Записки из чемодана - Иван Серов

Не давала покоя и информация, что Серов после своего увольнения занимался написанием мемуаров. Насколько это могло оказаться правдой? И где могут храниться его воспоминания? В архивах госбезопасности? В семье? Спрятанными в тайниках?

Такой поворот дела заставлял выдвигать версии — а что если в этих мемуарах мы найдем ответы на сложнейшие вопросы нашей новейшей истории? Ведь Серов был причастен ко многим государственным секретам и мог рассказать в деталях о непростых хитросплетениях нашей внутренней и внешней политики. Не будут ли его воспоминания, зафиксированные на бумаге, взрывом бомбы на историческом пространстве?

И вот, наконец, спустя 25 лет после смерти Серова его наследники обнаружили ранее неизвестные дневники и записи бывшего председателя КГБ и начальника ГРУ. Теперь стало понятно, что мы получили новые свидетельства о нашей героической и трагической эпохе, взлетах и падениях ее действующих персоналий. Рукописи не сгорели — это очевидный факт.

Основная часть записей относится к кануну, ходу и последствиям Второй мировой войны. Ученые и люди, интересующиеся историей, действительно не останутся разочарованы. Детали событий и личные впечатления, описанные автором, вносят существенный вклад в изучение этого периода. Достаточно сказать, что, встречаясь со Сталиным, Серов внимательно наблюдал за манерой его поведения, фиксировал отношение вождя к давним соратникам и незнакомым людям. Как результат, это может помочь более рельефно представить механизм принятия решений хозяином Кремли, а также дополняет историографию многими, ранее неизвестными деталями. (В их числе, например, планы Сталина по осушению Каспийского моря или подробности его вмешательства в схватку между Серовым и его заклятым врагом, министром госбезопасности Абакумовым).

Серов, судя по его записям, свидетель и участник многих ключевых моментов эпохи. Борьба с украинскими националистами и польским подпольем на вновь присоединенных территориях, проработка разведывательной информации о нападении Германии, эвакуация и уничтожение предприятий с началом войны, подготовка к подрыву Москвы на случай сдачи, поведение военачальников непосредственно на фронте, разведывательная и контрразведывательная деятельность в годы войны и в послевоенной Германии — все это проходило через его глаза и подвергалось анализу.

Существенные дополнения к описанию боевой обстановки на театрах войны в 1941–1945 годах могут внести его оценки (хотя порой и субъективные) поведения Л. 3. Мехлиса, Л. П. Берии, командующих фронтами И. В. Тюленева, К. К. Рокоссовского, К. А. Мерецкова, А. И. Еременко, А. Д. Черняховского, Г. К. Жукова. Серов подробно вспоминает о руководимых им операциях по депортации целых народов из Крыма, Поволжья и с Северного Кавказа и, кстати, приводит свои соображения о реальных инициаторах этих решений.

Он участвует в задержании руководителей польской Армии Крайовой и разгроме ее подпольных резидентур, нисколько не сомневаясь в правильности подобного решения в той военной и политической ситуации. Свидетельства о вражеских военачальниках, таких как Ф. Паулюс и В. Кейтель, и людях из непосредственного окружения Гитлера, с которыми ему тоже пришлось соприкасаться, — еще один важный источник о настроениях, существовавших в германской армии.

Чрезвычайно интересны записи Серова о визите Верховного главнокомандующего на фронт летом 1943 года. Здесь приводятся детали устройства быта Сталина во время этой поездки, выбора помещений для его ночлега, поведения вожди, его общения с охраной, военачальниками, прислугой. Именно тогда в д. Хорошево под Ржевом было принято решение о проведении первого за время войны салюта в честь освобождения Орла и Белгорода. Сейчас в том доме, где отдавался знаменитый приказ, Российское военно-историческое общество создало музей, посвященный событиям на Калининском фронте в августе 1943 года.

Автор — активный участник поисков и опознания трупов Гитлера и Геббельса в поверженном Красной Армией Берлине. Его данные, сопоставленные с уже имеющимися архивными материалами и воспоминаниями, еще раз доказывают несостоятельность всяких домыслов о якобы исчезновении нацистских руководителей под носом у советских войск.

Послевоенный период жизни Серова также насыщен событиями, во многом формировавшими внутреннюю и внешнюю политику СССР, обеспечивавшими его оборонную мощь. Сфера его деятельности весьма обширна — от вывоза немецких ученых, причастных к ядерным технологиям, из Германии и восстановления ракетного производства до строительства Волго-Донского канала.

Как первый председатель КГБ он был в курсе многочисленных интриг внутри советского руководства, был допущен к тайнам внешней и внутренней политики, участвовал и в работе по реабилитации невинно осужденных людей, и уничтожении многих компрометирующих документов, связанных со сталинским временем. Серов раскрывает многие подробности ряда ключевых операций МГБ-КГБ, включая атомный шпионаж. Пожалуй, он ставит точку и в одной из самых главных тайн XX века: его рассказ о деле Рауля Валленберга, пропавшего после задержания «СМЕРШем» в 1945 году, основанный на документах и свидетельствах очевидцев, без преувеличения можно назвать сенсацией.

Небезынтересны будут воспоминания Серова о развитии Карибского кризиса 1962 года. Будучи начальником Главного разведуправления, он оказался тогда на пульсе событий по принятию решений, позволивших избежать атомной войны и вывести советские ракеты с Кубы. Богатую пищу для дискуссий наверняка вызовут и откровения автора по поводу истинного лица сотрудника ГРУ О. В. Пеньковского, обвиненного в шпионаже в пользу американцев и англичан и впоследствии расстрелянного. Тот, из-за кого, в конце концов, и пострадал Серов, по его убеждению, являлся агентом КГБ, специально подставленным Лубянкой как канал дезинформации!

Итак, перед нами субъективный взгляд на события 1930-1960-х годов, который принадлежит человеку, являвшемуся неотъемлемой частью своей эпохи. Его оценки порой непросто принять, они, вероятно, вызовут не только дискуссии, но и осуждение. Более того, как и многие мемуары, дневники и записи Ивана Александровича Серова волей-неволей оправдывают автора.

Мы должны помнить это, но, тем не менее, пытаться сопоставлять уже имеющийся багаж знаний с новыми данными и делать выводы. В этом залог правдивого и объективного освещения прошлого, особенно такого сложного, как история XX века.

Однако перед нами и воспоминания человека, который несмотря ни на что был беззаветно предан своему главному делу — защите Родины, отличался личной храбростью и решительностью, сам поднимал в атаку солдат и многократно рисковал жизнью.