Северное сияние моего сердца (СИ) - Вуди Добковиц

— На первом этаже есть также гостиная, столовая, прихожая. Со стороны столовой есть дверь на веранду. Здесь очень хорошо теплой весной и летом. Также есть две лестницы: одна на второй этаж, а другая — в подвал. Также тут несколько комнат под бойлерную и газ. Рядом с ними, дверь в гараж. Это все в коридоре.

— А как с отоплением? — поинтересовался Штаты, осматривая гараж.

— Котельная в отдельной комнате, в подвале. Там же и прачечная.

— А ее не затопит, например, от ливня…? — все не унималась русоволосая, сгорая от желания попасть на второй этаж.

— No way!* — воскликнула женщина, быстро выискивая в папке нужный документ.

Протянув парочке листок, она мигом принялась объяснять структуру дома, все ее большие плюсы и насколько этот дом превосходит другие. Минусов оказалось не так уж и много.

— А почему этот дом до сих пор так и не купили? — задала агенту роковой вопрос Россия.

— Миссис, если бы вы знали насколько нелепый у меня на это ответ…

— Но все же?

— Из-за своей планировки и стиля. Это совсем новое и дорогое здание. За эту неделю его осмотрели несколько десятков людей и никому он не приглянулся. Как нам сказали — слишком семейный.

И это действительно так. Сравнивая с бывшей виллой мужа, россиянка смогла заметить пару деталей в интерьере. Но ведь им не нужен роскошный дом с видом на море. Главное, чтобы был двор, где Фидо и ее дети смогут гулять, хорошие спальни и отдельный кабинет для американца.

— Можно мы осмотрим двор, бассейн и немного посоветуемся с мужем?

— Да, прошу. — Пропустила их агент, оставаясь в гостиной.

Задний двор впечатлил своими масштабами. Здесь можно столько всего посадить! Россия обязательно во время ремонта уговорит США поставить теплицу. Еще можно купить детские качели и построить песочницу. Добавить к этому скамеечку под вишней и ее мечта сбылась.

— Ну, как тебе, медвежонок? — помог Штаты подняться жене на веранду.

— Честно… Меня пока все устраивает. Я даже примерно представила, что сюда добавить. Бассейн большой. Можно обустроить зону для гриля, и позвать соседей и друзей. В доме прохладно, это тоже хорошо. А для зимы, думаю, можно и паркет с подогревом. Чтобы уж точно было тепло.

— Ты мои мысли читаешь, милая. — Улыбнулся ей американец. — Значит, покупаем.

— Подожди! А ты? Тебя все устраивает?

— Да. Кабинет на втором этаже, рядом с библиотекой. Никто точно мешать не будет. Спальни в другом крыле. Причем наша будет отдельно от детской и гостевой, так что ночи обещают быть веселыми.

— Тебя только это и беспокоит! — возмутилась русская, скрестив руки на груди.

Однако его тихий смех разогнал все ее недовольство.

— Я считаю, что отказаться от этого дома будет огромной ошибкой.

— Ты прав, Саша. Значит берем?

— Да, милая.

116th Avenue NE, Kirkland, King. Новый адрес, новая жизнь. Россиянка не могла дождаться, когда они, наконец, переедут в их новый дом. Работы оказало достаточно много. Новая мебель, утварь, книги, элементы декора, шторы с занавесками… На удивление, этот ремонт не сильно ударил по карманам пары. Часть вещей они перевезли из старой виллы, часть из Белого дома.

Две недели молодые родители ждали, когда во всех комнатах проверят каждый сантиметр, когда переклеят обои и покладут новый паркет и плитку. Натяжные потолки заменили ничем не примечательную штукатурку, а вместо страшных лампочек на длинном проводе теперь висели великолепные люстры в стиле прованс.

— Осторожнее с диваном! Он очень дорогой! — предупреждала Россия рабочих, показывая, куда ставить мебель.

Гостиная — единственная комната, что была полностью отремонтирована и обставлена шкафами и диванами. США отказался от помощи чужих людей, осторожно внося в дом большой плазменный телевизор. Он вообще не позволял притрагиваться чужим рукам к технике и хрупким предметам, особенно к стеклянному журнальному столику жены.

— Саш, тебе не тяжело?

— Are you kidding?* Россия, я не тот слабый паренек с пивным животом, у меня хватает сил таскать тяжести.

Она прекрасно это знала и видела, но все же беспокойство о его здоровье не покидало ее. Русская громко давала указания рабочим и с опаской поглядывала на своего мужа. А вдруг он надорвется? Ей же потом ему спину лечить.

— Mrs. Russia, where is this box?* — окликнул ее пожилой мужчина, осторожно внося драгоценную ношу в дом.

— Сюда, пожалуйста. Поставьте на диван.

Выполнив ее поручение, тот продолжил свою работу.

Взяв в руки канцелярский нож, россиянка мигом разрезала скотч, приступая к самой важной части — распаковки вещей. Здесь были чашки с фотографиями, рамочки, свадебный альбом, подставка для колец, приставка Штатов, несколько маленьких ваз и статуэток. Достав из коробки рамку со снимком, русоволосая на мгновение помедлила, с улыбкой разглядывая свою фотографию с матерью. Самая дорогая ее сердцу вещь.

— Что это ты внезапно застыла? — заметил ее американец, поставив журнальный столик напротив дивана.

— Да, так… Вспомнила кое-что.

— Надежда Сергеевна? В Белом доме ты не хотела доставать эту фотографию. А сейчас с чего решила?

— Потому что теперь это наш дом. — Осторожно поставила Россия рамочку на полку над камином. — Здесь не будут шастать чужие люди и нет прислуги.

— Так не доверяешь людям?

— Нет. Просто не хочу, чтобы моей драгоценности касалась чужая рука.

Все, что осталось от ее матери это пару старых платьев и портреты. Каждый член ее семьи оставил у себя напоминание об их любимом дорогом человеке. Каждый из них бережно хранит это сокровище. Этот светлый человек, подаривший им жизнь, навсегда будет в их памяти.

— Может лучше, если ты поставишь фотографию в спальне? — обхватил рукой ее талию мужчина.

— В спальне я поставлю снимки с нашей свадьбы, а немного позже и наших детей.

— Ты, кстати, не устала? Спина не болит? Есть хочешь?

— Это я должна у тебя спрашивать! — хихикнула та, положив голову на плечо мужа. — Надо поскорее разобраться с этими коробками и наконец, воспользоваться кухней.

— Ужин?

— Да. Для сильного мужчины в этом доме самый вкусный ужин.

— Миссис Россия, вы меня балуете. Смотри, и опять появится пивной живот.

— Не появится. — Улыбнулась ему русская. — Я готовлю исключительно полезную еду. И использую как можно меньше масла. Правда… Я что-то захотела вредного.

— Бургер? — усмехнулся США, доставая из кармана телефон.

— Даже целых два.

— Если я сделаю еще шаг, то рухну прямо тут. — Устало произнес Штаты, таща за собой кучи пакетов. — Рос, много нам еще ходить?

— Цыц. Я сверяюсь со списком.

Этот серьезный вид, эти холодные васильковые глаза. Лучше ее не трогать, когда она занята. Может и