Топить в вине бушующее пламя печали 2.0 (СИ) - Priest P大

— Чжу-Цюэ была повелительницей всех птиц, после того, как Цзю Сюнь уничтожил ее клан, крылатые, во главе с бифанами, восстали против клана демонов. Жаль только, что эти отбросы оказались настолько глупы, что их сразу же подавили. В смутные времена клан бифанов провел в изгнании больше двадцати лет. Люди ненавидели их, демоны охотились за ними, их истребляли. Пережив падение, они превратились в ощипанных мокрых куриц... Ах, вот и все.

Пока он говорил, внутри иллюзии Вэй Юнь уже привел к Его Величеству главу клана бифанов.

В своем человеческом обличье глава бифанов оказался стариком семидесяти или восьмидесяти лет. Его голова была обернута куском рваной белой ткани, на груди красовалось алое перо, а на лице застыло выражение неизменной печали. Возможно, он все еще оплакивал прежнего хозяина3.

3 披麻戴孝 (pī má dàixiào) — надевать холщовую одежду в знак траура.

Глаза молодого владыки людей скользнули по красному перу. Но, словно ошпаренный, юноша поспешно отвел взгляд. Он трижды призывал старика «подняться и чувствовать себя свободно». Однако глава клана бифанов пропустил его слова мимо ушей и настоял на том, чтобы совершить перед юным правителем церемонию трех коленопреклонений и девяти поклонов4, неустанно повторяя «мой император».

4 三跪九叩 (sānguì jiǔkòu) — ист. коленопреклонение перед троном (обряд включал троекратное коленопреклонение с троекратным же прикосновением лба к полу, а также девять низких поклонов).

— Глава клана, прошу тебя, встань. Мы ведь всего лишь человек. Почему ты нам кланяешься? Тебе не о чем волноваться. Король демонов мертв, двум расам больше незачем воевать. Мы не станем преследовать вас... — беспомощно сказал император.

— Ваше Величество, — глава клана бифанов задрожал, и, стоило ему только открыть рот, как события приняли неожиданный оборот. — В вас течет кровь последнего представителя клана Чжу-Цюэ.

Сюань Цзи выслушал его нудный рассказ о натворившей глупостей принцессе демонов и внимательно посмотрел на Шэн Линъюаня:

— С самого начала... Вы все знали.

— Я никогда не нравился роду Чэнь. У меня и раньше были кое-какие предположения, но я не ожидал, что правда окажется настолько шокирующей, — старый дьявол поднял зажатый в руке фонарь и с большим интересом осветил заплаканное лицо главы клана бифанов. — Крылатые так любят рисоваться, что, кажется, вообще никогда не прекращают это делать. Этот старый хрыч был на редкость уродливым и жадным. Не знаю, может быть, именно поэтому он и стал главой клана бифанов.

Сюань Цзи нечего было на это ответить.

— Они воспитали меня. Хоть я и пробыл в животе представительницы рода Чэнь несколько дней, я так и не стал чистокровным человеком. Я родился с улыбкой на лице, огненными зрачками и печатью Чжу-Цюэ на груди. Это было подобно пришествию демона из древних легенд. Мое рождение обескуражило род Чэнь. Люди не желали меня видеть, и тогда Дань Ли придумал план: позволить этим глупым птицам «выкрасть» меня и растить в течение двух лет. Через два года печать исчезла, и я стал больше походить на человека. Учитель сделал вид, что, наконец, выяснил, где я нахожусь и поспешно вернул меня обратно к людям.

Шэн Линъюань с легкостью рассказывал об этой истории, но стоило Сюань Цзи услышать его слова, как у него ком застрял в горле. Он и представить себе не мог, что испытал Шэн Линъюань, когда впервые узнал о своем происхождении.

Однако, когда он приблизился к молодому человеку из прошлого, то обнаружил, что юноша лишь на мгновение опешил, а потом, цунь за цунем, начал оживать, словно застывшая глиняная скульптура. Казалось, будто бедняк, век страдавший от голода и холода, вдруг выиграл невероятный приз. Шэн Линъюань выглядел таким удивленным, он никак не мог в это поверить. Сосредоточившись, он нехотя обуздал свои эмоции и спросил:

— Что ты имеешь в виду, говоря, будто в нас течет кровь Чжу-Цюэ?

— Ваше Величество, — старый бифан не ответил, он рухнул на колени, скорбно завывая и кланяясь. — Ваше Величество, позвольте сказать!

