Неистребимый. Трилогия - Сергей Зайцев

А когда оно стихло, ее охватило смятение.

Тай одним движением спрыгнула с бедер засферника и села рядом, привалившись спиной к стенке. Он повернулся на бок, воткнул локоть в лежак, опустил подбородок в ладонь, как в чашу, и вопросительно посмотрел на нее своими серо-зелеными глазами.

— Что-то не так?

— Как ты это сделал? — вырвалось у нее против воли. — Как ты это сделал, Зверь тебя заворожи?!

— Сделал что?

Ну прямо само недоумение! Вот засранец!

Его улыбку можно было скорее почувствовать, чем заметить. Не было никакого сомнения, что он знает, о чем идет речь. И Тай подавила готовое прорваться возмущение, потому что оно не имело смысла. Она получила то, что хотела, причем с наименьшей затратой сил. Забавно, а кто же кого сейчас поимел?

Тай мысленно фыркнула. Этот человек казался ей все более интересным. И чтобы не казаться смешной, она постаралась прикинуться невозмутимой, словно ничего и не было:

— Ладно, замнем. Хватит с тебя на сегодня массажа. На чем я там остановилась?

— Ты рассказывала о своей сестре.

— Ага… нет, давай-ка лучше поговорим о тебе. О том искусстве, которому тебя обучило то существо… как ты сказал… Лешу? В чем оно состоит? Как проявляется?

— Скорость. Самая главная его составляющая — скорость. А как оно проявляется… Например, вот так.

Засферник исчез. Не откатился в сторону, не отпрыгнул, вообще не сделал ни единого движения. Просто исчез. Рот у Тай открылся сам собой.

— Понятно?

Она резко повернула голову на голос, раздавшийся от двери. Он стоял, небрежно подпирая плечом дверной косяк, и его рубаха уже была надета, застегнута и заправлена в штаны, а на губах играла мягкая снисходительная улыбка. Улыбка-то ее и задела.

— Нашел чем хвастаться, — уколола она. — Ты же сам сказал, что это искусство разрушило тебе жизнь. И надо было тебе ему обучаться… Ой, извини…

— Я оказался в безвыходной ситуации. — Его лицо сразу помрачнело, взгляд стал жестким и отстраненным — такой вид бывает у человека, когда в его душе затронуто больное место. — Мой учитель… Он подловил меня в тот момент моей жизни, когда смерть уже стучалась мне в черепушку, и не оставил выбора. Я вынужден был согласиться… Чтобы выжить. С тех пор это искусство стало моим проклятием. Многое стало мне подвластно, но сам я внутренне изменился, и душой, и телом. И изменения на этом не закончились, они пугающе прогрессируют. Сначала я ни о чем не подозревал, а потом это произошло… Ночью. — Он сложил руки на груди и немного помолчал, видимо подбирая слова попроще. — Я ощутил, что со мной что-то происходит, встал и подошел к зеркалу. И увидел чудовище. От шока я не почувствовал, как проснулась жена. А она открыла глаза и увидела меня… таким. Никогда не забуду тот ужас, который отразился на ее лице. И крик. Ее крик все еще стоит в ушах…

Тай отвела взгляд в сторону, искренне огорчившись. И дернул же ее черт за язык…

— Прости, что напомнила… — тихо попросила она. — Именно после этого вы разошлись?

— Да. — Теперь в его голосе проступила неподдельная горечь. — Я сумел принять человеческий облик, но после этого мы расстались. Я попытался ей объяснить, что со мной произошло, но и сам толком ничего не понимал. Она сказала, что подумает, как ей с этим быть. Что пока не готова жить с таким ужасом. Что ей надо привыкнуть. Вдали от меня. И потом она, может быть, вернется…

— Понятно. Ты не можешь ее забыть.

— Сердце — странная штука, никакие доводы рассудка ему не помогают.

«Вот именно», — подумала Тай, ощутив странный укол ревности. И сказала:

— В таком случае утешься, Эл. Я хочу сказать, что на самом деле она тебя не любила, раз смогла бросить. Я сама женщина и знаю, о чем говорю. Тебе все-таки лучше ее забыть.

— Ты не поняла. — Он глубоко вздохнул и покачал головой. — В ее представлении я перестал быть человеком. Как можно любить нелюдя? Ты смогла бы полюбить, скажем, нубеса?

— Ты преувеличиваешь… Ведь с виду ты по-прежнему человек, а не…

— Да. С виду. И даже по-прежнему себя таковым считаю. Но истина — в ином.

— Ну, хорошо. И на что же ты был похож?

— Ты правда хочешь взглянуть, как я выгляжу на самом деле? Только должен предупредить, что от увиденного у тебя может пропасть охота искать во мне спутника к Ущербным горам.

— Любопытно…

— Любопытно? Женщина, ты даже не представляешь, что ты можешь увидеть. Ты умрешь от страха.

От Тай не укрылось, что он прямо-таки жаждет ей это продемонстрировать. Наверное, она была первой, кому он решил открыться, а открыться ох как хотелось, потому что носить в себе такой груз в одиночку, как она понимала, тяжело. И она его приободрила:

— Наверное, ты хочешь, чтобы я умерла от нетерпения, а не от страха. Перестань хвастаться и покажи наконец то, о чем говоришь.

— Ладно. — Эл нехотя усмехнулся. — Ты сама напросилась.

Он вытянул руку перед собой.

Тай впилась в нее взглядом, но несколько мгновений ничего не происходило. Затем ее глаза расширились. Пальцы засферника начали удлиняться. Из быстро темнеющей кожи полезла короткая густая шерсть. Ногти уплотнились, выдвинулись вперед, заострились в глянцево-черные когти.

Превращение завершилось в течение нескольких секунд. Теперь Тай смотрела на жуткую звериную лапу, в которой не осталось ничего от человеческой руки, не в силах поднять взгляд и посмотреть засфернику в лицо, чтобы проверить, как теперь выглядит оно.

— Хватит… — Голос Тай прервался. Элиот тут же опустил руку, и, когда она оказалась внизу, ничего звериного в ней уже не было.

— Вот так-то. Я не знаю, что и думать. Мне кажется, я перерождаюсь в него, в своего бывшего наставника…

Тай лишь значительным усилием воли сдержала готовую прорваться в голосе дрожь:

— Не обязательно. Я… я думаю, дело не в перерождении… — Фу, слово-то какое жуткое. — Возможно, неосознанное желание обладать всеми умениями твоего загадочного учителя, быть во всем на него похожим сыграло с тобой злую шутку. Ты пробовал когда-нибудь менять свою внешность сознательно?

— Ты это только что видела.

— Да нет, я не то имею в виду. Ты мог бы, например, принять черты случайного человека?

Он задумался, прислонившись спиной к дверному косяку спальника. Неуверенно пожал плечами:

— Не знаю… я не смотрел на эту проблему с такой стороны. Ты хочешь сказать, что это просто одна из моих способностей, о которой я не подозревал и судил неверно о ее проявлениях… Откуда у тебя подобное предположение?

— Ну, — замялась Тай, не зная, как бы это высказать потактичнее. — Я живу в мире, в котором подобные вещи совсем не редкость…