Полчаса искренности - Настик

Когда я вышел, Поттер расстелил кровать и лежал теперь не по диагонали, а у стены, давая мне место.

- Ты устал? - негромко спросил он.

- Устал, - признал я. - Мы с Дамблдором снова пытались понять, когда будет готов ритуал передачи силы и чего дальше ждать от этого типа.

- И поняли? - живо заинтересовался Поттер. Я пожал плечами, Поттер придвинулся ко мне, и я обнял его.

- Догадки есть. Вероятно, этот тип попробует найти меня, чтобы использовать ритуал на крови. Ты, кстати, тоже постарайся не выходить один.

- Хорошо, - пообещал Поттер. Какое-то время мы молчали.

- Северус, - снова заговорил Поттер. - Знаешь… я боюсь, что был неправ тогда…

Я привстал, пристально посмотрел на него. Поттер хмурился, глядя в стену. Понять, о чем он говорит, было решительно невозможно.

- О чем ты? - наконец, поинтересовался я.

- О Малфое, - ответил Поттер, чем поверг меня в абсолютное недоумение.

- Хорошо, - терпеливо произнес я. - Объясни, что ты имеешь в виду.

* * *

Вернувшись от Сириуса, Гарри поднялся в спальню и растянулся на кровати. Он любил иногда лежать по диагонали, так, что можно было раскинуть руки и ноги.

Медленно текли неприятные мысли. Сначала об отце, потом - о Северусе и Джеймсе. Гарри невольно задался вопросом: а как Джеймс относится к Джеймсу Поттеру? Единственный раз Джеймс заговаривал об их общем отце, когда они с Гарри еще не были толком знакомы.

А мысли о Джеймсе как-то естественно перетекли в мысли о Джеймсе и Малфое.

Гарри все еще беспокоили те слова Малфоя о Джеймсе, сказанные в гостиной Малфой-менора. «Джеймс… Он просто есть».

Гарри на самом деле считал, что Малфой любит Джеймса. По большому счету это, конечно, было не его дело, но Гарри беспокоился. Слова Малфоя о Джеймсе показались ему какими-то пренебрежительными. И Гарри теперь уже сомневался, правильно ли поступил, позволив их отношениям свободно развиваться. Может, следовало не дать Малфою приблизиться к Джеймсу настолько, чтобы тот смог причинить брату Гарри боль…

И позже, когда Гарри лежал, прижимаясь к Северусу, он не смог удержаться и не поделиться своим беспокойством.

Северус молча выслушал все, что наболело. И потом, под вопросительным взглядом Гарри, кажется, долго подбирал слова.

А может, просто сам смирялся с тем, в чем пытался убедить Гарри.

- Знаешь, Поттер, - голос Северуса был таким, словно ему было неприятно говорить об этом. - я очень хорошо знаю Драко. Он на удивление ветреный человек..

- К чему ты это говоришь? - удивленно поинтересовался Гарри.

- Я просто хочу поделиться с тобой своими наблюдениями, прежде, чем высказать свое мнение по поводу того, что ты мне сказал. Так вот. Малфои никогда были верными людьми, я знаю это и по словам Люциуса, и по собственным наблюдением за представителями трех поколений. Я множество раз видел Драко в школе с разными партнерами, и очень редко с одними и теми же. Я подозреваю, что его подстегивало именно то стремление к свободе, о которой он тебе говорил.

- Не вижу в таком поведении связи со свободой, - пробормотал Гарри, вспоминая. Странно, что он не замечал этого.

- Он не желал быть зависимым от любовников и любовниц, - просто объяснил Северус. - И его вполне устраивало это. Я бы даже сказал, ему нравилось такое внимание, и это вполне естественно. Но примерно с середины седьмого курса я стал реже заставать его в подобных ситуациях, а после окончания Хогвартса Драко ни разу не покидал этого дома для того, чтобы разнообразить свою сексуальную жизнь. Собственно, сначала меня это весьма удивляло.

- Может, он просто не мог выйти? - предположил Гарри. Северус только хмыкнул.

- Ему ничего не мешало. Он совершеннолетний и может пользоваться магией. Ни со стороны Пожирателей, ни со стороны Министерства ему ничего не угрожало. Значит, он просто не хотел. - Северус замолчал.

- И это все твои наблюдения? - фыркнул Гарри. Северус дал ему несильный подзатыльник.

- Драко оставил тебя в покое, хотя никакое проклятье не заставило бы его прекратить его подколки. Он не ввязывается в споры. И вообще его поведение очень сильно изменилось. Возможно, отчасти это результат того, что он просто повзрослел. Не буду гадать. А теперь, Поттер, я скажу тебе все, что думаю о том, что сообщил тебе Драко. Ты ведь в курсе, что он тебя, мягко говоря, недолюбливает?

- Конечно, - пробормотал Гарри. Странно, но даже просто голос Северуса успокаивал его, и было неважно, что он говорил ему.

- И ты всерьез думаешь, что Драко откроет тебе душу и расскажет о своей горячей и вечной любви к Джеймсу? - в голосе Северуса теперь отчетливо слышалась насмешка.

- То есть, ты думаешь, что он мне соврал?

Северус тяжело вздохнул.

- Поттер, кроме правды существует такое понятие, как полуправда. Но в данном случае я полагаю, что Драко сам боится признать свои чувства. И в любом случае он не стал бы рассказывать об этих чувствах кому-то еще. Тем более, тебе.

- Ты в самом деле считаешь, что все в порядке? - с надеждой поинтересовался Гарри.

- Я считаю, что тебе не стоит менять своего мнения, которое у тебя было до разговора с Драко, - мягко произнес Северус. - Джеймс уже достаточно взрослый, чтобы решить за себя сам.

Гарри промолчал. Северус потушил свет.

Гарри долго не мог уснуть этой ночью, обдумывая слова Северуса.

* * *

Гарри привык просыпаться рядом с Северусом. Но сегодняшнее утро было необычным.

Было тихо. Слышалось только дыхание Северуса, как всегда. Гарри просыпался постепенно и еще не открыл глаза, но уже чувствовал чужую ладонь на животе. Пальцы Северуса были холодными.

Осторожные прикосновения, мягкие поглаживания, словно Гарри сделан из хрусталя. Или даже не так - пожалуй, с такой осторожностью можно пытаться поймать бабочку, чтобы не сломать ей крылья.

Ладонь Северуса чуть задержалась над пупком. Гарри чувствовал края распахнутой пижамной куртки. Он прекрасно знал, как выглядит сейчас его живот. Не выпирающий - конечно, ведь идет только первый месяц, - но уже не впалый, как раньше.

Хотелось лежать так бесконечно, чувствуя нежные касания, но, увы, это было невозможно.

- Я проснулся, - сообщил Гарри, так и не открывая глаз. Голос его был немного хриплым со сна.

- Я рад за тебя, - отозвался Северус. Он, кажется, немного напрягся и больше не гладил живот Гарри, но руку не убрал.

Гарри вздохнул. Он все чаще в последнее время думал о том, что из них двоих ему, пожалуй, будет легче приспособиться к их отношениям. Северус, казалось, весь состоял из комплексов, когда дело касалось взаимоотношений, и преодолеть их ему было очень сложно из-за своего возраста. Слишком долго Северус жил с этими комплексами. Иногда Гарри предполагал, что Северус тиранил учеников именно из-за неуверенности в себе. Вот и сейчас Северус ожидал реакции Гарри. А Гарри чувствовал, что в этот момент Северус открыт, искренен как никогда. Уязвим. И что на любое замечание он тотчас же закроется и съязвит что-нибудь привычное. И Гарри молчал и даже не шевелился, опасаясь как-то задеть любовника.