Фантастика 2025-129 - Денис Старый

на Юго-Восток Российской империи, и Екатеринослав стал своего рода перевалочной базой. Так что всё чаще в ресторане появляются офицеры. А уж те охотно сорят деньгами. Ну а песня «Офицеры»… Мне кажется, если бы Миловидов пел ее где-нибудь, где будут стоять хотя бы пять дивизий, то мы с ним сделали бы состояние разом.

В ресторане дошло до того, что пять столиков были выделены под временный отдых. То есть, гостям предлагается отобедать или отужинать, но строго в ограниченное время, а после к ним на смену приходят другие. Наполняемость гостями тогда вырастает в полтора раза, да и средний чек не страдает, так как, ограниченные временем, гости стараются не ждать, когда чего захочется, а заказывать сразу и много.

В-третьих, именно в нашем ресторане подаются в качестве аперитива ликёры, прежде всего, молочный ликёр «Шабари», как теперь несколько иначе называется «Бейлис». Расчёт на то, что ставший популярным и знаменитым напиток из будущего и в этом времени приобретёт свою славу, сработал на все 100%.

Вот только пришлось в одном из подсобных помещений при ресторане создавать маленький цех по производству сгущённого молока. Три небольших механических сепаратора, вернее, люди, пользующиеся им, как и те, кто сгущал с сахаром сливки, работали в три смены, производя сгущёнку. Даже блинчики, казалось бы, простая русская еда, теперь продавались за дорого и заказывались очень часто, если к ним шла сгущёнка.

Так что я не мог не улыбаться, сидя в своём кабинете и подсчитывая барыши за последний месяц.

— И вновь ты за делами, — с огорчением констатировала Лиза. — Найдёшь ли для меня время?

Я отложил в сторону писчие принадлежности и ещё шире улыбнулся.

— Для тебя? Всегда, — сказал я, поднимаясь со своего кресла и направляясь к жене.

Я вульгарно поцеловал супругу, зажимая в правой руке её ягодицу. И все же новый фасон платьев несколько неудобен. На попке прелестницы было слишком много складок, чтобы прочувствовать мягкость привлекающей части женского тела — ну просто-таки не доберёшься. И все «страдания» — из-за денег, ведь очень неплохо продаются подобные модели компании «Ля Франсе», «Ля Пари», кстати, так же продаются хорошо. Так эти турнюрные препятствия для моих похотливых рук, пожалуй, переживем.

Не могу сказать, что за прошедшие четыре месяца у нас с Лизой всё было гладко. Случалось, что и ссорились. К примеру, после первой брачной ночи жена отказывала мне в близости дней десять. Пришлось чуть ли не силой её брать — штурмовать, как крепость. А потом, как говорится, она втянулась в занимательный процесс исполнения супружеских обязанностей. Ведь в женщине главное — разбудить женщину. Это трудоёмкий процесс, но если получится, то дивиденды будут весьма значительными.

А ещё у нас нет бытовых проблем. Здесь, в Екатеринославе, мы занимаем сразу два трёхкомнатных номера, соединились апартаменты двумя дверьми внутри, чтобы с коридора был только один вход. Как по мне, так шеститикомнатная квартира — это даже чересчур, учитывая то, что ещё два номера занимают мои охранники и Саломея. А Лизе через два месяца нашей совместной жизни и этого оказалось мало. Но не настолько, чтобы требовать огромного дома в Екатеринославе. А так, намекала, что не против была бы и выкупить бывший дом Кулагиных. Вот только там обосновался Климов.

А вообще, хватит с нас и того, что в моём поместье полным ходом идут сразу три грандиозных стройки. Во-первых, строится сам усадебный дом, несмотря на то, что я, если и поеду в поместье, то буду жить уже в доме, который ранее принадлежал Жебокрицкому. Во-вторых, возводятся сразу два маслобойных завода, и уже второй сахарный завод подведён под крышу и оснащается. Всеми этими проектами заведует Маша. Где бы найти достойного жениха Марии Садовой? Все-таки просочилась информация о ней. Но тут уж что — шило в подушке не спрячешь.

— Ты себя ведешь, будто я продажная девка! — с некой игривостью, но и с упреком сказала Лиза.

Женщины… Вот как вообще можно найти такую интонацию, что и не понять: послали ли вас к черту или похвалили?

— Так я и купил тебя, — отшутился я.

Но это сейчас звучит, как шутка. А до этого был не один десяток разговоров, когда я видел: Лизе крайне не понравилось то, что ею, по сути, торговали. Но ведь я был только покупателем, а товар предлагал её опекун, и претензии — к нему. Между тем, этот момент был крайне важен для Елизаветы. Во время очередной ссоры получилось всё же перевернуть ситуацию в шутку. Так что, устав от упреков, как это, по моему мнению, и должно быть, мы сложную психологическую проблему превратили в семейный, только нам понятный юмор. Благо, что я пристращаю свою жену к таким открытым отношениям, которые присущи, скорее, людям будущего.

— Мы приглашены на вечер, — когда я уже начал задирать подол платья супруги, Лиза отстранилась и сообщила мне новость.

— И куда же? — спросил я, состроив наигранно недовольное лицо, как может обижаться ребенок, у которого забрали погремушку.

— К будущей чете Садовых! — строго ответила Лиза.

— Значит, будем на вечере. Эльзу и Александра Николаевича не следует обижать, — спокойно сказал я.

Лиза уже знала о моих отношениях с Эльзой. Нет, я не стал признаваться своей жене и сообщать о том, какие женщины у меня были до неё. Это несусветная глупость — рассказывать о прошлом. От этих вопросов всегда нужно уходить, отшучиваться. Прошлое должно оставаться именно там, в прошлом. Подсуетились с информацией некие подленькие люди, которые захотели помешать нашему счастью. Доподлинно я не знаю, кто именно мог подсунуть письмо моей жене о том, что у меня был в бурный роман с вдовой Шварцберг. Предполагаю, что это какая-то мелочная, при этом хорошо сыгранная интрига со стороны Климова. Но после истерик, закончившихся бурным сексом, проблема была почти улажена.

Во имя сохранения своей семьи я попросил Эльзу и Александра Николаевича Садового сыграть пару. Это нужно было. Лиза оказалась слишком даже ревнивой. Я бы мог включить домашнего тирана и просто-напросто запретить об этом думать. Но хочется все же нормальных отношений, без надрывов и перегибов, а уж тем более без насилия. А Александр и Эльза увлеклись, слишком даже вжились в роль — не теряя времени, они отправились в кровать. Конечно, Эльза так мстила мне, а заодно и себе доказывала, что еще ого-го и умеет нравиться мужчинам. Ну а Садовой… Он же каторжанин и вдовец.