Джо Р. Лансдейл. Повести и рассказы. - Джо Р. Лансдейл

Кресло врезалось в ходунки Элвиса. Тот отлетел к двери, качнулся вперед и успел ухватиться за ходунки, хотя выронил распылитель.

Он бросил взгляд и увидел, что Бубба Хо-Теп наклонился над Джеком без сознания. Рот Буббы широко раскрывался, все шире, и стал черным беззубым пылесосом, мерцающим внутри розовым, словно открытая рана на лунном свете; затем Бубба Хо-Теп повернул голову и розового видно не стало. Его рот опустился к лицу Джека, и когда Бубба Хо-Теп начал всасывать, тени вокруг задергались и запрыгали, как индейки.

Элвис ухватился за ходунки, чтобы нагнуться и взять распылитель. Когда разогнулся, отшвырнул ходунки и рухнул в кресло. Нашел там спички и зажигалку. Джек сделал все, что мог, чтобы отвлечь Буббу Хо-Тепа, чтобы привести его ближе к двери. Но не вышло. И все же случайно он предоставил Элвису инструменты для уничтожения мумий, и теперь только от него одного зависело то, что они с Джеком надеялись осуществить вместе. Элвис заложил спички за широкую пазуху, покрепче прижал задницей зажигалку.

Элвис поиграл пальцами по переключателями кресла так же проворно, как когда-то играл на студийных клавишах. Рванул на коляске на склон к Буббе Хо-Тепу, перепуганный до смерти, но решительный, и скрипучим, но все же напоминающим о годах былой славы голосом запел “Don’t Be Cruel”, и через миг он оказался у Буббы Хо-Тепа и его теней.

Бубба Хо-Теп посмотрел на Элвиса, когда тот, распевая, приблизился. Его рот сузился до нормальных размеров, а зубы, ранее исчезнувшие, снова выросли из десен, как маленькие черные пеньки. В пустых глазницах затрещала и запрыгала электрическая саранча. Он прокричал что-то на египетском. Элвис увидел, как слова выскакивают изо рта Буббы Хо-Тепа видимыми иероглифами, похожими на черных жуков и палки.

[33]

Элвис шел на таран Буббы Хо-Тепа. Когда он оказался достаточно близко, прекратил петь и нажал на спусковой крючок распылителя. Спирт для растирания брызнул и врезался Буббе Хо-Тепу в лицо.

Элвис вильнул, пронесся мимо мумии, развернулся уже с зажигалкой в руке. Когда он приблизился к Буббе, тени, кружившие у головы существа, отделились и взмыли высоко вверх, как перепуганные летучие мыши.

Черная шляпа Буббы задрожала, отрастила крылья и ухлопала с головы, став тем, чем и была всегда — живой тенью. Тени бросились вместе, галдя, как гарпии. Они кружили у лица Элвиса, ему по коже словно елозили звериными шкурами — кровавой стороной внутрь.

Бубба согнулся в талии, как сломанная кукла, ударил головой о цементную дорожку. Из мрака вынырнула его черная шляпа-мышь, быстро расширившись и покрыв все тело Буббы, расплескавшись, как пролитые чернила. Бубба пузырем протек под колесами Элвиса, темной волной поднялся за креслом и между спиц и хлынул на колени Элвиса, и завис над ним, прорвав дряхлым лицом тени, уставившись прямо на Элвиса.

Элвис через зазоры в тенях увидел рожу, напоминавшую почерневшую и сгнившую тыкву с Хэллоуина, с рваными глазницами, носом и ртом. И этот рот расширился до туннеля, и в том туннеле Элвис видел тьму и ужасную бесконечность, что была уделом Буббы, и Элвис щелкнул зажигалкой, и пламя скакнуло, и полыхнул спирт, и голова Буббы стала бледно-голубой, резко отдернулась, взметнулась, как черная волна с горящей нефтяной пленкой. Затем Бубба рухнул кучей пылающих палок и черной грязи, горящее смоляное чучелко, рванул с бетонной дорожки к ручью. Тени-стражи захлопали крыльями вслед в страхе, что их бросят.

Элвис подкатил к Джеку, наклонился и прошептал:

— Мистер Кеннеди.

Веки Джека затрепетали. Он едва мог повернуть голову, и что-то хрустнуло у него в шее, когда он все-таки справился.

— Президент скоро умрет, — сказал он, его сжатый кулак задрожал и раскрылся, из него выпал клочок бумажки. — Пойди и добей его.

Тело Джека расслабилось, его голова откатилась на поврежденной шее, две луны засияли в его глазах. Элвис тяжело проглотил и отдал честь Джеку.

— Господин президент, — произнес он.

Что ж, он хотя бы не дал Буббе Хо-Тепу забрать душу Джека. Элвис наклонился, подобрал бумажку. Прочел вслух под светом луны:

— Ты, тварь из края смерти. Неважно, что задумал ты, добра себе нипочем не жди. Если зло — твой черный замысел, гад, знай, что Светлые надерут твой злобный зад.

«И все? — подумал Элвис. — Это и есть заклинание против зла из «Книги души»?» Ну да, конечно. А кольцо-декодер в комплекте не идет? Черт, даже почти не рифмуется.

Элвис поднял взгляд. Бубба Хо-Теп пал в синем пламени, но теперь поднимался, готовясь спуститься к ручью, туда, где у него было убежище.

Элвис объехал Джека и ударил по газам. Издал боевой клич. Белый шарф плескался позади на ветру, когда он ринулся вперед.

Огонь на Буббе Хо-Тепе затух. Он уже был на ногах. От головы в прохладный ночной воздух шипел серый дымок. Он обернулся к Элвису, твердо уперев ноги в землю, поднял руку и потряс кулаком. Завопил, и снова Элвис увидел, как изо рта выпрыгивают иероглифы. Символы закружились и ненадолго встали в ряд:

[34]

— и исчезли.

Элвис выпустил защитную бумажку. Это бредятина. А ему нужно действовать.

Когда Бубба Хо-Теп увидел, что Элвис приближается на полной скорости, держа распылитель наперевес, бросился бежать, но Элвис уже его настиг.

Он поднял ногу и протаранил Буббу Хо-Тепа в зад, и нога прошла прямо сквозь Буббу. Мумия заизвивалась, насаженная на ногу Элвиса. Тот облил из распылителя Буббу Хо-Тепа, себя, кресло, и они кубарем полетели вниз по берегу ручья кучей-малой из теней под светом луны.

Элвис закричал, когда твердая земля и острые камни врезали по