— Чжу-Цюэ — мое божество. Волей судьбы их клан много поколений жил в долине Наньмин. Но в последние годы аура демонов иссякла, и даже потомки Чжу-Цюэ стали появляться на свет мертворожденными. Демоны были вынужден бежать, но покойный император неустанно преследовал их. Глава клана божественных птиц больше не мог этого выносить. Сжалившись, он сжег долину Наньмин, чтобы семьи людей и демонов стали равны и могли заботиться друг о друге. Он хотел остановить эту войну. Кто знал, что все это окажется его самой большой ошибкой. Король демонов Цзю Сюнь поступил с точностью до наоборот. Желая узурпировать власть в Чиюань, он воспользовался возможностью и как следует «отблагодарил» бога. Величайшим грехом главы клана стало то, что он сжег долину Наньмин. В конце концов, погиб и он сам и весь его клан. Это обернулось для нас десятилетиями хаоса и кровопролития.

Император нахмурился.

— Я знаю, что собирается сделать Ваше Величество, — воскликнул старый бифан, и мрак Южного кабинета вновь наполнился скорбным воем. — Тогда  все в этом мире, кроме лишенной семи чувств человеческой расы, станут сильнее, воспользовавшись преимуществом темной энергии Чиюань. И много лет спустя разразится еще одна катастрофа. Если вы хотите, чтобы человечество жило в мире, Ваше Величество должен уничтожить остальные подобные вам расы. Но, Ваше Величество, неужели небо настолько слепо? Почему из-за завышенных амбиций кучки людей должен расплачиваться весь мир?

Глаза Вэй Юня блестели от влаги. Подобрав полы своих одежд, он опустился на колени рядом со стариком:

— Ваше Величество, чтобы вновь перековать меч демона небес, нужны кровь и кости Чжу-Цюэ. В жилах Вашего Величества течет кровь их клана, потому этому подданному придется одолжить у вас несколько капель. Но что до костей… Их гробница находится в Чиюань, никто не сможет приблизиться к ней. Однако бифаны всегда были близки с кланом Чжу-Цюэ, кроме того, они тоже огненные птицы. Им доступны особые техники. Вы сможете заполучить кости Чжу-Цюэ... Если все получится, то лучше бы это были кости настоящих родителей духа меча. За последние сто лет в клане Чжу-Цюэ появился лишь один потомок, отыскать их не составит труда…

Владыка людей на мгновение замолчал, и некогда живой Его Величество вновь превратился в замерзшую скульптуру. Он опустил глаза и посмотрел на стоявших перед ним на коленях людей.

— О? Что вы двое хотите в обмен на кости Чжу-Цюэ?

Глава бифанов тяжело опустился на землю и едва не поперхнулся.

— Ваше Величество, прошу вас, просто позвольте нашему клану жить!

Сидевший рядом со стариком Вэй Юнь тоже поклонился и произнес:

— Я тоже прошу Ваше Величество дать нашему клану возможность жить!

В жилах Сюань Цзи закипала кровь. Ему ужасно хотелось поджарить этих двоих. Впервые он осознал, что язык птицам дан лишь для того, чтобы щелкать семечки, а не для того, чтобы говорить.

Мир не должен был расплачиваться за возросшие амбиции кучки людей, зато должен был Шэн Линъюань?

Лишь потому, что он родился в неудачное время и появился из чрева мертвой женщины, он должен был отдать каждую каплю своей крови и каждый цунь души? А затем возложить их на алтарь, чтобы обеспечить этим типам безопасность?

— Этот потомок… Ну… — начал было Сюань Цзи, но тут же подумал: «Твою мать, у меня снова замерзла рука».

— Что, в конце концов, с тобой происходит? — требовательно поинтересовался Шэн Линъюань.

Изначально заклинание «чистых помыслов» было начертано на его ладони маслом из фонаря. Некоторое время спустя, после того как юноша дважды коснулся его, края заклинания смазались, и оно утратило свою силу.

Сюань Цзи потянулся, схватив Шэн Линъюаня за плечо. Оказавшись в крепкой хватке, Шэн Линъюань слегка напрягся. Но внезапно, Сюань Цзи отвернулся от него, будто не осмеливаясь смотреть Его Величеству в лицо и, наконец, заговорил:

— Они принуждали тебя...ты… Почему ты просто не проигнорировал их?