Прогулка по висячему мостику - Екатерина Трубицина

Да, этим языком не особо удобно пользоваться в повседневной жизни, но зато только им можно адекватно передать саму суть земной жизни, законы, определяющие ее течение. Когда Радный давал ей «перевод» текста из сорока трех слов, распределенных в семь фраз, тогда Ира не совсем поняла, а для чего, собственно, ей все это расшифровывать, если смысл вроде как передали. Теперь, пытаясь сделать собственный перевод того, что стало теперь доступным ее осознанию, она поняла, что даже несколько увесистых томов не смогут в точности передать то, что зашифровано в сорока трех словах, заключенных в семь фраз.

Ира внезапно осознала, что ее, как АЗ, заставило с немыслимой настойчивостью пытаться полноценно воплотиться здесь. Да, сейчас она есть Я и для нее, как Я, является БУКИ все, что за гранью Вселенной, но для нее, как АЗ, и для любого АЗ Мироздания, БУКИ – это то, что находится внутри Вселенной – бесконечного пространства, существующего по законам вечного времени. Даже что такое земное пространство и время – полнейшие БУКИ для среднестатистического АЗ Мироздания, никогда не забредавшего во чрево Вселенной.

- Интересно, как АЗ воспринимает Вселенную? – спросила Ира сама у себя, зная, что прекрасно знает ответ, только не имеет понятия, как его сформулировать. – А почему бы и нет?! – радостно воскликнула она, поняв, что легко с этим справится с помощью символов Азбуки.

Формулировка родилась в одно мгновение и как бы сама собой: ЗЕЛО ЕРЬ ЕСТЬ КАКО АЗ, ИЖЕ ХЭР АЗ, ИЖЕ ЕСТЬ БУКИ. Ира быстренько притащила из кабинета стопку чистых листов с ручкой и крупным размашистым почерком записала самородившуюся формулировку.

- Да уж!!! Получается эдакое громадное вместилище похожее на Мироздание, которое отгорожено от Мироздания и потому является непознаваемым.

Попытка перевести осознанное на привычный язык показалась Ире до безобразия куцей: она, конечно, передавала подобие смысла, но не способна была донести и тысячной доли его глубины. Вселенная представилась Ире в воображении чем-то прозрачным по виду, даже не прозрачным, а вовсе отсутствующим, но не пропускающим взгляд во внутрь, только кажущимся прозрачным, скорее, даже несуществующим препятствием.

- Зеркало! – взволнованно воскликнула Ира.

Зеркало, создающее иллюзию прозрачности вплоть до полного отсутствия себя как такового, но свято хранящее от взора тайны, скрытые за ним, не имело какой-либо определенной формы. Оно отражало (отражало во всех смыслах) всё и вся, но что-то прячущееся за ним норовило схватить и втянуть в зазеркалье, схватить и втянуть так, как это делает болотная трясина.

Ира с силой выдернула себя из липкого ужаса видения. Тело покрывал холодный пот, оно все дрожало и стучало вместе с сердцем. Еще страшнее было от ощущения, что все это Ира не только что сама себе насочиняла в воображении, что ей приходилось действительно переживать нечто подобное. Она принялась рыться в своей памяти, ища земные ассоциации.

Первым всплыл какой-то большой супермаркет с несколькими отделами, соединенными арками без дверей, а рядом с арками размещались зеркала такой же формы, создающие иллюзию арки. Что это был за магазин, где он находился, и когда она в него заходила, Ира вспомнить не могла. К тому же, хоть зеркала там в чем-то и ассоциировались с только что пережитым видением, однако, лишь своей идеей и очень отдаленно.

«Может, что-то подобное было в кино?», – подумала Ира. Она перебрала в памяти виденные ею фильмы. На ум пришел только эпизод из первой части «Матрицы», где Нео дотрагивается до зеркала, аморфная субстанция которого затем тянется за его пальцем и, в конце концов, начинает впитываться в его тело. Но это было не совсем то, а точнее совсем не то, хотя определенным образом и перекликалось. Зеркало из видения, как и зеркала из супермаркета, создавало иллюзию продолжения пространства, отсутствия преграды, однако, оно не имело каких-либо границ и формы. В отличие от «Матрицы», субстанция зеркала не вытягивалась наружу, а напротив втягивала в себя.

Видение вновь захватило Иру, и вырваться из него во второй раз оказалось еще труднее.

- Ужас какой! – воскликнула Ира, пытаясь унять дрожь.

Что-то снова случилось со временем. Утром Ире показалось, будто они с Радным провели вместе весь день, а прошел лишь час с небольшим. Теперь же она считала, что с Азбукой провозилась не более часа, ну от силы двух, а оказалось… что уже стемнело. Обнаружила она это, решив отдохнуть и немного отвлечься от жуткого бесконечного, бесформенного, аморфного зеркала. Все вокруг заполняла почти полная темнота, которой не давали быть кромешной лишь звезды в прямоугольнике окна. Ира снова вздрогнула. Когда она записывала «ЗЕЛО ЕРЬ ЕСТЬ КАКО АЗ, ИЖЕ ХЭР АЗ, ИЖЕ ЕСТЬ БУКИ» еще даже не смеркалось.

- Всё. Хватит, – решительно сказала Ира сама себе и спустилась вниз.

- А мы думали, ты уже уснула, – проурчал Зив, приподнимаясь с дивана и щурясь от света, залившего гостиную.

- Нет. Я не спала. Я свет забыла включить.

- Как ключ? – спросил Лоренц.

- Не надо об этом! – взмолилась Ира.

- Я-я-я-ясно… – томно протянул Лоренц. – Значит, все в порядке, – заключил он.

Вопрос ключа более не поднимался. Кроме того, Зив и Лоренц всеми силами развлекали Иру забавными историями из жизни собачьей, а заодно и кошачьей. Ира хохотала от всей души, но, в конце концов, все же не удержалась и спросила:

- Ребят, а вы видели зеркало, когда входили сюда?

- Чего?! – Лоренц смешно вытаращил глаза. – Зеркало?! Какое зеркало? Мы с Зивом за сегодня весь дом раз двадцать обошли вдоль и поперек – ни у одного из входов никаких зеркал не обнаружили.

- Ира, ты просто устала и тебе пора спать, – очень по-доброму, но не очень естественно проурчал Зив.

- Поверхность Вселенной похожа на зеркало.

- Зив прав, Ира, тебе пора спать. Ты что, сама не слышишь, какую чушь городишь? Ну какая может быть поверхность у бесконечного пространства?

- Лоренц, ты ведь не хуже, а то и лучше меня знаешь, что хоть пространство и бесконечно, у него есть границы. То есть, есть нечто, не являющееся пространством, но включающее в себя Вселенную как бесконечное пространство, функционирующее во времени.

- Вот именно! Вот и представь, как может быть у чего-либо поверхность, если то, куда оно включено, не является пространством.

- Не могу, так как не могу ни мыслить, ни представлять что-либо вне категорий пространства.

- Вот и забудь про якобы поверхность Вселенной, якобы похожую на зеркало.

Крыть было нечем, и Ира уже вроде направилась в предложенном ей направлении, то есть в спальню, но вдруг ее осенило: