямился, разглядывая что-то небольшое, золотисто поблескивающее.

Не может быть… Ведь это же…

Высвободив левую руку, Ильен лихорадочно ощупал свой пояс.

О Безымянные, как же так… за что же так…

Там, внизу, двуногое чудовище внимательно разглядывало свою находку - небольшой кинжал с золоченой рукояткой. Затем незнакомец неторопливо прицепил кинжал к своему поясу (Ильен чуть не закричал: «Отдай!») и двинулся влево по дну ущелья.

Ильен сам не заметил, как вскочил на ноги и пересек ущелье по стволу. В другое время это было бы великим достижение для трусоватого мальчишки, но сейчас мысли были заняты одним: не упустить чудовище, уносящее драгоценный кинжал. Как же Ильен умудрился обронить его в ручей?.. Ладно, неважно! Вперед!

Перепрыгивая коряги, огибая кусты, скользя по грязи, опавшим мокрым листьям и влажным подушкам мха, мальчик несся по краю ущелья, думая лишь о том, как бы не потерять из вида мелькавшую внизу спину в кожаной куртке. Жуткий незнакомец шел в ту же сторону, куда собирался идти Ильен, но это было не очень важно. Мальчик пошел бы за ним даже в болото к Хозяйке Зла. Главное - вернуть кинжал. Все равно Ильен не смог бы показаться на глаза учителю без драгоценного пергамента, спрятанного в полой рукоятке…

8

У Арлины выдался хлопотный, беспокойный день. И не в том дело, что начался он с драки ее драгоценных отпрысков: драка - дело привычное. Куда хуже было то, что любимая дочурка решила повторить вчерашний подвиг и улизнула от няни. На этот раз для побега она избрала не черный ход, а винтовую лестницу. Пока служанка Иголочка и пожилая няня-наррабанка, сходя с ума от ужаса, искали маленькую негодяйку на кухне, та пробралась в трапезную и протиснулась сквозь остывшие прутья решетки в очаг, где, хвала Безымянным, уже почти погасли угли. Девочка всего лишь перемазалась, но ведь могла бы обжечься!

Праведный гнев госпожи уже готов был обрушиться на раззяв-рабынь, но тут грянула новая беда: исчез маленький Раларни. Причем исчез из запертой комнаты, куда его водворили, пока разыскивали сестренку.

Дубовая дверь, маленькие высокие оконца… ни под столом, ни под скамьей ребенка нет… Рабыни заголосили было о злых духах, но Арлина метнулась к стоявшему в углу распахнутому сундуку. Вещи, которые она собиралась перебрать, починить и проветрить, выглядели так же мирно, как и утром, но Арлина вцепилась в тряпки с энергией разбойника, грабящего торговый обоз. Плащи, юбки, платья, переложенные от моли сухой пижмой, взметнулись в воздух и разлетелись по комнате. На дне сундука был обнаружен шалун, лукаво сверкающий глазами: его проказа удалась!

От невероятного облегчения, смешанного с яростью, Арлина крепко отшлепала своего ненаглядного по круглой тугой попке. Оскорбленный Сын Клана басовито, протяжно заревел. Его во весь голос поддержала сестра - забытая всеми, несчастная, чумазая, с золой в волосах…

Арлина сгребла своих драгоценных в охапку и расцеловала, сведя на нет всю воспитательную пользу от трепки.

- Ладно, маленькие мои, ладно… все уже, все, мама не сердится! А вот мы сейчас умоемся… Что встали, дурищи бестолковые? А ну, живо вымыть детей! Я с вами еще поговорю!

Рабыни подхватили малышей на руки и исчезли, радуясь, что легко отделались: госпожа была вспыльчива, но отходчива.

Арлина, успокаиваясь, прошлась по комнате, заметила учиненный беспорядок, распахнула дверь и кликнула прислугу. На зов примчалась шустрая служаночка по прозвищу Перепелка и начала складывать вещи в сундук. Работать молча рабыня не умела (она болтала даже во сне, что могла бы подтвердить чуть ли не половина гарнизона крепости). И сейчас, встряхивая и сворачивая одежду, бойкая девица загадочным голосом сообщала госпоже новости, странные и непонятные.

Оказывается, Хранитель отправился по дождю искать пропавшего мальчишку Ильена. Вернулся без мальчишки, мокрый, в перепачканной одежде, столкнулся у ворот с десятником Сайвасти и вцепился в него, как болотная лихорадка в рудокопа: где, мол, сейчас был да что делал? Сайвасти ответил: лучников, дескать, с утра на плацу тренировал, теперь часовых проверяю… Хранитель прямо побелел и говорит: по лесу, мол, шляются какие-то оборотни, как бы с Ильеном беды не вышло. Пусть, мол, ему дадут арбалет и колчан да поднимут конный десяток… И снова ускакал, даже не переоделся, а с ним - десяток Аранши…

Рассказ рабыни встревожил супругу Хранителя. То, что в столице прозвучало бы чушью и бредом (оборотни какие-то!), здесь, в глухомани, полной Подгорных Тварей, наводило на неприятные мысли…

Госпожа вышла на винтовую лестницу и услышала внизу голоса: там болтали, усевшись рядышком на скамье, супруги трех сотников. Собственно, говорила одна - Аунава Гибкая Ива, а Миланни и Айлеста лишь недоверчиво попискивали в ответ на ядовитые речи приятельницы.

Вслушавшись, Арлина поняла, что новости она узнала позже других. Аунава разглагольствовала насчет внезапного отъезда господина: мол, про оборотней - это детская сказка, а на самом деле Сокол с Араншей крутит шуры-муры, своя жена надоела. Для того все и затеяно, чтоб людям глаза отвести и с долговязой наемницей из крепости уехать. Вот увидите, мол, раньше утра не вернутся…